5 глава.
Катя проснулась нехотя, недовольно морщась от громкого звука будильника, который трещал где-то рядом с подушкой. Сквозь полуприкрытые веки она увидела блеклый свет, просачивающийся через шторы. Ещё пару минут она лежала неподвижно, уткнувшись лицом в подушку, пока Саша тихо не постучала в дверь комнаты.
— Катя, ты что, собираешься пропустить урок? — спросила Саша, приоткрыв дверь.
Катя что-то пробормотала, натянула одеяло на голову, но, поняв, что сопротивление бесполезно, нехотя села на кровати.
— Ладно, иду, — пробормотала она хриплым от сна голосом, стряхивая с лица остатки сна.
Катя быстро оделась в школьную форму, уже привычно затянув галстук и поправив юбку. Её движения были механическими — за долгие месяцы рутина стала почти автоматической. Зашла в ванную, умылась ледяной водой, чтобы немного прийти в себя, и быстро накрасилась. Чёрные стрелки на глазах легли ровно, хотя её руки всё ещё немного дрожали от недосыпа. На губах появилась лёгкая помада — это был единственный штрих, который она добавила к обычному макияжу.
— Где Соня? — спросила Катя, выходя из комнаты и запихивая учебник в сумку.
— Уехала на соревнования, — ответила Саша, заправляя рубашку. — Так что сегодня без неё.
Катя лишь кивнула, зевая. Вместе с Сашей они направились на урок. Саша шла чуть впереди, бодро щебеча о чём-то, что было для Кати неразличимо в её полусонном состоянии. Катя слушала вполуха, кивала время от времени, но больше думала о том, как дотянуть до перемены, чтобы взять кофе.
Их путь к классу был привычным: длинные коридоры, полированные полы, приглушённый шум шагов и редких голосов других учеников. Урок был уже на подходе, но Катя шла без спешки, всё ещё окончательно не проснувшись.
***
В тускло освещённом кабинете биологии, где солнце лениво пробивалось сквозь грязноватые стёкла, царила своя атмосфера — смесь полусонного безразличия и тихого анархизма. Класс 10-Б, явно не в настроении для науки, сидел кто как: кто-то записывал, кто-то бесцельно тыкал в тетради ручкой.
Катя, устроившись на третьей парте у окна, с безразличным видом листала учебник, раздумывая, что тут вообще происходит. На полях её конспекта небрежно были нарисованы какие-то узоры, а текст лекции выглядел больше как расшифровка непонятного кода. Она честно пыталась вслушаться в речь учителя, который со всей строгостью вещал про строение клетки, но теряла нить на середине каждой фразы. "Что такое митохондрии?" — мелькнула мысль. Она вроде бы знала, что это что-то важное, но точно не помнила что.
Соня Кульгавая, как всегда, устроилась на последней парте, развалившись на стуле, словно её сюда притащили насильно. Она прикрыла глаза, явно пытаясь украсть себе пару минут сна. Рука бессильно свисала с парты, а её блокнот был открыт на чистой странице, будто она и не собиралась делать вид, что слушает.
На соседнем ряду Саша сидела с Женей. Они, не особо скрываясь, что-то оживлённо обсуждали — скорее всего, как пройдёт вечер, потому что к биологии их разговор явно не имел отношения. Женя шёпотом смеялась, а Саша прикрывала рот ладонью, чтобы не выдать себя перед учителем.
— Так, Катерина! — внезапно раздался голос учителя, который отвлёкся от доски. — Скажите мне, что вы можете сказать про рибосомы?
Катя замерла, чувствуя, как на неё падает вся тяжесть молчания класса. Все взгляды уткнулись в неё. Она моргнула пару раз, пытаясь собрать все обрывочные знания в голове.
— Эм... Рибосомы... Это... — Катя попыталась выдать хоть что-то. — Они, типа, что-то делают с белками, да?
Учитель устало вздохнул, но кивнул:
— Да, они участвуют в синтезе белка. Хоть что-то.
Катя почувствовала, как жар стыда отступил, но тут учитель посмотрел на Соню:
— Софья! Прекратите спать!
Соня приподняла голову, будто её током ударило, и сонным голосом промямлила:
— Чё?
Класс тихо захихикал. Учитель скривился, но махнул рукой:
— Ладно, оставьте, не буду портить себе нервы.
Тем временем, Катя снова отвлеклась, уставившись на окно. Там был виден серый лес, обрамляющий территорию школы. "Какая нахуй биология", — подумала она и снова начала рисовать в тетради какие-то абстрактные каракули.
Саша и Женя продолжали о чём-то хихикать, а Соня снова устроилась на парте, прикрыв глаза. Урок тянулся медленно, как вечность, и даже учитель, казалось, устал от собственной лекции.
***
После урока биологии коридор школы заполнился гулом разговоров и шумом шагов. Катя, едва выйдя из кабинета, тяжело выдохнула и, сунув руки в карманы юбки, направилась в сторону окна, где её уже ждала Саша. Света присоединилась к ним чуть позже, лениво перекинув сумку через плечо. Соня, с растрёпанными после сна волосами, медленно подошла последней, зевая и протирая глаза, словно только что проснулась от зимней спячки.
— Ну и урок, — заговорила Катя, остановившись у окна. Она обернулась к девчонкам и недовольно фыркнула. — Биологичка — просто грымза. У меня ощущение, что она получает кайф, заставляя нас страдать.
Саша засмеялась, прислонившись к стене:
— Бля, да сто пудов. Она, наверное, дома пересматривает наши конспекты и ржёт, как мы тупим.
Света, стоявшая чуть поодаль, с ухмылкой закатила глаза:
— Девочки, да вы ещё не видели её контрольные. У меня после них до сих пор флешбеки. Вопросы — как будто ты на экзамене в мед поступаешь.
Соня лениво опёрлась спиной о стену, поднимая на девочек сонный взгляд:
— Ну, я вообще ничего не поняла. И не собираюсь. Пусть меня отчисляют.
— Не, Сонь, её же фишка — унижать нас живьём, — с сарказмом сказала Катя, хлопнув Соню по плечу. — Так что забудь про отчисление, ты её любимый подопытный.
— Да уж, особенно когда она разбудила меня этим своим "Софья!" — Соня раздражённо вздохнула и тут же с усмешкой добавила: — Я вообще думала, это кошмар. Оказалось, реальность.
— Ну ты даёшь, Кульгавая, — сказала Саша. — Ты в неё на физре тапком кинь в следующий раз, может, отпустит.
— Или со своего "фонаря" ей посвяти, — добавила Катя, кивнув на Соню, которая всё ещё терла глаза.
Света усмехнулась и посмотрела на часы:
— Ладно, успокойтесь, бабы.Не забывайте, что через год вы с этой "грымзой" больше не увидитесь.
Катя закатила глаза, поправляя волосы:
— Свет, через год я либо сбегу отсюда, либо пойду пасти коз. Оба варианта звучат приятнее.
Девчонки захихикали. Шум коридора вокруг заглушал их разговор, но в этом хаосе чувствовалось что-то своё: беззаботность, пропитанная лёгким бунтом.
— Кать, чуть позже нам нужно кое что обсудить, — тихо сказала Соня, чтобы это услышала только Катя. — Думаю, ты сама понимаешь о чем.
Катя лениво облокотилась на стену, скрестив руки на груди, и кивнула Соне, молча соглашаясь на её предложение встретиться позже. Соня одарила её коротким взглядом и двинулась дальше по коридору, а Катя осталась на месте, слегка отвлёкшись от общего разговора.
Её телефон в кармане юбки начал бесконечно вибрировать, уведомления буквально сыпались одно за другим. Катя достала его и мельком взглянула на экран: десятки сообщений от Марка.
Она тяжело вздохнула, прокручивая в голове вчерашние события. Она прекрасно знала, что Марк не успокоится, пока не узнает, что произошло, но сама мысль рассказывать ему о директоре вызывала у неё раздражение и внутреннее сопротивление. "Не сейчас," подумала она, отключив звук уведомлений и сунув телефон обратно в карман.
Она продолжала избегать брата, и, честно говоря, это ей пока удавалось. За последние сутки они не пересекались, но напряжение всё равно нарастало. Она знала, что долго так продолжаться не сможет, и что в какой-то момент ей придётся открыть Марку правду. Но точно не сейчас. "Пусть подождёт," мрачно подумала Катя, выдыхая и поправляя свою форму.
— Ладно, я пошла, — Катя попрощалась с подругами и пошла в туалет.
***
Катя сидела на подоконнике туалета, привычно куря вишнёвую сигарету. Лёгкий запах сладкого дыма смешивался с прохладным воздухом, струящимся из открытого окна. Она задумчиво наблюдала за кронами деревьев, мерно качающимися под лёгким ветром, пока не услышала скрип двери.
Реакция была молниеносной: Катя резко потушила сигарету о подоконник, бросив окурок за окно, и повернулась к двери. Сердце заколотилось быстрее, но, заметив вошедших, она мгновенно расслабилась.
— Катя?— в воздухе прозвучал тихий голос девочки лет пятнадцати. Это была Милена, дочь маминой подруги. Катя чуть приподняла бровь и устало кивнула.
— Привет, Милена,— отозвалась она, облокотившись на стену. В следующее мгновение в комнату заглянула другая девочка, чуть старше, с беспокойным взглядом.
— Милена, давай быстрее, у нас времени нет, — торопливо сказала Юля, не обращая особого внимания на Катю.
Милена коротко улыбнулась Кате, бросив: «Ну, пока.» Девочки поспешили выйти, шумно хлопнув дверью. В суете Юля явно не заметила, как из её кармана что-то выпало и упало на пол с лёгким звуком.
Катя проводила их взглядом, прищурившись, и скользнула взглядом по полу. Присмотревшись, она увидела, что это какой-то небольшой предмет. Наклонившись, она подняла его, разглядывая с лёгким интересом.
Катя сразу узнала содержимое. Это было то, что она хотела больше всего, то в чем она нуждалась, то что ломило её каждый день. Она замялась, ей было необходимо употребить, но она думала стоит или не стоит. Но демон на левом плече сказал, что стоит.
Катя медленно спускалась по узкой лестнице, ведущей в подвал, где обычно никто не появлялся. Темнота становилась плотнее с каждым шагом, а воздух наполнялся сыростью и запахом старого бетона. Она оглянулась через плечо, задержавшись на пару секунд, чтобы убедиться, что за ней никто не идет. Тишина. Только её собственное дыхание и глухие звуки шагов.
Добравшись до двери, Катя осторожно закрыла её за собой. Замок щелкнул, отрезая её от мира. В темном помещении свет давала лишь тусклая лампочка, подрагивающая, как будто вот-вот погаснет. На полу валялись старые ящики и пыльные брошенные книги, создавая ощущение места, которое давно забросили.
Она присела на пол, положив рюкзак перед собой. Достала из него небольшой сверток, обмотанный изолентой. Пальцы чуть дрожали, но в этом дрожании было не волнение — скорее, предвкушение. Развязав ленту, Катя разложила всё перед собой. В свете лампы блеснуло что-то белое.
Сделав три аккуратные дорожки, она на секунду остановилась, будто в последний раз размышляя. Но мысли разлетелись в стороны, растворившись в глухом стуке её сердца. Она сдалась. Всё это было слишком. Катя подалась вперёд, употребив с такой холодной решимостью, как будто это был единственный её выход.
Первые секунды были пустотой. Потом наступило ощущение покоя, тишина, наконец-то заполнившая все её внутренние раны. Она облокотилась на стену, прикрыв глаза, чувствуя, как мысли растворяются в вязкой расслабленности. Здесь, в подвале, под гудение лампы, наедине с собой, она впервые за долгое время ощутила свободу.
Но эта свобода длилась недолго. Раздался скрип. Катя резко открыла глаза, пытаясь сфокусироваться на происходящем. Сквозь медленное покачивание мира она услышала шаги. Кто-то был здесь. Кто-то следил за ней.