Осознание

Осознание того, что ты счастлив приходит лишь тогда, когда просыпаешься в обнимку с дорогим тебе человеком. И порой не особо важно, что этого человека ты знаешь совсем ничего. Главное, что вот он, рядом и ты можешь к нему прикоснуться. Виолетта немного смущенно рассматривает лицо ещё спящей Киры. В её объятьях тепло и кайфово, а ещё, безопасно. Вчера они ещё долго целовались, прежде чем лечь спать и Малышенко очень хочет верить, что это начало их отношений. И пусть позиция Медведевой пока не особо понятна, возможно та всё ещё испытывает симпатию к Индиго, сейчас это не имеет значения, ведь она рядом и Виолетта сделает всё, чтобы каждое утро было таким же ахуенным как и сегодняшнее.

Когда проснулась светловолосая, то девушки рядом не оказалось, вместо этого был какой-то приглушённый шум на кухне. Мягко улыбнувшись, Кира первым делом вышла на балкон и закурила, погружаясь в свои мысли. Виолетта. Она плакала, когда увидела поцелуй с Индиго. Плакала, потому что было больно. Дошло всё до того, что та чуть не умерла, наглотавшись таблеток. Из-за этого Медведева чувствует сильную вину, ведь не сразу смогла заметить своеобразные намёки. Благо, успела вовремя оказать помощь и не пришлось ехать в больницу. Это так глупо со стороны, но видимо чувства внутри настолько сильные, что не хотелось принимать реальность. Кире понравилось успокаивать её, а ещё целовать. Вилка словно ребёнок, который хочет заботы и внимания, Индиго же другая, недоступная, закрытая, но очень преданная друзьям.

— Что ты тут делаешь, раздетая совсем…? — раздался голос за спиной и, выбросив докуренную сигарету, девушка повернулась, видя в руках Малышенко кофту.

— Мне не холодно, спасибо…да и я уже выхожу.

— Пойдём, я приготовила завтрак, — Вилка схватила светловолосую за руку и, слегка в припрыжку, потянула Киру на кухню.

Медведева может окунутся в заботу, тепло и ласку со стороны Виолетты. А ещё в любовь. Она внезапно осознала, что хочет именно этого.

***

Захарова вот уже который день не выходит на улицу. Алкоголь. Кристина заливает его в себя с каждым днём всё больше и больше, находясь при этом в полном одиночестве. Её пиздец как терзает совесть за содеянное. Больно. Как же сука больно осознавать, что из-за тупых понтов пришлось предать дружбу.

Она игнорировала любые звонки от друзей, ей абсолютно ничего не хотелось. Только Лизу рядом…только её одну. Оказаться в объятиях родного человека, почувствовать запах, понять что она с ней и все хорошо. Но нет, это невозможно. Крис сделала свой выбор, неправильный выбор, за что сразу же пришлось расплатится.

Каждый день совесть давит на сознание, а чувство вины сжирает изнутри. В памяти постоянно всплывают моменты того вечера: то, как Лиза пьет воду, где подсыпан наркотик, её приступ, разговор с ней, слёзы. Укус на запястье останется слабо видимым шрамов, а для самой Захаровой — клеймом на всю жизнь. Заслужила. Даже мало.

С бесконечных раздумий и запоя Крис вывело одно сообщение:

"Сегодня в семь возле клуба, есть разговор".

В глазах мелькнула только злость, она готова была разбить телефон о стену, смс от Никитоса. Того самого уёбка, что загадал это тупое задание, того самого, кто заварил эту кашу, того самого, из-за кого Захарова ради своих принципов потеряла Индиго.
Светловолосая была готова порвать его в клочья при встрече. В тот раз она избила его до полусмерти, в этот раз не остановится пока не убьёт.

Глянув, на время поняла, что до назначенной встречи оставалось полчаса. Решила пойти. Нужно выплеснуть злость, обиду, всё, что накопилось на ком-то, а Никитос идеальный вариант. Быстро надев любимую кепку, вышла с квартиры, попутно закуривая очередную сигарету.

"Докатилась, блять…Индиго, я сейчас сполна расплачиваюсь за свою ошибку, а ты, кажется, учишься жить без меня…может оно и к лучшему? Я только на дно и могу утащить тебя…за собой…"

Хотелось кричать и рвать на себе волосы. А ещё лучше сдохнуть. Может так действительно стало бы легче? Индиго, кажется, нашла замену. Хорошую замену. Девушка и сама не заметила, как дошла до клуба. Увидев компанию кентов своего брата, лишь закатила глаза и потушила окурок.

— Какие люди соизволили почтить нас своим появлением, — с ухмылкой протянул один из парней, смотря на Крис.

— Что тебе, блять, надо от меня? — не церемонясь, Кристина посмотрела из-под лба, сунув руки в карманы.

— Кристюх, ты фильтруй базар, чё блять за хуйня, из-за какой-то нахуй шавки на нас хер забила!? — Никитос сохранял спокойствие. На лице виднелись синяки с того вечера, а рёбра всё ещё болели, но бесило то, что из-за какой-то тихони Кристина, которая была за любой движ, начала отдаляться всё дальше и дальше.

От чужих слов у Захаровой снесло крышу. Подлило масла в огонь и большое количество алкоголя в крови.

— Не смей называть так Индиго. — прошипела, сокращая дистанцию между парнем. В глазах горел огонь, а кулаки чесались так сильно, что аж пекли.

— А то что, Захарова?

Удар. Куда-то в солнечное сплетение. Затем ещё один и ещё. Костяшки болят так сильно, будто выбиты, но на душе болит гораздо сильнее. Девушку оттягивают от парня, подхватив за руки, держат и за ноги, ведь та агрессивно вырывается.

— Ты, блять, дура, что ли? Не пожалей потом, что таким образом решила слиться с банды. Так просто это не оставят и сама знаешь…

Кристина уже ничего не слышала. Она хотела поскорее оказаться дома и выпить. Заглушить ноющую боль внутри и снаружи, уснуть и больше никогда не проснуться.

Смотря вслед светловолосой, Никитос поднялся на ноги и держась за бок, издал тихий смешок.

— Парни, кажется, мы нашли слабое место самой Захаровой, — сплюнув кровь от разбитой губы, прохрипел юноша, нехорошо улыбаясь.

***

Кристина возвращалась домой поникшая. А ещё с очередной бутылкой водки в руках. Пила с горла большими глотками в надежде вырваться из реальности, заглушить боль внутри, а ещё избавится от навязчивых мыслей про Индиго.

Кое-как дойдя до квартиры, девушка чуть не убилась на проклятых ступеньках из-за сильного алкогольного опьянения. Рухнув на кровать лицом в подушку, она болезненно закричала, в попытках избавиться от подкатившего к горлу кома.

Парни правы, так просто и легко из банды невозможно уйти, ведь за этим чередует расплата. Очередная в жизни Захаровой. Только вот на этот раз может поплатиться далеко не она, а кто-то из её близких и максимально дорогих ей людей. Индиго. Кристина на несколько секунд трезвеет, понимая, что банда может настроиться на Андрющенко в качестве расплаты.

***

— Ребят, что нам делать с той тихоней? Столько разных вариантов в голове и все слишком безумные и жестокие.

Какой-то двор, куча разного алкоголя и травки, а ещё очень много пьяных парней, кентов брата Крис.

— Эта дура же на кладбище любит тусоваться. Можно там её и подловить.

— Не, там тот сторож, дядька Толя топит за неё. Он может слить нас мусорам, как в прошлый раз, когда мы бухали на какой-то могиле и пытались подцепить эту сучку.

Дискуссия шла полным ходом, а идеи как разобраться с Индиго были всё хуже и страшнее для самой девушки.

— Может её где-то подкараулить, вырубить и затащить к кому-то из нас на хату, а там уже разберёмся…?

— Она же баба как никак, можно будет и развлечься.

— Точняк!

Ребята, кажется, были настроены максимально серьезно. Смеялись, представляя, что можно будет сделать с Лизой, совершенно не задумываясь о каких-либо моральных принципах.

— Да, но эта сучка нормально сопротивляться может. Она же вроде занимается каким-то спортом...

— Никитос, она баба, а нас дохуя. Реально думаешь, что мы не справимся с ней?

На лице расплылся высокомерный оскал, а руки уже чесались совершить надуманное.