Глава 7
Как бы это глупо не звучало, но утро всё-таки наступило. Нацу проснулся в незнакомой ему комнате. Перед его глазами начали мелькать картинки вчерашнего дня. Нацу стал медленно вставать с кровати, но все было безуспешно, его голова стала трещать, да плюс ко всему он был привязан. «СТОП! ПРИВЯЗАН?! ЭТО ЕЩЁ ЗАЧЕМ?» - подумал про себя Нацу
- ЭЛЬЗА! КАКОГО ЧЕРТА?! - крикнул Нацу на всю комнату.
- О, очнулся, - загадочно улыбнулась Эльза, поедая свой клубничный торт.
- И как это понимать?! - не на шутку разозлился Нацу, он пытался оторвать веревки, но ничего не вышло.
Эльза же сидела и смотрела на него, как на придурка, ведь Нацу знает, что ему не выбраться и все равно пытается хоть что-то сделать. Аловолосая немного подумала и решила не тянуть резину, начав тренировку прямо сейчас. Она вышла из комнаты и позвала горничную, та послушно подошла к Эльзе и зашла с ней в комнату.
- Итак, прямо сейчас начнется твоя тренировка, ты как раз голоден, - после этих слов Эльза укусила горничную за шею, после чего у той пошла кровь.
У Нацу после вида крови стали появляться клыки, глаза стали ярко-красного цвета, руки же стали сжиматься сильней в кровать. Он старался не смотреть, но запах крови ударил в нос. Эльза с интересом смотрела на него. Если так будут проходить тренировки, то Нацу уже через неделю или меньше научится себя контролировать.
«Хм... Если он научится быстро себя контролировать, то побьет мой рекорд! Ну уж нет! Я тебя помучаю и ты сдашься... Прямо сейчас!» - у Эльзы появилась самодовольная улыбка, и она запустила клыки глубже. Кровь тоненькими струйками потекла по бледной коже, создавая некий завораживающий и в то же время пугающий контраст красного и белого... Нацу стало от этого только хуже. Он начал вырывать веревки и приближаться к своей добыче. Парень стал потихоньку приближаться к шее девушки, но вдруг... Перед его глазами сразу всплыло милое личико Люси. Он хочет научиться контролировать себя, ради той, которую полюбил. Он не может укусить горничную и отстраняется от нее. Его клыки стали исчезать, глаза обрели серо-зеленый цвет. Эльза стояла в ступоре от такого, ведь никто не смог бы на голодный желудок отказаться от еды. Да, она знает, что Нацу не простой вампир, но это было слишком.
- Не плохо... - сделав небольшую паузу, Эльза опять заговорила. - Но ты ведь голоден, не сдерживай себя.
- Эльза, прости, я так не могу, ты надавила на самое больное! А если бы я не сдержался? Это же было бы полным провалом!
- Конечно, я этого и добиваюсь.
- Я знаю чего ты добиваешься, и поверь - Я НЕ СДАМСЯ! - выходя из комнаты, сказал Нацу.
Вот теперь Эльза поняла почему он пришел сюда. Это было видно по его влюбленным глазам. Таким она его никогда прежде не видела. Она поняла, что та, которую он полюбил, не вампир, а человек. Ибо он не пришел, чтобы научиться контролировать себя. Теперь Эльза знает его слабое место.
«Сердце. Сердце, которое полюбило человека. Эх, Нацу, если об этом узнают, то попрощайся со своей подругой. Хотя, как знать, от тебя можно ожидать всего, что угодно» - Эльза с улыбкой на лице вышла из комнаты, поймав себя на мысли, что это еще не конец.
***
Проснувшись, Люси заметила, что она была укрыта. Наверное, Дождия постаралась. Люси встала с кровати и направилась в ванную комнату. Она включила теплую воду и начала набирать ванну. Девушка подошла к зеркалу и ужаснулась от увиденного: под глазами были синяки, волосы были в ужасном состоянии, нос опухший.
- Какая я красивая, - старалась иронизировать девушка, но не получилось. Люси сняла с себя одежду и залезла в ванну. Теплая вода делала свое дело - Люси начала расслабляться. Она откинула голову назад и закрыла глаза. Люси сразу вдарили в голову забытые слова из её песни. Она решила, что попросит Дождию сходить вместе с ней в гостиницу, за её вещами и гитарой. Замотавшись в полотенце, Люси вышла из ванной и увидела записку на кровати.
"Доброе утро, Люси. Грей каким-то образом узнал в какой гостинице ты остановилась и забрал все твои вещи и гитару. Ты уж извини, но когда он нес твою гитару, то уронил и она сломалась, пришлось покупать новую. Короче, гитара возле шкафа, а вещи в шкафу. Мы ушли с Греем в магазин, не скучай.
Дождия."
«Вот и хорошо. Как-то не удобно получается - они все для меня делают, а я ничего, сижу тут у них на шее. Так нельзя, надо хоть чем-то помочь. Ладно, завтра пойду на работу устроюсь», - думала про себя Люси. Девушка подошла к шкафу и увидела гитару. Она решила всё-таки переодеться и написать текст песни на лист, а то вдруг забудет. Как и ожидалось, Люси переоделась и села писать, но сразу же всё забыла. Она стала нервно теребить ручку, но потом, не выдержав, пнула стол. Люси закинула руки за голову и спела одну строчку.
- Только мысли все о нём и о нём... Эврика! Я её переделаю, - радостно вскрикнула Люси, блондинка стала что-то писать на листочке, потом она его скомкала и выкинула, потом опять начала усердно писать. Она сидела и писала, тихо напевая мелодию песни, думая какие аккорды взять, чтобы играть на гитаре. Люси подошла и взяла гитару, начиная что-то подбирать. За всей этой картиной наблюдали Грей и Дождия. Когда они шли, то о чем-то спорили, но услышав веселый визг из комнаты Люси, решили подойти и посмотреть. Люси стала смотреть на листочек и петь. Она вложила в эту песню свои чувства, всё то, что она чувствовала в данный момент.
Собираю наши встречи, наши дни,
Как на нитку, это так долго,
Я пытаюсь позабыть,
Но новая попытка колет иголкой.
Расставляю все мечты по местам,
Крепче нервы, меньше веры,
День за днём, да гори оно огнём,
Только мысли все о нём и о нём,
О нём и о нём.
Я к нему поднимусь в небо,
Я за ним упаду в пропасть,
Я за ним, извини, гордость,
Я за ним одним, я к нему одному.
Понимаю, что для вида я друзьям
Улыбаюсь, это непросто.
Я поставила бы точку,
Но опять запятая, это серьезно.
Разлетаюсь от тоски на куски, на осколки,
Всё без толку, день за днём
Да гори оно огнём,
Только мысли все о нём и о нём,
О нём и о нём.
Я к нему поднимусь в небо,
Я за ним упаду в пропасть,
Я за ним, извини, гордость,
Я за ним одним, я к нему одному.
У Дождии стали наворачиваться слёзы, она прониклась этой песней, она знает кому эта песня адресована. Она закрыла дверь в комнату Люси и пошла к себе. Грей же стоял в недоумении. Он не понимал, почему Дождия начала плакать. Может быть, поэтому Нацу и называет Грея «Отмороженным», так как он не чувствовал ничего. Но когда рядом с ним Дождия, у него странное тепло в области сердца, которое приходило все с новой и новой силой. Он привык к этому чувству, потому что привык находится рядом с Дождией. Он не хотел осознавать тот факт, который был очевиден. Такого никогда не было, но сейчас все начало меняться...
Он подобен льду, что тает под ливнем её чувств