«моя ромашка»
-так, Оля, будешь помогать, кричала Вика, готовя все необходимое для операции, -Дашу выведите от сюда!
Меня даже никто не спросил, Адидас просто взял меня на руки, а именно силой закинул на плече, и пошел к выходу. Я вырывалась, била его по спине, кричала немедленно отпустить меня, я хотела быть с ним в этот момент, но мне не дали, когда я поняла что все четно, я успокоилась и больше не сопротивлялась.
Вова вынес меня на другую сторону ангара. До обрыва мы не дошли, остановились около скамейки на которую он меня и посадил.
Я сделала ещё одну попытку, попытку вернутся в помещение, но она так же закончилась провалом. Я уставилась в одну точку, не отводя пустого взгляда.
Адидас, что до этого держал меня, увидел что я «обмякла» и видимо больше не собиралась пытаться, он сел рядом, и обняв меня, прижал к себе. Мне было все равно, я все так же смотрела в одну точку, боясь пошевелиться, боясь подумать о плохом, боясь представить, и увидеть.
Я закрыла глаза, и в какой то момент я не заметила как «отключилась», даже не заснула, мой организм просто не выдержал. Но видимо пробыла я в таком состоянии не долго, и я «включилась». Я все так же сидела в объятиях Адидаса, и тот видимо решил что я более менее пришла в себя, встал со скамейки все еще держа меня, начал заводить меня в ангар.
Мимо комнаты где сейчас оперировали Турбо, я прошло зажав уши и зажмурив глаза. Я безумно хотела к нему, быть рядом, но так же понимала что нельзя, что я могу что-то испортить, помещать, и тогда я никогда не перестану винить себя. Вова завел меня на кухню, где один единственный Макс пил кофе, смотря в одну точку, не отводя глаза. Парень посадил меня на свободный стул, а сам начал видимо делать мне чай, и если честно если бы в нём было успокоительное, я бы не отказалась.
Как Адидас делал чай, ставил его передо мной, садился рядом, я уже не помнила, я просто полностью ушла в себя, ушла в свои мысли, и чем больше я уходила в них, тем больше меня начинало трести, тем больше я переживала.
-ну что ты как маленькая, ей богу, сказал как обычно твердо Макс, и возможно, в глубине души он понимал что происходит, но показывать своё состояние на людях, это не про него, -все с ним будет нормально.
-да ты хоть понимаешь что ты говоришь?!, эти слова будто бы вернули меня в реальность, -почему ты не отдаешь отчет в том что ты делаешь, неужели ты не понимаешь, я кричала так, что срывала горло, и я хотела сказать что то ещё, но уже не смогла, глаза медленно закрылись и темнота..
Действия после того как девушка упала в обморок.
(Автор)
Адидас прекрасно понял что произошло, а именно цветочек упала в обморок от недостатка сил, она слишком утомилась. Парень взял её на руки, такую бледную и уставшую, он отнёс её в комнату, положив на кровать, он укрыл её пледом, и вернулся на кухню, где все так же неподвижно, и будто не дыша, сидел Калинин.
-Макс, я конечно тебя плохо знаю, намного меньше чем Даша и все остальные, Адидас притих, подбирая слова, что бы не выводить ещё больше главу «Белой стрелы», -но ты не думаешь что ты слишком резок?
-сука, да я понимаю что я виноват, мужчина ударил по столу кулаком, после чего закрывая глаза, он просидел так несколько секунд, прежде чем снова посмотреть на Вову, он выдохнул, вроде как успокоился и продолжил, - я понимаю что не должен был брать вас, я должен был следить за вами как минимум, когда брал на себя такую ответственность, а сейчас, когда он лежит там, меня мучает чувство вины, я уже потерял бойца один раз, он был мне лучшим другом, я прекрасно понимаю что чувствует Даша..
От лица Даши.
Я открыла глаза уже лежа на койке, встав с кровати у меня закружилась голова, но ложится обратно я не собиралась, я вышла из комнаты и подошла к кухне, услышав что говорил Кеп, мои глаза заслезились, в горле встал ком не давай сделать и вдох, я накричала на него, даже не представляя что он пережил...
-Макс.., сказала я тихо выглядывая из за косяка двери, я думаю он хотел сказать что то ещё, но услышав меня мы смотрели прямо друг другу в глаза, -прости меня..
-и ты меня, мои глаза чуть округлились, еще не разу я не слышала как Кеп извинялся, но он это сделал, извинился передо мной..
С щек скатились две слезы, и мои ноги сами понесли меня в сторону главаря, подойдя к нему, я крепко обняла его, пропитывая его свитер соленой жикостью, а он лишь прижал меня к себе, как папа когда то, должна сказать он заменил мне его, так же строг, но так же мягок внутри.
-я очень не хочу прирывать такой момент, сказал голос Винни у того косяка, у которого минуту назад стояла я, -но любимый твой проснулся.
Мир ушёл из под ног, ведь я услышала то, что хотела слышать сейчас больше всего на свете, он жив, он пришёл в себя, и мне было все равно на слово «любимый» в предложении мужчины.
Вылетев из комнаты без каких либо мыслей, я сразу же направилась в «мед. полату». Моя рука застыла над ручкой, дабы открыть её очень тихо, и почти не дыша рука потянулась дальше. Заглянув в комнату, парень лежал закрытыми глазами на кровати, чуть дергаясь, видимо от невыносимой боли.. я будто чувствовала это.
-Валера.., сказала с придыханием я, после чего Турбо пытался привстать, но попытки были четны, тот замычал от боли, «упав» обратно на кровать, я же сорвалась к нему, -тихо, тихо, лежи, прошу!
-наверное, видеть тебя сейчас, это подарок, супер улыбнулся краяшками губ, с до сих пор засохшей кровью, но эта улыбка делала меня счастливой, слеза скатилась по моей шеке, -моя ромашка плачет, но даже так она все еще прекрасна..)
Я так же улыбнулась как и он секунду назад, его темно-изумрудный взгляд все снова и снова приковывал меня, и я уже не могла отгонять эти мысли. Я люблю его, я люблю этого человека что бы он когда-либо не говорил, мы прошли через многое, через ненависть, через растояния, дружбу и именно сейчас я поняла что готова пройти это еще раз, что бы быть с ним, он то, почему я смеюсь, улыбаюсь или даже плачу, но именно он дарит мне эти эмоции, эмоции ради которых я готова жить.
Я смогла оторвать свой взгляд и поцеловать его. Я сама поцеловала Турбо, и он ответив мне взаимностью и остаронившись, очень осторожно посадил меня на кровать, после уложив и укрыв одеялом, обнял. Так мы и уснули, в тёплых и по ощущениям таких долгожданных для обоих объятиях.