Позывной - Стрела

Довольно долго было сложно привыкнуть ко своей загруженности. Я либо училась, либо работала и это не могло не сказаться на моём здоровье.

Я начала терять в весе, что становилось большой проблемой, ведь из-за недостатка жировой массы, я теряла ценный запас энергии в своём теле. Уменьшать нагрузки не представлялось возможным - мышечная масса нуждалась в постоянных тренировках. Поэтому через некоторое время мне пришлось обратиться к диетологу, чтобы он помог мне разработать диету для организма, истощённого постоянной деятельностью.

Гражданские врачи задались бы вопросом касательно моих нагрузок, поэтому я решила избавить себя от лжи и обратилась к нашему врачу, который проводил регулярное обследование всех сотрудников Управления.

Он изрядно кряхтел на тему того, что место женщины у плиты и рядом с детьми, но это не было злобным ворчанием, а обыденным и риторическим монологом, потому я не обращала на это внимания.

Врач помог мне с диетой и теперь я должна была потреблять около 4000 ккал в день. Ну, диета, так диета. Лишний раз проверю силу воли.

Тем временем, работы и учёбы меньше не становилось. Я тренировалась по 5 часов в день, работала с документами и тренировала память, при этом писала курсовую и готовилась к сессии. Я приползала домой к подруге вымотанная, ела и ложилась спать, а с утра вставал и уходила на пробежку.

Ритм моей жизни был изнуряющим, но с другой стороны он помогал мне жить в сосредоточении, день был расписан и распланирован. При этом я старалась не забывать про подруг и хотя бы раз в неделю приезжала в общагу навестить их. На моё место приехала девочка из Екатеринбурга - Алевтина, или Алька. С ней мы тоже сдружились, и тёплая компания выросла.

Мою квартиру продолжали ремонтировать и я следила за процессом. Благодаря Доку у меня была команда довольно толковых строителей, которые выполняли мои указания качественно и в срок, хотя и не обходилось без курьёзов.

Так одна из стен в квартире была выкрашена в горчично-жёлтый цвет, и я невольно жмурила глаза всякий раз, когда бросала на неё взгляд. Но, кстати, это оказалось удачным решением, и комната оживилась.

Я закупила новую мебель - с перевозкой мне помог Якут. Я дважды уронила ему на ногу диван, и временно кухня превратилась в госпиталь - надо было обработать царапину.

Так постепенно я жила и наслаждалась жизнью. Заботы меня не тяготили, они лишь добавляли драйва в рутину.

К тому же, несмотря на всю загруженность своего графика, на любимое дело время тоже находилось. Я числилась актёром на полставки (на самом деле идейным, так как выступала без оплаты, для души) в музыкальном театре "Б-ский". Там я выступала в массовке и на подпевках, хотя иногда меня ставили на главные роли. Мы ставили разные мюзиклы.

Я за счёт своего музыкально-балетно-сериального прошлого неплохо смотрелась в составе труппы. Не ключевое звено, но и не последний человек в системе - такая роль меня устраивала.

Помимо этого я умудрялась периодически гонять на байках со Стаей. Так называлась не особо большая группировка, с скрытым криминальным подтекстом. Когда-то я занимала довольно важный пост в структуре банды, но сейчас отошла от дел, сменила кличку и была "почётным членом", периодически отмазывая остальных членов группы перед полицией.

Всё это я совмещала в своей жизни.

К тому же меня продолжал вопрос с Ахат-Бакиром и я не переставала искать информацию о нём, но её было настолько мало, что через некоторое время я бросила это дело, так как поиски стали бессмысленными.

Тем временем, прошло уже полтора месяца с моего прихода в Разведывательное Управление, и я узнала, что со дня на день должен быть день рождения Хруста. Это был первый праздник, который мы праздновали бы всей группой и я чувствовала себя довольно стрёмно, ведь не до конца вписывалась в группу.

Пришлось посоветоваться с Доком на тему того, какой подарок преподнести Хрусталёву. В итоге, мы решили не париться и накрыть стол, в качестве подарка. С меня был торт.

Праздновать мы решили в нашей "кают-компании", а потом сгоняли бы в какой-нибудь бар, так как на службе выпивать никто не собирался.

Парни поздравляли Хруста и желали ему кучу всякой фигни, ради прикола. Так обстановка в комнате была очень весёлой и счастливой. Приходили также и знакомые из других отделов, даже Свирин заглянул на праздник.

Через некоторое время, я внесла в комнату торт, под торжественные аплодисменты и свист всех собравшихся. Всё происходило так хорошо и весело, что мы и не заметили, как уже и наелись и наговорились. Все разошлись по небольшим группкам. Кто обсуждал события последних дней, кто вспоминал забавные моменты.

Каким-то образом рядом с диваном очутилась гитара и кто-то начал бренчать размеренные мелодии. Около музыканта начали собираться гости. Они стали просить его сыграть общеизвестные песни. Так вечер плавно стал напоминать караоке.

Я тем временем убирала со стола стаканчики, тарелки, и прочий мусор оставшийся раскиданным по комнате. Когда я вернулась в комнату около дивана, на котором сидел Кустарин (так звали лейтенанта, игравшего на гитаре), собрались все гости. Парни уже вовсю пели песни, а толпа им подпевала.

-Стрельцова, присоединяйтесь! - призвал меня генерал-майор.

-Ой нет, ребята так хорошо поют, я лучше послушаю.

Он только махнул на меня рукой. А я нашла стул, и присела рядом.

Вот и прозвучали последние аккорды.

-Что теперь? - спросил Кустарин.

-Стрелка, - сказал Док, - теперь ты пой, с нами.

-Нет, ребят, я лучше послушаю, правда!

-А если я попрошу? - усмехнулся Хруст, - имениннику-то не откажешь?

-Откажу.

-Просим! Просим! - начали скандировать остальные.

-Ладно, ладно, - я подняла руки, - пою, только успокойтесь.

Я взяла гитару у лейтенанта. Что же спеть?

-Ну и что вы от меня хотите услышать, м?

-Что-нибудь, главное пой.

Сами напросились!..

Я помнила аккорды для "Кукушки" Цоя, довольно хорошо, а потому играть было нетрудно. Осталось только закрыть глаза и...

-Песен ещё не написанных сколько
Скажи, кукушка, пропой.
В городе мне жить или на выселках
Камнем лежать или гореть звездой. Звездой...

Я вкладывала в каждую песню, которую когда-либо пела всю душу, поэтому они получались проникновенными. Я старалась петь их так, чтобы они брали за душу, за живое и мне это удавалось. Исполняя припев, я не уменьшала громкость голоса, наоборот, увеличивая её, чтобы песня порвала всем сердца.

-Ты, солнце моё, взгляни на меня
Моя ладонь превратилась в кулак
И если есть порох, дай огня
Вот так!

Солнце моё, взгляни на меня
Моя ладонь превратилась в кулак
И, если есть порох, дай огня
Вот так!

Открыв глаза, я оказалась под оглушительным ударом аплодисментов. На меня смотрели с таким восторгом. Это было удивительно.

-Ещё! Ещё! Ещё! - сыпалось отовсюду.

Я пересела на диван к Кустарину и отдала ему гитару.

-Знаешь песню "Я вижу свет"?

Он улыбнулся и кивнул...

-Лишь сейчас я вижу свет,
Словно ночь вдруг отступила.
Лишь сейчас я вижу свет,
Купол неба голубой...