[Реакции, и всякое по Доктору Стоуну:D]

Заказ от @Grebochek404
Надеюсь, всё вышло вполне приятно глазу.

Здесь мы имеем: Сенку, Гена, Стенли.

Надеюсь проблемой не будет, что я сама выберу имя для ребёнка.

 Сенку Ишигами.

  Т/и долгое время гадала, каким же может быть первое слово их малышки Джун.
 
 Почему-то, в основном такие моменты бывали, когда маленький тканевый свёрток согревал в себе убаюкиваемую девочку, а небольшие, наконец-то сформировавшие мутно рубиновый цвет, глазки едва держались открытыми на грани сна и рассеяно сверкали, устало взирая на маму. Хотя она думала над этим и до всего этого, когда Сенку только-только обмолвился осторожным словом о том, что он желал бы иметь ребёнка.
 
 Ох..тот вечер Т/и никогда не забыла бы, хоть память стирай.

 Они, ещё юные возлюбленные, с единой крепкой целью спасти мир, даже мысли не смели допускать о том, чтобы задуматься о чём-то столь серьёзном, как о заведении малыша. Логично, что время не то и торопиться не стоит, ведь у них нет всех нужных вещей для столь тяжёлого процесса, а после умных умозаключений своего учёного бойфренда, Т/и так вообще до конца убедилась, что лучше подождать.
 Ради общего блага.

 Но теряли ли они что-то от этого?

 Не совсем.

 Сенку тогда не особо желал ребёнка, будучи поглощённым увлекательной работой, а его девушка, хоть и имея случаи, когда в голове проскакивала шальная мечтательная мысль, охотно довольствовалась тем, что имела.
 Т/и с искренним счастьем принимала нежные поцелуи в губы, алеющие щёки и красный от наливающегося жара нос, довольно выдыхала от пылких касаний и почти таяла, стоило уставшему Ишигами вдруг прижаться к ней со спины в некрепких, но таких отчаянно мягких объятиях.
 И хоть он не всегда так делал, порой засыпая прямо в лаборатории, а потом времени и вовсе не хватало даже на банальный диалог, но и они знали на что шли.
 Что Сенку, что Т/ф -- они полноценно осознавали свой выбор и не жаловались, вполне довольствуясь робким сплетением мизинцев в дневное время и взаимными нежностями в свете яркой луны.
 
  Ишигами не был романтиком, но в любви дорогому человеку не смел отказать.

 И вот, когда ситуация относительно успешно нормализовалась, а они стали уже взрослыми людьми, не утратившими любовь к друг другу, в одну из ночей, аккуратно обхватив ладонями чужую руку, учёный с лёгким румянцем на щеках признался в своём желании.
 Он не был юношей со школы, но в тот момент уверенный Ишигами куда-то делся. Это было очаровательно.
 С мягким поцелуем в краешек губ он получил незамедлительный, такой же тихий положительный ответ.
 Вот так было положено начало для рождения Джун -- полной копии своего отца.

 
 ..Т/и, лениво перебирая пальцами чужие бело-зелёные прядки волос и едва держа веки приподнятыми, лишь краем уха улавливала, что её возлюбленный вновь рассказывает что-то научное своей дочери, вместо банальной и, как выразился сам Сенку, совсем не поучающей сказки.
 Девушка могла бы возмутиться, но самое интересное здесь то, что его маленький девичий двойник слушала даже слишком внимательно, не смея и головой в сторону матери дёрнуть.
 Полная сосредоточенность и, кажется, понимание.
 Хотя такое в принципе невозможно.

 Или..

-- Я уверена, её первое слово будет каким-то химическим элементом.  - с улыбкой на устах выдыхает Т/ф, тут же перевернувшись на живот. При этом она так и не перестаёт нежно поглаживать голову любимого, внимательно разглядывая его лицо, излучающие настоящее довольство рассказом о том, что ему и Джун нравится. - это будет необычно.

 Сенку на мгновение отвлекается, с крохотной улыбкой глянув на Т/и.

-- Это будет началом её правильного пути.

-- Второго умного человека в доме я не перенесу.  - дуется, вдруг оторвав руку от непривычно опущенных волосы, не туго завязанных в хвост. - самой неумной буду среди вас, учёных.

 Сенку даже не ощущает вины, щёлкая девушку по носу с ухмылкой.

-- По бурчи ещё тут, я же вижу, что ты счастлива. 

-- Ой-ой-ой, всё ты у нас видишь, учёный.

 На этой ноте Т/ф уже хочет отвернуться с притворно обиженно надутыми губами, ведь гордость хоть и чутка, но задета, однако этого так и не удаётся сделать, ведь на её глазах малышка Джун вдруг вцепляется в вечно выпадающую прядку волос Сенку и хорошо так дёргает. 
 Малюсенькие тонкие губы едва размыкаются, когда две пары глаз удивлённо уставляются на её.

-- Па..па! Па..! - неумело, по слогам, но так звонко выдаёт это девочка, всё не переставая дёргать замершего отца за волосы. - Па!

 Сердце просто-напросто восторженно ухает и девушка быстро пускает взгляд на Ишигами, в желании увидеть его реакцию.
 Она даже немного пугается.
 Тот будто бы и не дышит.
 Глаза широко раскрыты, а губы, словно в желании что-то сказать, немного приоткрыты, но по итогу они так и не издают никакого звука, пока на фоне вдруг взбушевавшаяся дочь не перестаёт активно звать своего папу.

-- Сенку..? - осторожно, уже немного заволновавшись, окликает Т/и, накрыв ладошкой плечо учёного. Пальцы немного сжимают ткань одежды, сминая её в своём несильном захвате. - эй, Сенку.

 Но великий учёный, кажется, сломался.
 Ненадолго правда, минутки две может прошло, однако и дальнейшие действия несколько удивительны, ведь он вдруг шумно выдыхает и опадает лицом прямо на животик дочери,  чем вызывает чужие активные движения и ногами, и руками.

-- Папа! - Джун звучала недовольно, всё не переставая брыкаться под чужим весом с криками. - папа!

-- Боже, Сенку, ребёнка помилуй, и вообще.. - Т/и так и не договаривает, застыв с разинутым ртом.  Секунда, вторая, а то, что она видит, даже после пары растерянных хлопков глазами не исчезает. - ты.. - девушка ошарашенно сглатывает, не сразу смея выразить слов. - ..ты плачешь, Сенку..?
 
  Подумать только, этот вечно ухмыляющийся в лицо опасности человек, спасший землю от вымирания, вдруг растрогался от обыкновенного первого детского слова?
 Т/и не находит лучше действия и просто накрывает ладонью спину учёного, мягкими согревающими движениями оглаживая его немного подрагивающее тело.
 Девица понимающе молчит, прижимаясь губами к чужому плечу и тут же оглядываясь на немного затихшую Джун, которая не понимала, почему вдруг стало так мокро, а её отец не продолжает рассказывать что-то интересное.

 Т/и не говорит, но с счастливой улыбкой думает, разглядывая свою дочь: что ж, ты сделала своего отца счастливым, Джун. Чудесная работа.
 

 Ген Асагири.

 Тот самый поверхностный человек решил обзавестись семьёй?
 Ой, погодите, так он ещё и выглядит самым счастливым парнем на свете, лишь услышав с уст своей дочки первое слово?

 Скажите вы это кому-нибудь тогда, когда они проживали в деревне, активно борясь с Царством Силы -- никто бы вам не поверил от слова совсем, а быть может и у виска пальцем покрутил бы.

 И дело не в том, что о великом фокуснике Гене Асагири так плохо думали, выставляя его каким-то мерзким одиноким типом, который лишь о своей выгоде и думает. Всё как раз несколько иначе, ведь парень тогда сам не проявлял каких-то порывов с симпатией к кому-то(он доброжелателен со многими, серьёзно) и подозревать менталиста в том, что он вдруг захочет себе полноценную семью -- никто не мог.
 Живёт себе Асагири одиноко, ну и ладно.
 Каждому своё.

 Однако никто и не знал, что его сердце в тот момент уже было украдено одной девушкой.

 Т/и сразу вызвала в нём непростые чувства, а с каждым днём общения Ген всё больше убеждался в своей любви, но не до конца осознавал, взаимно ли это.

 И всё же они оказались здесь, в одной комнате, освещаемой одной лишь яркой свечой и не менее дарующей светлость полной луной.
 Малышка Мива не желала спать, Ген ребёнку потакал, а Т/и..Т/и просто наблюдала из-под одеяла, при этом не сдерживая нежной, хоть и немного сонной, улыбки, что являлась при просмотре на то, как её повзрослевший внешне, но никак не внутренне, парень веселится с маленькой тёмноволосой девочкой, неторопливо кружась с ней под весёлый звонкий смех.
 Уже не сменное хаори развивалось при поворотах, широкие рукава почти что поглощали малышку в себе, а задористый огонёк, что так и не желал потухать в морских омутах, причудливо прелестно сверкал, стоило парню оказаться прямо окна, окунаясь в лучах ночной планеты.
 Нет сомнений, Асагири сказочный человек.

 Но вдруг смех сменяется резким вскриком.

-- Мама!

 И словами не передать, насколько это было неожиданно, что даже Ген замер, удивлённо глядя на неожиданно заговорившую девочку. Та, хлопая глазками, смотрела на него в ответ, уже сомкнув губы.
 Т/и едва не хихикнула, спрятав половину лица за одеялом.
 Это выглядит чертовски забавно.
 После вскрика Мивы была такая тишина, что даже стук сердца Гена можно было бы услышать, но вместо этого лишь свист ветра и шорохи за окном были единственными шумами в эти секунды, пока в голове Асагири происходила работа осознания, сопровождаемая скрипом шестерёнок. 

 Т/ф всё же не сдерживается, хихикает.

-- Мамочка Ген впал в ступор?

 Удивительно, но с этими словами менталист приходит в себя, и, тряхнув головой, оглядывается на свою девушку с расплывающейся на губах хитроватой ухмылкой.

-- А может Мива-чан звала свою мамочку Т/и к нам повеселиться? - и делает же шаг, явно показывая свои серьёзные намерения, на которые Мива в руках вдруг счастливо хихикает. Т/и прячется под одеяло. 

-- О нееет, я сплю, всё.

 Но конечно это не сработает, а одеяло в ту же секунду отлетает.

-- Ген! Ну мне нужны силы, чтобы завтра всем похвастаться, что наша дочь сказала своё первое слово. - произнося это всё с явным лёгким недовольством, Т/ф, противореча самой себе, неторопливо встаёт с постели под довольную улыбку Асагири. 

-- Мама!

 Девочка тянется ладошкой к своей матери и Т/и не может не вздохнуть со счастливой улыбкой на губах, принимая из рук менталиста дочку к себе в руки. Получше прижав её к своей груди, девушка пускает всё такой же сонливый, немного тёплый, немного недовольный, взгляд на Гена.

-- Какой счастливый. - хмыкает, сделав короткий шаг вперёд, хотя куда уж ближе? 

-- Не рань мои чувства, Т/и-чан. Я очень счастлив слышать голос Мивы-чан, а особенно то, как она тебя зовёт. - вслед за словами рука менталиста мягким касанием располагается на чужой макушке и, немного погладив, вдруг слегка надавливает, призывая девушку прижаться виском к его груди. Руки в то же мгновение обвили чужое тело в объятиях, а Мива счастливо пискнула. - я так люблю вас.. - жмётся ласково носом в чужую макушку и Т/и чувствует его улыбку, хоть и не видит.

-- Мы тоже тебя любим тебя, да, Мива?

-- Ба!

 На этих ответах Ген несдержанно усмехается, ощущая расплывающееся в груди приятное тепло.
 Даже поверхностные люди могут оказаться совсем другими в душе.

-- Папа!

 Слышатся и восторженный вздох Т/и, и невнятное буквально пищание чайки-мыши от Асагири.

 Такое комбо уже слишком для чувствительного менталиста и его сердце явно не выдержит.


 Стенли Снайдер.

 
 Первым словом юного Исаму было самое красноречивое, но едва различимое из-за неумелого языка "бля".

 Самого Снайдера в тот момент не было рядом, но Т/и уже имела к нему претензии, попутно наматывая край полотенца на ладонь.
 Малыш непонимающе хлопал глазами, когда его мама расхаживала туда-сюда по комнате, всё не снимая с лица довольно кровожадной улыбки, а за спиной у той не переставал вертеться непонятный кусок ткани.

 С минуты на минуты должен явиться Стенли.

 Ну как он мог так проговориться при ребёнке? Когда? Зачем?
 Такой зачастую сдержанный, не позволяющий матам так легко соскользнуть с языка, а тут прямым попаданием в память собственного сына!

-- Обоже. - вдруг рыкает девушка, замирая на месте. Взгляд метнулся в Исаму. - твой отец отхватит сегодня, ага?

-- Бля!

 Рука до побеления костяшек сжала ткань.

-- Да, Исаму..именно так. - Т/ф оборачивается на звук вдруг закрывшейся двери, за которым следует шуршание одежды и неторопливые шаги к ванне. - попрощайся с отцом, малыш.

 Мальчик только хлопнул ладошкой об постель.

 Когда дверца открывается, первым, что видит Снайдер, является его девушка с явно не предвещающей что-то хорошее милой улыбкой и скрещенными руками на груди. Второе -- это его сын, который подозрительно долго молчал и не сильно бурно реагировал на появление своего отца, просто прожигая его взглядом очаровательных зелёных глазок.

 Несложно догадаться, что что-то не так, но мужчина не думал паниковать, спокойно оглядывая свою семью.

 Первая заговорила Т/и, вдруг заведя одну руку за спину.

-- Приветик, Стен..Как работа? Ксено не замучил тебя? 

 Стоя на том же месте, Снайдер без задержки отвечает, заглядывая в глаза возлюбленной.

-- Всё как обычно,  и нет, он меня там не мучает, даже если бы пытался это сделать. - немного помедлив, он продолжает. - по какому поводу такое напряжение в тебе?

 Т/и не вздрагивает от того, что её так быстро рассекретили, опустив руку возле себя с жатым в ней полотенцем. 
 Вопросительное дёрганье бровью, а малыш Исаму вдруг кричит.

-- Бля!

 И всё встало на свои места. 

-- Бить буду тебя, Стен. Очень сильно. Малыш уже попрощался с тобой, поэтому.. - девушка вздыхает с ухмылкой. - Сюда иди, пупсик.

 И скрываясь за дверью, пока Т/ф неторопливо настигала, как хищник на добычу в предвкушении скорой расправы, Стенли не признает вслух, что гордится своим сыном. Хотя, вернее, потом скажет, когда случится примирение, а пока что стоит избегать полотенца и ловких рук своей возлюбленной, всего-то.

-- СТЕН, ЧТОБ ТЕБЯ, ИДИ СЮДА!

 Малыш Исаму из другой комнаты смеётся.