лучше для нас обоих
После почти часа игры все устало рухнули на песок. Солнце припекало, море плескалось неподалёку, воздух был наполнен смехом.
—Всё, я больше не могу—простонал Сынмин, раскинув руки—Если ещё один сет, я умру
—Ты и так бегал, как черепаха—хмыкнул Чанбин—Без тебя игра была бы быстрее
—Зато с юмором—вставил Минхо, обнимая Джисона за плечи—А юмор это главное
Феликс молча сидел чуть поодаль, поджав колени и глядя в сторону горизонта. Его палец всё ещё ныл, но он делал вид, что не замечает. Хенджин сел рядом, бросил быстрый взгляд на руку Феликса.
—Болит?—тихо спросил он
—Я сказал, что всё нормально—грубо отрезал Феликс, даже не повернув головы
—Конечно...—Хенджин усмехнулся безрадостно, опуская взгляд на песок—У тебя всегда всё «нормально»
Феликс стиснул зубы, молчал. Он смотрел на Минхо и Джисона, которые всё время шептались и смеялись, будто вокруг них существовал свой мир. Внутри у него кольнуло — не ревность в привычном смысле, а скорее горечь: «Почему у нас не так? Почему у нас всё сломано?»
Хенджин тоже заметил их. Его губы сжались в тонкую линию, он машинально поправил волосы и отвернулся, чтобы не смотреть.
—Если бы мы хотя бы раз могли...—пробормотал он себе под нос, но Феликс услышал
—Что?—резко спросил он
—Ничего—ответил Хенджин, снова глядя на море
Феликс нахмурился, но больше ничего не сказал. Между ними повисла тишина, в то время как вокруг звучал смех друзей, которые кидались песком и планировали, что будут делать вечером.
—Эй, давайте вечером сделаем барбекю! Мясо, музыка, пиво!—кричал Айен
—Да!—подхватил Чан—Это будет идеально!
Все закричали «за!», хлопнули друг друга по плечам. Атмосфера была лёгкая и радостная — кроме двух людей, которые сидели рядом и в то же время чувствовали себя бесконечно далекими друг от друга.
***
Ночь сгущалась, пиво лилось всё свободнее. Друзья сидели вокруг мангала, каждый со своим стаканом. Смех не утихал, разговоры скакали с темы на тему.
Феликс, слегка опьянённый, лениво улыбнулся и заговорил, крутя стакан в руках.
—Знаете у меня знакомый есть. Купил собаку. Красивая, умная. Но вечно убегает куда-то, делает что хочет, не слушает никого. В итоге хозяин только бесится, а толку ноль
Он сделал глоток, не глядя на Хенджина.
—Хаха, ого, Феликс, это прям история из жизни!—сказал Сынмин, хватаясь за живот
Все засмеялись, но Хенджин, сидящий рядом, чуть напрягся. Он тоже сделал глоток и, улыбнувшись, ответил.
—А...у меня есть знакомые. У них вроде как отношения, но на деле херня полная. Постоянно ссорятся, кричат, всё время друг друга бесят. И самое смешное они продолжают делать вид, что у них всё идеально
—Классная история—хмыкнул Чанбин—И чем всё кончилось?
Хенджин пожал плечами.
—Да ничем. Живут так. Людям же нравится обманывать себя
Феликс фыркнул, сделав вид, что тоже смеётся. Но взгляд его чуть дрогнул, стакан в руке качнулся.
—Ну да—сказал он тихо—Иногда думаешь, а зачем вообще всё это держать рядом, если оно только делает хуже?
—Потому что привыкаешь—не моргнув, ответил Хенджин, глядя прямо на него—И даже если бесят, всё равно отпустить тяжело
Тишина на пару секунд повисла между ними, но друзья этого не заметили — все уже обсуждали, кто пойдёт за дровами, кто нарежет ещё овощей.
Феликс откинулся на спинку стула, натянуто улыбаясь. Внутри же его сердце билось слишком быстро: каждое слово Хенджина било больнее, чем он хотел признать.
Хенджин отвернулся, глядя в огонь. Его руки дрожали, но он тщательно прятал это за спокойным видом.
И только им двоим было ясно, что эти «истории про знакомых» на самом деле были о них.
Постепенно разговоры стихали. Кто-то зевал, кто-то предлагал идти спать. Минхо и Джисон обнявшись ушли в дом первыми, Сынмин с Айен тоже поднялись, смеясь и переругиваясь, кто будет первым в душе.
—Я ещё минутку посижу—сказал Хенджин, делая вид, что рассматривает огонь
—Я тоже—отозвался Феликс, и в голосе прозвучало что-то слишком резкое
Бан Чан и Чанбин переглянулись.
—Ладно, не потеряйтесь—пошутил Чанбин и ушёл следом за остальными
На террасе стало тихо. Треск углей, солёный запах моря и две фигуры напротив друг друга.
Хенджин первым нарушил тишину.
—Ты, блядь, думаешь, я не понял?
Феликс поднял глаза.
—Что именно?
—Твои истории про собаку—Хенджин процедил, сжимая стакан—Мог бы уже сказать в лицо, что я «неслушный пёс»
Феликс чуть усмехнулся.
—А ты думаешь, я не понял твои намёки? Про знакомых, у которых «отношения — херня полная». Это ж ты про нас сказал
Хенджин сжал кулаки.
—Ну, а разве это не правда?
—Может, и правда—Феликс наклонился вперёд, его голос стал тише, но резче—Но, Хён, ты забываешь одну вещь. Я хотя бы стараюсь что-то держать. А ты...ты только умеешь ломать
Хенджин резко поставил бокал на стол, так что пиво расплескалось.
—Ломать? Ты серьёзно? Это я всё ломаю? Ты хоть раз посмотрел на себя со стороны?! Ты король обид!
—Я король обид? Ты человек который пропадает, когда ему захочется!—крикнул Феликс
—Потому что невозможно быть рядом, когда каждая минута с тобой это драка!—выпалил Хенджин, стукнув кулаком по столу
Молчание повисло. Феликс резко встал, отвернулся к морю. Его плечи дрожали.
—Ты не понимаешь—тихо сказал он—Я всё это терплю только потому, что не хочу подводить друзей. Потому что...потому что я не могу признать, что три года моей жизни были зря
Хенджин замер. Его дыхание сбилось.
—Значит...зря, да?—спросил он хрипло
Феликс обернулся, глаза блестели от злости и боли.
—Иногда мне так кажется—сказал Феликс, и голос его дрогнул.
Хенджин встал из-за стола, шагнул ближе.
—Три года зря?—его голос сорвался на крик—Ты, блядь, серьёзно сейчас?
Феликс вскинул голову.
—А что, неправда? Мы только и делаем, что ссоримся! Никакой радости, никакого доверия. Это отношения? Это цирк какой-то!
Хенджин сжал кулаки так сильно, что побелели пальцы.
—Ты пиздец как любишь жертву из себя строить. Всегда ты страдающий, всегда ты терпишь! А я, значит, чудовище, да?
—А кто ты?—Феликс резко шагнул вперёд. Его лицо было искажено злостью и болью—Человек, который, когда всё рушится, просто уходит! Ночами не приходит домой! И это я всё ломаю? Да ты просто бежишь каждый раз, когда нужно остаться и решить хоть что-то!
—Потому что с тобой невозможно решать!—взорвался Хенджин, голос сорвался—Ты не слушаешь, не слышишь, только орёшь! Сколько можно, Феликс? Сколько, блядь?!
Феликс дрожал, дыхание было рваным. Он не выдержал — оттолкнул стул ногой, и тот с грохотом упал.
—Всё, хватит! Я больше не могу!
Он резко развернулся и пошёл к двери.
—Конечно—крикнул Хенджин ему вслед—Убегай! В этом ты мастер!
Феликс обернулся у дверей, его глаза горели.
—Знаешь что, Хенджин? Может, и правда зря. Может, всё это ебаная ошибка
Хлопок двери разнёсся по дому так громко, что наверняка разбудил половину друзей.
Хенджин остался один. Он тяжело дышал, глядя в тёмное море. Его руки дрожали, он прижал ладони к лицу, но облегчения не было. Только пустота.
***
Феликс лежал на кровати, укрывшись одеялом с головой. Его дыхание было неровным, глаза жгло от слёз, но он упрямо молчал.
В тишине скрипнула дверь. Хенджин вернулся. Его шаги были медленными, осторожными. Он подошёл к матрасу, брошенному на полу, и без лишних слов лёг, глядя в потолок.
Несколько минут в комнате стояла мёртвая тишина. Только тикали часы и где-то вдалеке шумело море.
И вдруг Хенджин заговорил — тихо, устало, словно слова давили на горло.
—Феликс...нам стоит расстаться
Феликс замер под одеялом. Не дышал, не двигался. Но Хенджин продолжил.
—Всё остальное время с ребятами мы просто сделаем вид, как будто ничего не случилось. А когда вернёмся домой...мы разъедемся
Феликс крепче сжал одеяло, вцепился в него пальцами так, что костяшки побелели. Слёзы снова потекли, но он даже не шевельнулся.
—Так будет лучше—Хенджин выдохнул, словно ставил точку в долгом разговоре, которого никогда не было—Для тебя. Для меня. Для нас обоих
Он закрыл глаза, повернулся на бок и притворился спящим. Феликс лежал неподвижно, сердце колотилось, в голове гремели слова, которые невозможно было вычеркнуть.
«Разъедемся».
«Стоит расстаться».
Он зарывался глубже в одеяло, стараясь не всхлипнуть вслух. Потому что если Хенджин услышит — это будет означать, что всё сказанное им больнее, чем он хотел показать.