VII
- Значит, это моя комната?-спросил Изуна, рассматривая всё что есть в округе.
Можно ли называть абсолютно пустое помещение комнатой старший Сенджу не знал. Но опираясь на рассказы старого друга, он мог лишь предположить, что всё сделано правильно.
- Да. Ты не очень любил, когда в твоей комнате много вещей, поэтому здесь практический ничего нет,-ответил ему Хаширама, не заходя дальше порога, - В шкафу есть футон и твои вещи, переоденься если хочешь, а потом спускайся к ужину.
- Хорошо,-улыбнулся Изуна, направляясь к шкафу.
Хаширама поспешил покинуть предоставленную младшему Учихе комнату. Хотя, уместно ли будет называть так того, кто Учихой себя не считает? Тобирама сказал, что когда они с Мадарой исчезли из виду, он сказал омеге, что тот человек рядом с главой клана-это Учиха Мадара. Взгляд Изуны, по словам Сенджу младшего, изменился. Он достал было кунай из рукава кимоно, но альфа его остановил, мол он пришёл не с целью кого-либо убить. Изу хоть и поверил, но убирать оружие подальше отказывался. Тем временем, Хаширама исковеркано объяснил старому другу, что же всё таки произошло с его отото, чуть было не попал под огонь гнева Учихи ичизоку. Он не хотел верить, что Изу, во время патруля, угодил в перепалку с Тобирамой, сильно ударился головой об дерево и потерял память. Было конечно много упущенных моментов, которые могли бы сделать историю убедительнее, но Хаширама их упустил, чем вызвал негодование у друга. После долгих переговоров было решено, что Изуна останется в поселение Сенджу, пока к нему не вернётся память, если вообще вернётся. Это было сделано, так как главы подумали, что правда может усугубить положение омеги. Его разум сейчас подобен расписанному листу бумаги, на котором сказано, что он Сенджу и считает Тобираму и Хашираму своими братьями, и что он всю жизнь рос с ними, если он всё узнает то лист разорвётся в клочья и что будет потом, даже думать не хочется. Пока они не найдут решение, он останется здесь, сколько бы времени им не понадобилось. Изуна перебирает шкаф и ищет подходящие вещи, он безошибочно подбирает свой размер и правильный цвет традиционного Сенджувского кимоно.
***
«Чёрт...»-думает Тобирама, выходя в коридор. Он только что отправил Изуну переодеться к ужину, а до этого получил несколько косых взглядов от Мадары. Хотя на что он мог надеяться? Увидив Изуну прижатым к дереву стаей голодных волков, он не нашёл выхода лучше, чем спасти его. Почему Изуна сам не отбивался и почему не ушёл к себе в деревню, не осатвалось для Торы загадкой слишком долго, ведь уже после того, как один из хищников замертво пал на землю от его меча, а остальные решили спасаться бегством, первые слова, которые сказал ему Изуна после спасение были:
— А ты кто?
И тогда в голове пепельноволосого Сенджу начала выстраиваться цепь событий после того, как он оставил его в бессознательном состояние в абсолютном одиночестве. Тобирама понял свой просчет, но превратил это в плюс, и сказал следующее:
— Я твой нии-сан.
Сейчас же ему кажется, что он совершил самую большую глупость, ибо старший брат сказал, что не собирался брать никого в плен, а найти Изуну ему нужно было для Мадары, ведь тот не находил себе места из-за пропажи брата. История о том, что младшего Учиху он нашёл уже считающим его родным братом-становится неконтролируемой ложью с каждой секундой, которую Изу проводит под их крышей.
«-Может избавиться от него по тихому?» -подумал Тора, направляясь к комнате их гостя.
Он уже стоял перед дверьми младшего, когда те разошлись по сторонам, выпуская жителя. Изуна хотел было выскочить из комнаты, но тут же столкнулся с Торой, врезавшись в могучую грудь, но удержавшись на ногах от больного падения на пол.
— Ох, прости нии-сан,-услышил Сенджу, — Я так спешил, что не заметил тебя.
Изуна стоял перед ним в их одежде, Учиховская юката всегда закрывала тонкую шею омеги, а кимоно Сенджу обнажает не только шею, но и слегка приоткрывает ключицы. Волосы цвета вороньего крыла распущены и закрывают всю спину. Весьма странно, но эта одежда на нём кажется правильной.
— Да ничего страшного,-ответил ему Тобирама, прикрыв глаза, чтобы на него не засматриваться.
— Можешь помочь мне собрать волосы? Я хочу заплести косу, но не получается.
— Конечно.
Изуна даёт альфе шнурок для волос и поворачивается к нему спиной. Альфа пропускает мягкие, почти шелковистые волосы через свои пальцы, разделяя их на три и начинает плетение. Коса не сложная, свободная, чтобы не причинять дискомфорта. После стольких боёв, в которых у младшего волосы всегда были собраны в понячий хвост, видеть его с косой казалось делом не привычным. Изуна крутился вокруг зеркала, рассматривая себя с новой причёской и дивясь своей красоте, то и дело нахваливая умелые руки своего нии-сана.
— Пойдём ужинать.
— Пойдём,-радостно вскликивает Изуна, выбегая вперёд.
«Позже его убью»-думает Тобирама, следуя за омегой, хотя в собственном внутреннем голосе сомнения слышит.
***
— Мне всё же кажется, что Тобирама врёт.
— Почему же?
Мадара молча окидывает взглядом тарелку перед собой, в голове отвечая на этот вопрос, но не осмеливаясь его озвучить. Будь они на берегу реки, Учиха позволил бы себе сказать всё что он думает о пепельноволосом Сенджу. Но он на вражеской территории, на их территории. Называть младшего брата главы клана грязным лгуном в их же доме казалось себе дороже.
— Просто кажется,-кратко ответил он, после недолгой паузы.
Ужин. Званный, если так подумать. Хаширама, после своего не очень убедительного рассказа о нападение и спасении, убедил старого друга остаться на несколько дней в гостях, аргументируя это тем, что так он сможет убедиться в безопасности Изуны. Учиха не отказался, тем более ему нужно поговорить с младшим братом, если ему представится такая возможность. Двери в трапезничай зал открываются, пуская туда Тобираму и Изуну. От одетого в одежду Сенджу отото Мадару чуть удар не хватил, ещё немного и он бы отправился к праотцам, где скорее всего получит нагоняй от отца, за то что не уследил за младшим.
— Присаживайтесь,-улыбнулся Хаширама, что сидел по левую руку от Мадары.
Учиха сначало тоже улыбнулся младшим, хотя наверное только черноволосому омеге, но тут же прекратил, стоило ему уловить лезвия в глазах своего отото, тот на мгновение посмотрел на него, как на врага. После до него доходит:
«Он считает меня своим врагом»-и это осознание больно ранит его в сердце,-«Изуна думает, что он Сенджу, а значит я для него не просто враг, а враг его клана. Прости меня отото...Я тебя не сберёг»
Мадара слегка поджимает губу, что не скрывается от взора Хаширамы, который попросил вынести ужин. Сегодня, якобы в честь гостевого визита главы клана Учиха, альфа распорядился тем, чтобы приготовили самые вкусные блюда и разливали сладкое вино. Его люди хоть и были насторожены этим неожиданным визитом, но не стали добавлять в еду яд, да и Хаширама «дружеский дал знать» своим подченённым, что если с Мадарой что-то случится, он спросит с них. Изуна, как дитя малое, девился разнообразным блюдам, но обиженно надул губу, когда Тобирама запретил ему пить алкоголь. Этому Учиха тихо засмеялся, прикрывая рот подолом юката, чтобы никто не заметил. Но от Хаширамы это не укрылось, в душе он лекует от того, что всё сложилось имено так, и если их кланы смогут так же хорошо ужиться, как и они сейчас седят за этим столом, то светлое будущее считай уже наступило. Проходит некоторое время, Хаширама во главе стола во время приёма пищи прекрасно видит всё что происходит вокруг него. На этом месте когда-то сидел их отец и теперь альфа прекрасно видит, почему никому не позволял здесь сидеть. С этого места можно видеть всё чем занимаются за столом окружающие, а ещё легко почувствовать, что творится сзади.
Таким образом отец смог предвидеть и пресечь угрозу сразу с нескольких сторон, если она есть. Однако альфу больше волнует не это, видеть как его семья и его друг наконец-то сидят за одним столом и не пытаются перегрызть друг другу глотки, приносит ему удоволетворение.
— Итак,-начал Мадара, после того как опустошил свой сосуд с вином, — Поскольку я останусь здесь на несколько дней...
«Что?»-тут же пронислось в голове пепельноволосого.
— Мне нужно будет передать управление помощнику, а так же оповестить об этом моих сопровождающих.
— Вы остаётесь здесь?-спрашивает Изуна, удивлённый не меньше чем Тора.
— Да,-улыбнулся Мадара, — Ваш глава пригласил, а я согласился.
Младшие будто застыли во времени, утонув в своих мыслях. И если Тобирама думал о том, что дела принимают слишком острый переход и то, как с этим справиться, то Изуна думал, как бы было хорошо, если он просто убьёт этого Учиха Мадару под покровом ночи, когда он будет более или менее беззащитен. Изуне кажется, что так он сможет сделать для своего клана больше, чем когда либо. В его глазах появился опасный блеск, а в голове созревал план. Тобирама вовремя заметил это, поэтому приобняв омегу за поясницу, тем самым полностью обращая его внимание на себя, притянул к его губам свой сосуд с вином.
— Вот, попробуй.
— Но ведь нии-сан запретил,-возрозил Изу, хотя на его лице и было что-то на подобие изумление.
— А теперь разрешает,-улыбнулся альфа.
Наблюдая за тем, как Изуна с удовольствием отпивает напиток и как на него смотрит Тобирама, Мадара до слышимого треска сжимает свой сосуд и тот лопается, разливая недопитый алкоголь по своей руке и на одежде. Младший Учиха же был слишком увлечён пробой нового для себя напитка и не заметил этого, в отличие от Тобирамы, что ясно мог прочитать в чёрных глазах Учихи ичизоку искры вспыхивающего гнева. Казалось, что Мадаре нужно всего пару минут, чтобы взять себя в руки, но младший Сенджу решил не давать ему такой, гаденько ухмыляясь. Тобирама понимал, что таким образом может жёстко себя поставить и навлечь на себя гнев, как Мадары, так и Хаширамы. Ибо старший брат годами стремится прийти к миру со всеми, а его последние похождения могут серьёзно так навредить Сенджу ичизоку. Он этого не хотел, собственно так же, как и мира между их кланами.
Мадара, после тобирамовой ухмылки,почувствовал, как всем телом покрывается тонким слоем льда. В этой ухмылке он разглядел недобрые помыслы и тягу к безрассудным действиям. Он осознал, что пока Изуна находится подале этого чёртового Сенджу, что пока он верит в своё ненастоящее происхождение, у Тобирамы всегда будет рычаг давления на Мадару, что стоит Учихе старшему лишь сделать один не верный шаг, Изуна тут же падёт от вражеских рук. Учиха, чуть ли не до до треска стискивает зубы, волосы на голове чуть ли дыбом не встают от злости, пока его оппонент мирно сидит и поглаживает чёрные волосы Изу. Хаширама замечает их стрельбу взглядами и выдаёт следующее:
— Кажется мы очень хорошо поели. Предлагаю всем нам немного прогуляться перед сном, что скажете?
— Звучит замечательно!-вскликивает Изуна, чьи щёки слегка покраснели от выпитого алкоголя.
Хаширама улыбается младшему Учихе и переключает своё внимание на Мадару, а точнее на его руки, что всего в нескольких секундах от того, что сложить печати великого огненного уничтожения. Тот в свою очередь тоже переключается на него и одними глазами кричит, что его терпение не бесконечно. После рассказа Сенджу, Мадара вознамерился поговорить со своим отото, но Хаширама остановил его и просил в ближайшее время этого не делать, аргументируя это тем, что потеря памяти возникла от сильного эмоционального потрясения, и то что он воспринимает себя как Сенджу-может быть его защитной реакцией. И если Мадара сразу же расскажет ему обо всём то может ненароком ему навредить. Мадара, взвесив все за и против, решил что так пока будет лучше, но при условий, что он сможет наблюдать за ним, и Тобирамой тоже. Однако сейчас, видя что над ним вот так издеваются Учиха ичизоку понимает, его нервы уже похожи на тонкие нити рвущегося каната, держущего в узде внутреннего исполинского зверя. А Хаширама...Он же может лишь молча наблюдать, ибо не знает всех деталей, для него сейчас обе стороны кажутся верными и неверными одновременно. Здесь ему не решить проблему.
Все четверо спокойно заканчивают с ужином и отправляются в сад на заднем дворе. И единственное, во что Хаширама хочет слепо верить, так это в то, что их прекрасный сад не будет разнесён двумя крайне воинственными альфами.