4 часть
Брайн промучился с этим всю ночь, лишь на утро ему стало легче. За это время он понял: единственный вариант — Оливия должна полюбить его. И даже сейчас Макс думал о ней: что будет со Стар, если его не станет? Кто будет платить за квартиру, обеспечивать? Ботану явно не до неё. И ещё одна вещь.
Эти цветы, что не давали ему спокойно жить, — алые розы. Такие же, как она — с шипами, но они так и манят, сводят с ума... и точно так же живут ночью, а днём спят.
***
Наступило утро.Брайну казалось, что это всё сон, ведь не было боли, как ночью. Лишь запрос, который остался в истории поиска гугла, и отправленное сообщение Оливии подтверждало, что ему это всё не снилось.
— Оливия, надо поговорить, — остановил он ее, решив наконец-то поговорить. — Пожалуйста, прости, что не ответил ничего. У меня фигня какая-то с интернетом была, я не знаю...
— Брайн, как ты меня задолбал! Ты знаешь, как меня это бесит? Ты вообще знаешь, как мне надоело ночное общение лд с лп, а днём — как чужие люди. Признайся: если бы ты не хотел продолжить, как было, ты бы и не подошёл сейчас. Тебе от этого есть выгода: такие темы, на интимки уже перешли, — Брайн был в шоке от такого монолога Оливии и от того, что она так о нем думает. Для него это было как тысяча ударов в сердце, отчего начался тот самый кашель.
— Оливия, нет... — произнес он запинаясь.
— Что с тобой? — пытаясь не показывать свое беспокойство, спросила девушка.
— Всем привет, — показался на лестнице Ботан. — Что у вас тут происходит? — помешал он. Брайн в это время отвернулся от друзей, чтобы они не видели выходящих лепестков из него.
— Какие твои любимые цветы? — вдруг спросил Максим.
— Какое это имеет значение? — выгнув одну бровь, с недоверием посмотрела она.
— Ты можешь ответить?! — грубее и громче сказал он.
— Розы, — ответила девушка, опустив взгляд вниз, затем продолжила, — Красные — банально, да? — улыбнулась Оливия, глядя на совсем не радостного Тарасенко.
— Ты меня убиваешь, Лив, — произнес блогер, вложив в ее руку лепестки, и направился к выходу из квартиры.
Она не понимала, что это значит и откуда вдруг у него появились лепестки в руках, что он передал ей. Девушка решила не медлить с выяснением ответа и направилась за Максом, который в это время находился уже на крыше.
— Брайн, что это значит? — спросила она, видя вдали друга, который явно ее не слышал.
— Брайн, скотина, я ж высоты боюсь, иди сюда! — крикнула она, на этот раз Тарасенко лишь покрутил медленно головой.
— Ты посмотри, как красиво тут! — воскликнул он и сразу же закашлял то ли от сильного ветра, то ли от своей болезни.
— Нет, давай мы спустимся в квартиру, и ты все расскажешь, — громко говорила Стар, не сдвигаясь с места.
— Питер живёт в своем ритме: каждый занят своим делом — так эстетично... — прошептал себе Брайн, затем развернувшись к девушке, сказал. — А тут нечего объяснять — ханахаки! — затем он пошел на другой конец крыши, который находился дальше от неё.
— Чё? — спросила она, но тот ее уже не слышал. Девушка решилась подойти ближе к парню, который вел сейчас себя словно неугомонный ребенок. — Что это значит?
— Загугли, — коротко сказал Мапс, думая о своей жизни. Жилось же ему раньше без неё, а теперь какая-то зависимость.
— Злишься на меня из-за этого? — он ничего не ответил, она осмелилась встать рядом с блоггером, что стоял перед пропастью. — Но я же ни в чём не виновата, Брайн. Я не знаю, как помочь тебе, — девушка последний раз взглянула на него и вернулась в квартиру, где ждал объяснений ничего не понимающий Ботан.
— Люби меня... — прошептал сквозь слезы, которые еле удавалось сдерживать Максим, когда она уже ушла. — Вот что ты в нём нашла? Что? Умный? Не умный, а слишком нудный зубрила, которому кроме книг ничего не надо. А я... А я бы сделал все что угодно, чтобы ты была счастлива. Но это «что-то» означает, что я должен не мешать тебе с Ботом, — в этот момент душа Макса кричала, вызывая боль от шипов, что просились наружу. — Ну я же всю жизнь строил карьеру блогера, а это не входило в мои планы, как... Как так? — Брайн захлебывался от чувств, которые отдавались ему болью внутри. Все вперемешку. И этот надоедливый запах цветов, который Макс не мог заглушить ни одним парфюмом — каждая мелочь его злила. Если ему сейчас так сложно, что будет ночью?