Любимец моих дьяволов / MOORMEIER

Мое сознание начало приходить в себя, глаза постепенно открывались, но мысли в голове так и были перемешаны, как клубок ниток, который никогда никто не распутает.

- Ты пришла в себя? - услышала я отдаленный от реальности голос, который заставил меня переживать. Я ничего не вижу, всё вокруг как в тумане.

- Я умерла?

- Нет, глупая. Я тот парень с крыши...

А дальше я уже ничего не слышала, в голове как в фильме стали появляться фрагменты прошлого, от которых сердце начало учащенно стучаться так, как казалось бы не стучало никогда.

- Я тебе помогу, верь мне. Просто дай руку и всё наконец будет хорошо.

- Не будет, я знаю. Моя жизнь отвратительна, я не хочу ее проживать,понимаешь? - мой голос тресся и набирал всё громкий тон, по глазам парня было ясно,что он сам боится исхода ситуации.

- Пожалуйста, дай руку, - его руки тряслись, а голос становился тихим и спокойным,мне страшно ему довериться, люди испорчены, и он не исключение.

В глазах начало темнеть, голова кружится, ноги перестали ощущать поверхность, и последнее на что мне хватило сил:

- Хорошо, помоги мне, прошу тебя.

- УХОДИ, - я кричала, кричала что есть силы. Незнакомец не ожидал этого, но чтобы меня не мучить, немедля ни секунды, покинул комнату.

"Элизабет, тебе даже на собственное убийство не хватило смелости, ты ничтожна."

В голове как на репите это предложение проигрывалось в ушах, будто сейчас на мне наушники, а в них на повторе звучала так называемая "мелодия".

И наконец мой мозг додумался до того, чтобы посмотреть,где я нахожусь. Светлая комната с фиолетовой подсветкой, туалетный столик с кучей косметики в его полках, вторая дверь видимо проход в собственную ванную, кровать, на которой я лежала была двуспальной, матрас явно был сделан на заказ, казалось, что я лежу на облаке. Запах в этой комнате напоминал детские печенья с присыпкой корицы.

Наконец поднявшись с кровати, я прошла в остальные комнаты, конечно в надежде найти бедного парня, который просто хотел мне помочь.

- Как тебя зовут?- увидив его в соседней комнате, неожиданно задала я ему этого вопрос.

- Я Коул Мурмаер, мне 19 лет, и я давно начал следить за тобой, я волновался за тебя все эти дни.

- Но ты ведь знаешь, как меня зовут?

- Да, но расскажи о себе сама.

- Я Элизабет Мартин, мне 17 лет, ах да, сегодня 2 сентября. Это мое день рождения. Мне 18 лет - поправочка. - у меня день рождения, а я снова одна. Они уехали, совсем позабыв про собственную дочь.

- О чем задумалась?

- Всё очень сложно, я причиню тебе много боли, а я не хочу этого. Я должна справиться со всем одна, - впервые за свои 15 лет я открылась для человека, которого совсем не знаю, настолько, что была удивлена даже моя темная сторона.

- Элизабет, прошу тебя, позволь мне помочь тебе.

- У нас гости, Коул? - Я очень удивилась и всем взглядом дала понять парню напротив это. Голос слышался снизу, но также слышались шаги в нашу сторону.

- Здравствуй! Коул, ты нас не познакомишь? - его голос вызывал у меня мурашки, ноги начали трястись, вызывая на глазах слезы.

- Элизабет - это Пэйтон, - сглотнув слюну, сказал Коул, пытаясь разрядить обстановку, веящую сейчас от нас двоих с этим парнем.

- Для друзей - Пэйт, Лиззи.

- Элизабет. Никак иначе, - словно выплюнув эту фразу, сказала я.

- Ты в моем доме, не диктуй здесь правила, касающиеся только тебя, - захлопнув дверь, неприятный парень вышел.

- Это мой брат, Пэйтон Мурмаер. Он не тот, кем пытается казаться. У него очень доброе сердце, Элизабет.

Мне было приятно, что этот парень услышал, что можно, а что нет.

- Отныне ты будешь жить с нами, и это не обсуждается. Вызовешь такси и поедешь за вещами, а потом сразу сюда, - я попыталась сказать что-либо против, но это было бесполезно, - это не обсуждается.

- Я отвезу ее, не переживай, брат, - из двери послышался голос того противного, но притягивающего к себе парня.

И опять же меня никто не послушал, и я уже направлялась в прошлый дом за своими вещами.

- Попрошу не надеяться на что-то большее с Коулом, он слишком добр к таким как ты, - проезжая мимо домов, иногда посматривал по сторонам водитель, не скрывая удивления.

- К каким таким как я?

- Жалеющих только себя в этой жизни, думающих, что всё, что у них есть бесполезно, думающих, что жизнь их никчемна, - его слова попали в сердце и от этого больно кольнуло где-то внутри, - я прав?

Так же, как парень я молчала всю оставшиеся дорогу, думая о порошке, который немедленно приму по приезду домой.

- Останься в машине, я как всё соберу, дам знать, - с этими словами я вышла из машины парня, громко захлопнув дверь, от чего заставила водителя нервничать.

Я проделала ту же процедуру, что и на том лугу только в 2 раза больше. Было плохо, внутри всё гнило, я перестала чувствовать даже свое сердце, которое только недавно отбивало чечетку.

Комната начала расплываться, тело упало на кровать, оно отключилось.
Приносило ли мне это кайф? Определенно, я любила ощущение, которое сейчас испытывала.
Я забыла обо всем, что чувствовала всего пару минут назад, но странно то, что это впервые вышло за грани, я перестала чувствовать не только тело, но и мозг.

Первое время она просто тупо пялилась в потолок и не замечала никаких изменений. Затем она повернула голову в сторону окна и увидела нечто такое, от чего ее брови поползли вверх, а сердце, казалось, вовсе выпрыгнуло из груди.

Облака в одночасье окрасились в черно-красный цвет и хаотично закружились. Элизабет подошла ближе и распахнула окно. Тучи на ее глазах принимали какой-то странный, непонятный облик - не то лицо с рогами, не то злобный гоблин с мачете в руках. Витающий в воздухе запах смеси летних растений сменился на горелый. Она принюхалась и сморщилась от запаха серы и подожженной шкуры.

С неба посыпался пепел именно в тот момент, когда тучное кровожадное существо двинулось в сторону Элизабет . Оно широченно улыбалось и обнажало гнилые зубы, между которыми застряли чьи-то хрящи и мелкие косточки. Она отшатнулась от увиденного и бросилась бежать. Ощущая, как ее схватили за волосы и потянули назад, она осознала, что не успела. В ужасе она почувствовала опаляющий кожу шепот:

- Ты им не нужна тут! А нам ты нужна! Хээээ, - запах разлагающейся плоти моментально забился в ноздри. Элизабет не могла ничего сказать - ее голос пропал, рассудок тоже, глаза постепенно закрывались, а изо рта начинала течь пена.

- Послушная девочка, - последнее,что услышала девушка от монстра, находившийся в метре от нее.