Воспоминания.
— Я убью тебя— Это первое, что я услышала от брата, когда он услышал о том, что я беременна, и кричал он это Вите. Ребята держали Кирилла, который рвался на Пчелкина, а я стояла рядом с ним, держа его за локоть, и прикрывала живот рукой, инстинктивно защищая своего ребёнка.
————————————
Суткими ранее.
1994 год. Москва. Март.
Мы лежали в моей комнате в постели после очередного секса. Он рассеянно поглаживал моё бедро, периодически целуя в висок, и шептал нежные слова на ухо. Да, не особо привычно видеть его таким нежным и заботливым, когда он обычно хмурый и грубый.
— На тебя так действует осознание отцовства или что-то случилось? — Говорила я, смотря на него, приподнявшись, и прижимала одеяло к груди, прикрывая своё обнажённое тело.
Он усмехнулся, взглянув на меня, а затем снова смотрел в потолок.
— Может, да, а может, я наконец-то возьму тебя в жены, как хотел тогда. Помнишь? — Он говорил низким тембром, и по спине побежали мурашки от этого.
————————————
1987 год. Москва. Октябрь.
Я шла от Вари по двору. На детской площадке были какие-то парни, которые смеялись и грызли семечки. Меня это не волновало, и я даже не смотрела на них, зная, что ребята с нашего района и пальцем не подумают меня тронуть. Девушка Пчелы. Но, видимо, не судьба.
Я услышала свист в свою сторону и похабные комментарии.
— Эй, красотка! Чего одна гуляешь? — Услышала я, но проигнорировала и шла дальше. Видимо, им это не понравилось. Краем глаза я увидела, как они мигом спрыгнули с лавочек и, перепрыгнув через забор, подошли ко мне. Я моментально поняла, что это заходящие. Они с другого района и уже нарушили кучу уличных правил.
— Красавица, не притворяйся глухой. — Произнес один из них, видимо, лидер. — Мы же не кусаемся. — Его улыбка была противной и вызвала у меня отвращение. Я сделала шаг назад и услышала голос позади себя, знакомый и родной, но теперь грубый.
Витя.
— Зато я кусаюсь. — Грубо произнёс он и, обвив мою талию, он мягко отодвинул меня в сторону. Он двинулся к ним. — Кто такие? — Проговорил он. Я видела, как парни ощетинились и поглядывали друг на друга. За Витей пришли Космос и Фил, которые поглядывали то на меня, обеспокоенную, то на Пчелкина, который, как зверь злой, уже крутит в руках нож-бабочку.
Они понимали, что происходит, и, не думая, встали за другом, обеспечивая защиту. — Ты хоть понимаешь, к кому полезть решил? — Чуть ли не рыча грубым низким голосом говорил Витя.
— Она моя будущая жена, а ты решил свои яйца сюда катить? Да я тебе их отрежу. — Витя двинулся на них, а те, как испуганные щенки, нервно пытались угомонить, неловко смеясь и выставляя руки вперёд.
Ситуацию под контроль взял Фил и, раскидав пару парней, уже замахивался на третьего, но тот сбежал, как и остальные. Витя обратил внимание на меня, подошёл, схватил за талию и прижал к себе, целуя в макушку, а потом в губы.
— Я женюсь на тебе, и больше никто не тронет тебя. — Проговорил он, заправляя мои волосы за ухо, и снова поцеловал, только уже в лоб.
— Ты Кирюхе сначала скажи это, а потом мы посмотрим, отдаст он за тебя свою сестру или нет. — Проговорил Космос, посмеиваясь, и потрепал меня по волосам. — Кос— Пискнула я, смеясь.
——————————————
1994 год. Москва. Март.
Я улыбалась воспоминаниям и посмеивалась. — Да, только потом ты обвинил меня в измене и бросил. — Проговорила я. Он поднялся, обнимая меня, и протянул к себе, целуя в шею и покусывая её. — Ну, малыш, я уже кучу раз за это извинялся. Ты ещё обижаешься чтоли? — Его голос был приглушëн из-за моей кожи. — Если бы я обижалась, то не позволяла бы тебе даже говорить со мной. — Говорила я, в какой-то степени дразня.
Пару часов спустя.
Витя вышел из ванной, вытирая волосы полотенцем, он был в одних брюках. Я заваривала нам чай и стояла в его рубашке и с распущенными волосами, пританцовывала под песню из радио.
Он прислонился плечом к дверному косяку и, сложив руки на груди, смотрел на меня. Я слышала, как он вошёл, и чувствовала его взгляд. — Ты во мне дыру прожечь хочешь? — спросила я и повернулась к нему. Он ухмылялся, пока я рассматривала его подтянутый торс и сильные руки. — А ты во мне? — Он дразнил меня.
— Засранец. — Бросила я и слышала, как он сделал пару шагов, а потом получила шлепок по заднице. — Эй? —
— Эй? Нужно следить за языком, милая. — Проговорил он, взяв кружку с чаем, и отпил. А потом его лицо стало серьёзным. — Нужно сказать твоей маме и Кириллу. Долго мы не сможем скрывать твою беременность, и, Ника, это наш ребёнок. —
Я застыла и смотрела в одну точку. Я была не готова к этому. По крайней мере, не сейчас. — Мамы нет в городе. Она же уехала в север. — произнесла я, и он, что я даже думать боюсь о реакции брата, и поэтому не говорила о нём. — Кирилл. — Проговорил он.
— Что? Кирилл? — Я посмотрела на него, а затем туда, куда смотрел он. Дверной проём, а на пороге стоит мой брат с шоком на лице.
Мы не слышали, как он пришёл, и более того, не слышали, как с ним пришли Валера и Саша.
Кирилл резко поменялся в лице, и я видела ярость. — Я убью тебя— Это первое, что я услышала от брата, когда он услышал о том, что я беременна, и кричал он это Вите. Ребята держали Кирилла, который рвался на Пчелкина, а я стояла рядом с ним, держа его за локоть, и прикрывала живот рукой, инстинктивно защищая своего ребёнка.
Пришлось реагировать быстро.
— Угомонись— Шикнула я на брата, а он игнорировал меня и рвался к Вите.
— Обрюхатил мою сестру, ещё и скрывал это?! Я тебе член отрежу! — Он как обезумел и практически вырвался из рук мужчин. Витя вышел вперёд, закрывая меня собой, и не довелось выйти из-за его широкой спины.
— Я женюсь на ней. Ты знаешь, что я всегда этого хотел. Мы оба этого хотим. — Слова Вити, казалось, нисколько не успокоили Кирилла. — Не заставляй её нервничать, потеряет ребёнка, будем виноваты все! — Витя прикрикнул на него, пытаясь образумить. Я видела, как мой брат вздохнул и остановился.
— И сколько вы были вместе за моей спиной? — Спрашивал Кирилл, и я вышла из-за спины Пчелкина.
— Это сложно. Более-менее нормальные отношения с месяц, может, два. — Говорила я, хотя прекрасно помнила тот день, когда он увез меня из клуба и практически взял в своей машине, с того момента я не могла устоять перед ним. Да что там, у меня каждый раз коленки тряслись, когда я видела его.
— И беременность примерно месяц. — произнесла я и видела, как Кирилл сжимал и разжимал кулаки.
— Свадьба будет в ближайшее время. Ребёнок должен родиться в браке. Мать я привезу, и сама ей всё расскажешь. — Говорил он резким грубым голосом, так что я каждый раз дёргалась. И прижимала руку к животу. Материнский инстинкт.
— Чем ты думала, Вероника? Сама же рыдала, когда он бросил тебя. — Говорил он, а я вздохнула. — Кирилл, это было пять лет назад, всё в прошлом.