Глава 32.
POV Карми
Голая керамическая плитка холодит колени, но мне сейчас наоборот, невероятно жарко от целого урагана бушующих в душе эмоций, вызывающих дрожь по всему телу. Это в равной степени и стыд, и растерянность, и восхищение собственной смелостью вместе с бурлящим в крови адреналином. А также радость от того, что у меня есть такие приятные для обоих методы управления Лидером. Неплохая была идея - попробовать применить методы дрессировки одичавших животных для приручения диких Лидеров. Вот он, Лидер, стоит передо мной - покорный, начавший поддаваться приручению, смиренно ожидающий моих действий. Незабываемое зрелище.
Медленно снимаю с бедер полотенце, стараясь не растерять всю свою невеликую решимость. Раз уж начала - отступать нельзя. Мой эмпирический опыт в этом плане никуда не годится, но теоретический подсказывает, что можно сделать. Закрываю глаза и, наконец, нерешительно приступаю, одним лишь движением языка вызвав у мужчины тяжелый вздох наслаждения. Плотно сомкнутые губы и ритмичные движения буквально через пару минут доводят мужчину до крайней степени нетерпения. Быстро оглянувшись по сторонам, он, видимо, не найдя в ванной удобного места, хватает меня за руки и поднимает. Тащит из ванны в кухню, подхватывает руками под бедра, одним резким движением приподнимает и тут же кладет спиной на стол. Все бы ничего, но в тут же секунду мою поясницу пронзает резкая боль, от которой я вскрикиваю и приподнимаюсь. Шарю рукой по столу и вытаскиваю попавший под спину тот самый, брошенный Лидером, чертов кусок засохшего зефира, который по ощущениям больше напоминает сейчас кусок гранита. Смахиваю его на пол, снова улыбнувшись от стука, с которым он падает и катится по плитке. М-да, Лидер, не хозяйственный ты мужчина. Но радует одно - значит, не всех зефиром угощает, раз успел засохнуть. А дальше все было напористо, жарко и с обычной Лидерской привычкой брать инициативу на себя. В заполненной ярким светом кухне мужчина быстро и размеренно двигается, каждым своим толчком вызывая невероятно сильные ощущения. В какой-то момент кладет ладони на стол по обе стороны от меня, тем самым став еще ближе. Не могу этим не воспользоваться, и обхватываю его шею руками, притягивая к себе. Эрик, не останавливаясь, впивается в мои губы настойчивым поцелуем, окончательно унося мое сознание к вершинам блаженства. На миг заставив Эрика прерваться, по собственной инициативе сползаю со стола, ощущая приятную дрожь в ногах, встаю коленями на стул, а локтями опираюсь на стол и сильно прогибаюсь в пояснице, вызывая у стоящего за мной мужчины шумный одобрительный вздох. И вот это сладкое безумие, сопровождаемое стонами и хриплым рычанием, продолжается с новой силой, пока не заканчивается обоюдным удовлетворением. Этот необычный и невероятный во всех отношениях вечер закончился в огромной Лидерской кровати, где я уснула почти мгновенно, убаюканная приятной тяжестью обнимающей командирской руки. Второй раз за все время пребывания в Бесстрашии мое утро начинается с потоков солнечного света, бесцеремонно проникающих в комнату через огромные окна. Первые секунды я просто наслаждаюсь его теплом и разглядываю разноцветные блики, которые прыгают перед глазами под плотно закрытыми веками, пока не вспоминаю, чьей квартире я обязана этим пробуждением. Открываю глаза, тут же зажмурившись от непривычной яркости, и сажусь, ногой отпихивая от себя тонкое мягчайшее одеяло. Рядом со мной лежит только смятая подушка - Эрика нет, но в ванне слышится шум воды. Сажусь поудобнее и, потерев глаза ладонями, оглядываюсь. В мягком утреннем свете комната выглядит совсем иначе, нежели вчера, в ней нет ничего пугающе-холодного. Везде чистота и порядок, даже постельное белье наисвежайшее. У себя на пол окурки не бросаешь, командир? Конечно нет - вон, на столе стоит наполовину заполненная резная пепельница, а чистота в квартире почти хирургическая. Бросаю взгляд на часы - до начала тренировок еще больше часа, как раз успею забежать к Кэти и показать ей приказ о зачислении на работу в архив! Даже представить не могу, как она обрадуется!!! Ведь буквально за последние дни в состоянии подруги наметился невероятный прогресс - зрение начало заметно восстанавливаться. Чем Кэти тут же и воспользовалась, разглядев и раскритиковав в пух и прах мою запущенную прическу и тут же велев вострить лыжи в сторону салона. А я напрочь отказалась идти одна, заявив, что позволю издеваться над своей шевелюрой только под ее чутким присмотром. И как раз сегодня наш славный доктор Эндрю обещал Кэти первую примерку протезов, которые в будущем должны почти на сто процентов заменить ей собственные ноги. По его словам, эти протезы не потребуют ежедневного съема, а только лишь периодического обслуживания и подгонки. Девушка после курса реабилитации и достаточных тренировок сможет не только ходить, но даже бегать и приседать. Бионические протезы, изобретенные в Эрудиции, работают на электрических импульсах, полученных от мышц ампутированных конечностей. Эти импульсы и перемещают протез в нужную позицию. По крайней мере, Эндрю объяснил нам принцип работы именно так. Да мне, в общем-то, и не принципиально как они работают, лишь бы снова получить возможность прогуляться вместе с подругой по коридорам Бесстрашия, тихонько хихикая и обсуждаю идущие впереди мужские торсы. Что-что, а торсы Кэт всегда любила. Улыбаясь приятным мыслям о подруге, встаю с кровати и пытаюсь найти свои порванные вчера трусики. Возможно, с ним еще что-то можно сделать, ведь с хорошей одеждой и бельем в Бесстрашии туго. Да и наших неофитских карточек, полученных за тренировки, еле-еле хватает на что-то нужное, не говоря уже о каких-либо предметах роскоши. Скромно живем, одним словом, так что разбрасываться нарядными трусиками не стоит. Покачав головой при виде безнадежно растерзанных черных кружев, надеваю лифчик и платье, попутно разглядывая обширнейшую библиотеку Лидера. Ничего лишнего, книги все сплошь по интересам - огромные полки, уходящие под потолок, забиты профессиональной литературой, выдавая интересы их хозяина с головой. Больше всего тут книг и справочников по оружию. Также есть пособия по искусству боя, различным видам военной техники, тактике и стратегии, а также видимо-невидимо томов по истории, начиная от самой древней и заканчивая последними событиями Войны и образованием Фракций. Парочку бы любовных романов сюда еще подкинуть, для общего развития, так сказать. Чтобы знал, как за девушками ухаживать. Мое внимание привлекает лежащий на столе среди бумаг предмет. Он настолько необычной формы, что я даже не сразу могу определить его назначение. Хотя, судя по тому, что предмет имеет короткое металлическое лезвие - это холодное оружие. Обоюдоострый широкий клинок треугольной формы, с вырезанным на полотнище изображением давным-давно забытого бога, отливает в солнечном свете гладкостью старинного металла. Наполовину очищенное острое лезвие блестит, но там, где его еще не коснулась рука умелого реставратора, металл потускнел и заржавел по краям. Инкрустированный золотом и серебром эфес имеет крайне необычную форму - буквой «Н», с поперечно расположенной рукоятью и боковыми защитными пластинами. Рука сама тянется к невиданному оружию. Металл приятно холодит ладонь, а ручка необычного кинжала легко и удобно, как влитая, устраивается в ладони. Интересно, откуда здесь такой раритет? Явно даже старше Лидерского зефира будет.
- Катар. С ножом в руке оборачиваюсь на звук голоса и вижу Эрика, стоящего в проеме двери. На мужчине, вышедшим из ванной, надеты только джинсы, голый торс как всегда завораживает. Какое же, все-таки потрясающее у него тело - хочется заставить его лежать смирно и гладить, ласкать эту гладкую кожу, проводить ладонями по явно выступающим накачанным мышцам! Эрик разглядывает меня своим спокойным взглядом темно-серых глаз. Заметив мой полный восхищения взгляд, скользящий по его совершенному телу, самодовольно ухмыляется и приосанивается. С трудом вынырнув из сладких мыслей, нахлынувших при виде этого самовлюбленного Аполлона, растерянно переспрашиваю: - Что? - Кинжал называется катар. Это очень древнее индийское оружие. - Красивый, - говорю я, рассматривая орудие, - и необычный. А как он у тебя оказался? Эрик равнодушно пожимает плечами, но заметно, что мой интерес к оружию ему льстит. - Кто ищет - тот найдет. Я коллекционирую старинное оружие. Сожми концы рукояти вместе. Аккуратно, блин, а то порежешься! От себя держи. Сжимаю рукоять и чуть не роняю от неожиданности кинжал на пол - с легким щелчком из-под ручки появляется второй параллельный клинок. Теперь орудие, и без того выглядевшее серьезно, смотрится и вовсе устрашающим. - Это какие же раны можно таким нанести! - протягиваю я, восхищенная его совершенной, но очень опасной красотой. - Смертельные. Если уметь обращаться. Перехватываю кинжал поудобнее и, подняв руку, наставляю острие на Лидера. - Не боишься, командир? Эрик даже бровью не повел. - Нет. Ты что в десять лет грабли криво держала, что сейчас. Криворукая, - презрительно ухмыляется он. - Какие грабли? - искренне удивляюсь я, забыв даже обидеться на криворукую. - Ну или чем ты там махала в сарае и орала, что убьешь нас. Опускаю руку с кинжалом, не сводя с командира ошарашенного взгляда. - Это был разрыхлитель почвы. Металлический, - зачем-то уточняю я. - Да пофиг, - отмахивается Эрик, - один хрен - криволапая. Подходит, забирает у меня из рук свой антиквариат и бережно начинает укладывать его в такие же невероятной формы ножны. - Эрик, это был ты, что ли?! - слежу за перемещениями командира, стараясь мысленно воспроизвести в памяти тот день. Этого не может быть! Тот веселый парень с вараном на спине не мог быть нашим вечно недовольным и хмурым Лидером. Но Эрик утвердительно кивает. - А где... - я заношу руку за спину, показывая на место огромной татуировки, которая так поразила меня в тот день. У Эрика, я совсем недавно имела возможность в этом убедиться, спина абсолютно чистая. - Свел, - коротко поясняет он, бережно закрывая ножны и убирая их на полку, - Эрудиты умеют. - С ума сойти, ну надо же какое совпадение, это просто невероятно!!! - меня и правда впечатлило, что этот, вроде бы и незначительный, но запомнившийся на всю жизнь эпизод, оказался так тесно связан с Эриком. Интересно, а то, что мы и сейчас притянулись друг к другу - это судьба, карма или просто мое невезение? - А ты меня сразу узнал? - Ага. Как только увидел, как ты нож в руках держишь, сразу и вспомнил ту дурочку с разрыхлителем. - Я нормально нож держу, не говори ерунды!!! - бесит, придумал бы уже что-нибудь другое. - Ты-то да, - язвит Эрик и кивает головой в сторону кухни, - за мной! Смотрю в спину уходящему в сторону пищеблока Лидеру и в очередной раз поражаюсь превратностям и шуткам судьбы. Ведь на его месте мог оказаться абсолютно любой Бесстрашный, но в наш сарай принесло конкретно его. Мысленно сравниваю того милого паренька с нашим грозным Лидером. Ну да, сходство однозначное. Виски тогда еще не были выбриты, пирсинга и татуировок на шее и руках не было, да и сам он был похудее и поизящнее. И повеселее. И подобрее. Эх, помотало его Бесстрашие, вон в какую буку превратился. А насчет сведенной татуировки - это он правильно сделал - не идет ему варан. Ему бы что-нибудь более грозное и менее пресмыкающееся подошло. Беру листок с приказом и заглядываю в кухоньку. Эрик стоит у стола и нажимает какие-то кнопки на незнакомом мне приборе. - Открой, пожалуйста, дверь, я к Кэти пойду! Обрадую, - рот сам собой растягивается в улыбке. Уж обрадую, так обрадую. -Сядь! - не поворачиваясь, отвечает Эрик. - Ну Эрик, мне надо срочно.... Мои слова заглушает жужжание непонятной машины и тут же по квартире начинает разносится невероятный аромат, от которого все в душе расцветает самыми приятными воспоминаниями. Это кофе. Самый что ни на есть настоящий, зерновой - дефицитнейший во всем Чикаго продукт, доступный только Лидерам и приближенной к ней правящей элите. Остальной город пьет химический суррогат, лишь отдаленно напоминающий кофейный напиток. Кофейное дерево - южное растение, и в наших отнюдь не жарких широтах его возможно выращивать лишь в специальных теплицах, да и то не без помощи Эрудиции. Непонятный прибор, который я не узнала вчера - это, оказывается, кофе-машина. Ну правильно, откуда мне было его видеть, если меня даже к кофейным оранжереям близко не подпускали, не говоря уже о том, чтобы попробовать кружечку этого напитка? А Лидер собственными холеными ручками готовит для меня кофе, как раз сейчас подставляя в автомат вторую кружку. Круто, правда? Но очень не вовремя. Не знаю, когда еще в жизни удастся его попробовать, но вот сейчас так точно не до дефицита - у меня каждая минута на счету, надо бежать. Не хочу, чтобы Кэти еще полдня жила в страхах и сомнениях, уверенная, что ее скоро выгонят. - Эрик, я пойду, ладно? Я хочу к Кэт успеть до тренировки. - Нет, не ладно. Сказал же - садись! Успеешь. Что, командир, проникся нашим вчерашним чаепитием, снова захотелось уютных посиделок? Это хороший признак, значит верным путем идем, товарищи. Немного времени в запасе есть, так что можно и насладиться уникальным напитком, да еще и поданным Лидером лично.
Сажусь, поджав ноги под себя, и вздыхаю:
- Тогда в Дружелюбии ты был более... - немного замялась, подбирая слово, - доброжелательным! Эрик, поставивший передо мной кружку и сев со второй напротив, посмотрел на меня таким взглядом, что слово «доброжелательный» само тут же стерлось из моего словарного запаса. Попили, называется, уютненько кофейку. Делаю первый глоток обжигающего напитка и аж прикрываю глаза от удовольствия. Это вам не химический порошковый суррогат! Мягкий пряный вкус, в котором ощущается терпкий аромат обжаренных зерен, обволакивает небо, а сильный запах приятно щекочет ноздри. Втягиваю его в себя, наслаждаясь каждой секундой и каждым глотком. Вкусно! - Есть, оказывается, плюсы в том, чтобы у Лидера остаться, - смеюсь я. Эрик, закуривающий сигарету, посмотрел на меня своим коронным пристальным взглядом. Закурил, задумчиво выдохнул струйку дыма в сторону, потом сделал глоток кофе, снова затяжку. Ненормальный - перебивать вкус божественного напитка табачным дымом. - В твоих же интересах срочно придумать еще пару плюсов! - Ну, - дурачусь я, - кровать у тебя еще мягче. И зефир - пальчики оближешь! Шутки шутками, но есть у меня и серьезный вопрос. - А Кэти ведь можно будет прийти на инициацию? Мужчина равнодушно пожимает плечами, не отводя от меня пристального взгляда. - Мне все равно. Если сможет - пусть приходит. - А как вообще проходит Церемония Инициации? Медленно стряхнув пепел в заботливо подставленную пепельницу, он усмехнулся: - Тебе инициацию еще пройти надо. - А что, думаешь не пройду? - я абсолютно спокойна, ведь у меня на данный момент твердое одиннадцатое место, а проходит вся первая двадцатка. - Избив и изнасиловав Лидера фракции? Сомневаюсь. - Что-то ты, Лидер, не сильно сопротивлялся! Эрик выдыхает очередную струйку дыма и смеется: - Ты напала внезапно! Я был оглушен и деморализован. - Как же легко тебя оглушить и деморализовать, - усмехаюсь я. Одним глотком допив содержимое кружки, мужчина с веселым удовольствием оглядывает меня, особенно задержав взгляд на вырезе платья и говорит: - Церемония простая - сначала построение и речь Лидеров. Дальше распределение по должностям, а вечером все бухают до одури и трахаются. Все, кроме тебя. Ты сидишь здесь, - Эрик кивает на мой стул, - на жопе ровно, понятно? - То есть, я все-таки пройду инициацию, - усмехаюсь я. - А какую ты речь будешь говорить? Как директор нашей школы на выпускном - будешь со слезами на глазах называть нас «корабликами, выходящими из тихой гавани в бурное море жизни»? Я смеюсь, а Эрик, собиравшийся было нахмуриться, все же, посмотрев на меня, передумал и радостно оскалился: - Нет. Просто рявкну, чтобы валили пахать. - Это будет очень торжественно, - важно киваю я. Быстро допив кофе, ставлю кружку в мойку, беру приказ и иду к выходу. Теперь точно пора, ведь мне еще нужно забежать в общежитие и переодеться. Лидер спокойно щелкает замком, но не успеваю я сделать и шага в приоткрытую дверь, как он, перегородив мне выход своим мощным торсом, припечатывает спиной к стене, и, удерживая рукой за подбородок, начинает целовать в своем излюбленном грубоватом стиле - резко и настойчиво проникая языком вглубь. С удовольствием отвечаю на этот уже привычный поцелуй, чувствуя, как внизу живота поднимается теплая волна. Как же не вовремя. Бежать, надо срочно бежать, а то я останусь здесь надолго. А учитывая, что на мне нет трусиков - скоро и сам хозяин квартиры не даст мне уйти. Эрик, оторвавшись наконец, и оценив мою мгновенную реакцию и на него, усмехается: - Может, все-таки загс? - и, видя мою испуганную реакцию, усмехается, - в приказном порядке, чтобы даже не рыпнулась. Губы улыбаются, на лице - обычное насмешливое выражение, но глаза серьезные. Чересчур серьезные для таких шуток. - Секс - не повод для загса, - ляпаю первое же, что приходит в голову и быстренько протискиваюсь в открытую дверь. Похоже, с крышей у Лидера и правда беда.
