Я научу тебя улыбаться [ЗАМОРОЗКА]

Можно доверять
лишь одному человеку.

Локи бежал в сторону дома, не обращая внимания на то, как болит его рана, на горящие от слёз глаза. Он знал, что от такого клейма не убежишь. И вот, он потерял друзей, которых он обрёл впервые в жизни. Потерял всё что у него было. Потерял себя.

Зайдя в дом, он не обратил внимание на встревоженные взгляды родителей и обеспокоенный взгляд Тора. А просто зашёл в ванную, закрыв дверь на ключ. Он не обращал внимание на топот ног. Взглянув на себя в зеркало, он не смог выдержать, и разбил зеркало на маленькие кусочки. Эти осколки летели на него, но он, не обращая внимания на порезы, включил душ. Убрал аппарат, и зайдя прямо в одежде, спустился по стеклянной стенке, давая ледяной воде скрывать его слёзы на лице. Не в силах уже сдерживать, он громко закричал, и вновь почувствовал металлический вкус крови, глаз его заливался кровью. Но он спокойно вскинул голову, давая разорвавшейся швам, убить его. Потеряв много крови, он умрёт конечно же. Он понял, что совершает самый банальный суицид. Да и какая разница? Кто будет горевать по нему? Семья, ничего переживёт. Максимофф? Они давно уже, наверняка возненавидели его.

Убийца.

Убийца.

Убийца.

Это клеймо останется с ним, на веки. До конца его жалкой жизни. Он даже сейчас убивает, буквально себя. Хотя, кто его осудит за это?

Голова начала гудеть так, словно внутри вместо мозга был огромный барабан. Живот скручивало.

Дверь выбили, но Локи не обращал на это внимание. Он медленно проваливался в темноту, был слышал крик, но он ещё глубже проваливался в темноту. Последнее, что он помнит, так это крепкие руки охватывающие его тело.

***

Он начал открывать глаза, и сразу, яркий свет ослепил его. Поморщившись, он хотел уже прикрыть глаза руками, но не смог пошевелить ими, точнее смог, но они были связаны ремнями, после он понял, что и ноги и талия тоже. Паника, не лучший помощник в черезвычайной ситуации. Для начало нужно успокоиться, и вернуть себе наконец зрение.

Через минуту всё это ему удалось. Он понял, что лежит в больнице, во-первых приборы, а во-вторых белый начал уже раздражать. Феноменальный слух уловил топание множество ног, и слабые, знакомые звуки.

— Очнулся! — воскрикнул чужой голос, и ушёл к выходу.

— Что происходит? — хрипло сказал Лафейсон, не узнавая собственный голос. На столько он был хриплым.

— Мистер Одинсон, вам нельзя говорить. — сказала медсестра. Локи не сразу понял, что это обращаются к нему, настолько он привык носить другую фамилию, что забыл совсем про другую, данную ему.

— Локи! — знакомый голос брата вывел Локи из раздумий.

Он молчал, не то что бы предупреждение медсестры на него как-то подействовало: он думал.

— Больше не пугай нас так. — сказал Тор, развязывая ремни. Локи наконец смог потереть свои запястья.

— Ничего не могу обещать. — хмуро сказал он, приняв сидячее положение.

На него обрушились воспоминания прошлого дня...

— Сколько я лежал в отключке? — наконец спросил он, голос его слегка дрогнул.

— Три дня.

Ясно, теперь всё понятно. Он действительно так много потерял крови? Проведя по лицу, он мгновенно одел ледяную маску спокойствия. Он не хочет чувствовать, слишком больно. Значит, если так нельзя, он будет просто скрывать свою боль. Так же лучше, он всегда так мог.

— Выйдите, мистер Одинсон. — обратилась к Тору врач — Он скоро выйдет к вам.

Тор послушно вышел, и на него накинулась сразу матушка с вопросами.

— Он скоро выйдет, не волнуйтесь, всё в порядке. — сказал Тор и в этот момент вышел и сам пациент. Родители помня, как его сын не любит касания, лишь солнечно улыбнулись. Но, они не увидели даже тени ухмылки, которая вечно заменяла ему улыбку.

Дело плохо. Очень, очень плохо.

***

Когда все сели в машину, несколько минут длилась полнейшая тишина. После, родители начали доставать Локи вопросами, но Локи всё так же молчал, хмуро дырявя лобовое стекло взглядом. Тор понимал, что лучше промолчать, а после это поняли и старшие Одинсоны. В полнейшей тишине они приехали в особняк. Молча отказавшись от ужина, Локи твёрдым шагом ушёл себе в комнату.

Тор не мог этого так оставить, взяв поднос, он положил туда блюда на двоих и решительным шагом поднялся, направляясь в сторону комнаты Локи. Он слабо постучал, но так, что бы тот понял, что Тор так это не оставит.

— Заходи. — прозвучал холодный голос Лафейсона. Зайдя, он не узнал совсем комнату, она была перевёрнута верх ногами. Там где всегда царил безупречный порядок, теперь царит самый настоящий хаос. Что же могло случиться?

Он положил поднос на тумбочку, и тихо сел на кровать рядом с Локи. Немного промолчав он коснулся кисти Локи, тот вздрогнул, но не начал кидаться всем что только можно в Тора.

— Брат, что случилось? — тихо спросил Тор. Локи молчал, обдумывая слова, и решая можно ли сказать ему.

— Ванда и Пьетро... Они... — Тор почувствовал как Локи мелко дрожит. Одинсон сжал кисть Локи, давая ему понять, что ему можно доверять — Они узнали, что я убил Эрика!

Эти слова резали слух, резало и то, что впервые на глазах Локи появились слёзы. Впервые младший брат, Тору, которому всегда казалось, что младший здесь он, понял какие ураганы чувств кишат в Локи. Впервые, Тор обнял Локи, и не получил за это никакого сломанного ребра. Локи растаяв в объятьях Тора, дал волю своим эмоциям и просто заплакал, тихо хныкая плакал. Локи понял, он созрел за эти все года он может доверять лишь одному человеку, тому, кто был всегда рядом с самого детства, тому кто никогда не солжёт, тому с кем он постоянно ругался... Его брат, хоть и сводный, всё же брат. Он может доверять лишь Тору...

— Я всё потерял... Всё...

— Не всё, — твёрдо сказал Тор смотря прямо в глаза Локи. — У тебя есть я.

***

Через день оба пошли в школу.

Локи теперь, всегда одевал чёрные кожаные перчатки, и кожаную куртку, не оставляя на показ любой голой кожи. Было жарко, но терпимо, да к тому же так он сможет постепенно сдерживать свою агрессию.

Он спокойно шёл по коридорам школы, настраивая наушник. Шрам на его бледном лице, явно выделялся. Но он не обращал внимания, ни на косые взгляды, не на шум вокруг себя. Включив негромкую музыку, он направился в кабинет истории.

По пути он встретил близнецов Максимофф, на минуту все троя остановились напротив друг друга пристально глядя в глаза. Но после, их словно током ударило и они поспешили разойтись. Локи вздохнул, а потом ещё и ещё... Успокоившись, он выпрямившись вошёл в класс, и как обычно сел на пустующую парту.

— Э... А... Прости... Это... Моё... Место... — как то неуверенно сказал парень рядом, и Локи перевёл взгляд. Парень тот вздрогнул, и Локи вздохнув встал.

— Садись Паркер, не боись, не кусаюсь. — холодно отрезал он.

Питер Паркер, самый младший из всего класса. Из-за этого часто получает насмешки от одноклассников. Локи, честно, на него плевать с высокой колокольни, в прочем как и на всех в классе. Но, он был младше, а значит слабее. И Локи, как-то машинально не брызгался ядом в общении с ним, ну как в общении. Короткие фразы, и то редкость.

Питер сел, и чуть не получил пеналом по затылку, но Локи успел поймать, и честно, вполне эпичненько. Бросив назад, он попал этим пеналом прямо в мусорку. К нему начал подходить, очень злой Майк. Класс затих.

— Ты! Что ты сделал?!

— Ох! Прости великодушно, я не знал, что у Вас проблемы со зрением, мистер Осборн! — шуточно вздохнул Локи прижимая руку к сердцу, по классу поползли смешки. А лицо Майка всё заливалось кровью.

— Ты...!

— Ну... Что могу сказать, плохо дело, — цокнул Локи, наклоняя голову на бок. Его весёлый тон никак не сочетался с его душевным состоянием и каменным лицом. — У Вас видно не хватает словарного запаса, для того, что бы охарактеризовать мою персону.

На этот раз класс залился неудержимым смехом. И Майк не в силах ничего ответить, полетел на Локи с кулаками. Сам Лафейсон закатив глаза. Поставил неуклюжему бойцу подножку.

— Да-с, плохая у тебя память мистер Осборн. — высокономерно улыбнулся Локи, стряхивая с куртки пыль. — Ну ничего и вспоминать не придется, я так великодушно тебе всё напомнил.

Локи наклонил голову, Майк дал тому посчёщену. Лафейсон, от такой наглости аж ахнул.

— Что это сейчас было?

— Я нечайно. — пискнул Майк, зажмурив глаза.

— Жалкий. — лишь сказал Локи, и перешагнул через его тело, сел наконец, на свободную парту. Несколько минут в классе держался дружный смех, после он начал затихать, а после, вовсе пришла тишина. Они наконец развернулись, и продолжили заниматься своими делами.

Локи заметил как на его стол легла тень.

— Чего тебе, малец? — холодно спросил Локи, у Питера.

— Спасибо, мистер Локи, за то, что защитили меня... — сказал Паркер, стесняясь посмотреть ему в глаза.

— Не за что. — ответил Локи, хотя сам честно не понял зачем он это сделал, и хотел ли защитить мальца? Да, наверное, или нет... Он поднял его подбородок, заставляя того наконец смотря ему в глаза. Прищурившись он слегка усмехнулся.

«Идеальный кандидат.»

— Ещё раз опустишь голову, я отрежу её, тогда уж точно ни поднимешь не опустишь. — все знали, что у него довольно странное чувство юмора. Так что Питер считал это шуткой.

— Х-хорошо, мистер Локи, — сказал более уверенно Питер, расправив плечи — Спасибо.

— Просто Локи, без «мистер». — раздражённо сказал он. — Мне не под сорок.

— А, хорошо, Локи. — заливаясь краской пробубнил он, спокойно сел за свою парту.

Лафейсон веселило смущение мальчика. И что уж поделать, Тор, так удачно обернувшись, заметил такой забытый блеск веселья в его глазах. Перевёл он взгляд на Питера, заметил у того лежит лёгкий румянец на щеках. Тор широко улыбнувшись, отвернулся, и в этот момент зашла Хела Малеейс.

Класс мгновенно встал. Осброн тоже неуклюже встал, и поплёлся быстрее к своему месту. В классе, хотя нет, все в школе боялись историчку, даже больше чем математика – профессора Таноса. Хела Малеейс навевала страх, никто не смел ей перечить. Даже Локи отказался от этой идеи. Хотя, он, в отличие от всех, не сверлил взглядом пол, а смотрел прямо в изумрудные глаза Хелы. И казалось, он смотрел не в её глаза, а словно видел отражение своих глаз... Да и вообще, схожесть была феноменальная.

Хела сама, почувствовав на себе взгляд Локи, посмотрела на него. И тот даже не отводил взгляд, а просто, вопросительно поднял бровь. Впервые, Хела отвела взгляд, и нет, не потому что потому что испугалась. А просто... Она делает также. И Он делал также. Тот же взгляд, таже усмешка, мимика и острые черты лица. Чёрные словно смоль волосы, даже причёска, такая... Знакомая?

Буквально все заметили переглядывания учителя и Локи. И феноменальную схожесть между ними. Но вскоре Хела отвела взгляд и махнула рукой. Все одновременно сели.

«Это мне чертовски не нравиться.» – подумал Локи, совсем не зная о том, что Хела думает о том же.

— Я вижу ты новенький, — сказала Хела поглядывая на Локи. Лафейсон кивнул, и встал, чисто от простого уважения — Звать...?

— Локи Одинсон. — прошептал он, замечая как потемнели глаза Хелы.

«А вот это уже плохо, очень плохо»

— Садись. — рыкнула она. Локи послушно сел, и словил на себе несколько сочувствующих взглядов. — Начнём урок.

Локи понял значение всех тех сочувствующих взглядов. Оказалось, профессор Малеейс, не очень то и жалует сыновей Одина. Ладно, видно уже половина знакомых не выносит семейку Одина (и да Максимоффы тоже). Локи повернул голову к близнецам, и те, словно почувствовав его взгляд обернулись. Он не видел в их глазах ни страха, не презрения... Ни постоянного детского счастья в голубых глазах Пьетро... И недетскую серьёзность в болотных глазах Ванды. Оба смотрели на него с сожелением, и всемирной печалью. Локи отвернулся, просто не смог это выдержать. И продолжил слушать тихий голос учительницы.

Она часто спрашивала то, что было в 9 классе или того хуже, в пятом, нынешнюю тему она редко затрагивала, и конечно же, мало кто помнил то, что было 3 года назад. А Локи и вовсе не знал что они тогда проходили. Но отвечал спокойно и уверенно, ведь всё же история, как и искусство было его страстью. Класс замер внимательно слушая Лафейсона, и казалось, даже Хела была слегка шокированна. Но как бы строга она не была, но справедливостью она отличалась, и поставила Локи заслуженную «А», переступив при этом через свою ненависть.

Да и казалось ей, что Локи то, не совсем то и Одинсон...

Прозвенел звонок. Хела хотела уже задержать Локи на минуту. Но, толи смелости не хватило, толи что. Но проводила она его задумчевым взглядом.

— Локи! — прокричал чей-то несформировавшиеся ещё голос. Локи понял, что зовёт его Паркер. И спокойно обернулся. — Ты, забыл... это.

— С-с-спа...сиб..о. — как то выговорив это слово, сказал Локи. Беря жизненно необходимый для него, ушной аппарат. — Спа...сибо.

— Пожалуйста. — хихикнул слегка Питер, и его щёки вновь запылали розоватым цветом. Накинув капюшон, он побыстрее смылся.

Локи ещё долго смотрел на аппарат. И ещё долго, чувствовал, как впервые, его холодные руки, хоть и в перчатках чувствовали тепло рук Питера.

— Лакей, чё застыл? Влюбился что-ли? — сказал Тони слегка улыбаясь. Но никто не рассмеялся, хорошо, все имели чувство самосохранения, ну видно, кроме Старка.

— Главное, не в тебя. — бросил в ответ Лафейсон. Старк улыбнулся, он очень любил такие словесные перепалки.

— Не горюй, скоро влюбишься. Обещаю. — подмигнул весело Старк.

— Любви не бывает. Это просто детские сказки. — твёрдо сказал Локи, полностью убеждаясь в этих словах.

— Все герои так и говорят, а после, всё же влюбляются. — сказал Тони.

— Только в принцессу, а не в принца. — весело сказал Клинт, и несколько человек не выдержав, хихикнули.

— А здесь ни принцесс, не принцев нет, — хмыкнул Локи, поправляя рюкзак. — Одни идиоты.

И ушёл.

— Он мне всё больше и больше нравится. — мечтательно сказал Старк. Стив приподнял брови, Клинт переглянулся с Тором.

— Смотри не влюбись, — хмыкнул Роджерс, пытаясь пошутить. — Ты же желаешь, что бы он в тебя влюбился, а не ты.

— Да и к тому же, — сказал Тор твёрдо смотря на Тони. — Он терпеть не может любые виды отношений.

— Господи! — воскрикнул обиженный Старк. — Я же пошутил!

______________________________________

А теперь можно спросить: Локи, что ты чувствуешь на самом деле? Правда ли то, что Локи так убивает себя потому что убил лучшего друга? Что на самом деле происходит в голове Локи?

На счёт переживаний, я просто отвечу – да, это правда. То что он думал, то, что он кричал, плакал, это не ложь и не лицемерие. Он давно прятал свои чувства в чёрной коробке, которую он закрыл на тысячу замков. А Магнето умудрился найти ключи к этим замкам всего лишь сказав несколько слов. Правда, Локи не собирался кричать в истерике и допускать себе такие мысли.

Он пытался смириться. Пытался забыть. Но, он давно понял, что если он не разгадает загадку своего прошлого, то не увидит светлое будущее.

Но как же выбраться из пучины тьмы? Как не потерять себя и других в кромешной тьме?

«Тор, пожалуйста, гори, свети для меня и для моих подопечных»