ты девушка бориса павликовского
( Можете включить песню Them feat. Van Morri — It's All Over Now, Baby Blue ⭐️ )
Ваша первая встреча произошла в местном продуктовом магазине пригорода Лас-Вегаса. Ты заметила его стоящую длинную и худощавую фигуру у холодильника с газировкой, но пялился он вовсе не на содовую, а чуть дальше, где стояли крепкие алкогольные напитки. В твоей голове пронеслась мысль, что незнакомец делает так неспроста, а для отвода глаз настырной продавщицы, которая в свою очередь никогда не продаёт подобные вещицы даже недавно ставшим совершеннолетним, а значит, приходится идти на хитрые уловки. Оплатив шарлотку и пачку мятных леденцом, ты подошла к высокому парню ближе и стала пялиться с ним вместе. Спустя десять секунд он всё же возразил в чем дело и почему бы тебе не развернуться и не пойти в другую сторону, но ты настырная, поэтому сделала предложение бедняге, от которого он был не в силах отказаться. Осуждающий взгляд рыжеволосой женщины за кассой, оплаченная бутылка водки и вот вы уже оба стоите на ступеньках у входа в магазин, вглядываясь в садящееся красное солнце за горизонт. В благодарность за оказанную услугу, он делает тебе встречное предложение, на которое, по его мнению, ты скорее всего согласишься, но нет. Ты исчезаешь вдоль темнеющей безлюдной улицы полузаброшенного городка не сказав ни слова, лишь обронив слегка оценивающий взгляд.
Теперь, каждый раз пересекаясь в этом же магазинчике, вы обменивались мимолетными касаниями на кассе или у стеллажа с хлебобулочными изделиями, так как ты очень любишь шарлотку, а он, по видимому, любит закусывать водку кексами, ибо раз в неделю, как по расписанию, просит кого-то купить ему стеклянную бутылку, доверху наполненную разбавленным спиртом. Для тебя он обычный подрастающий алкоголик, не более того, но ты его не осуждаешь, что-то тебя останавливает.
Однажды, проходя мимо идущего тебе навстречу темноволосого парня, ты увидела на его лице внушительный и довольно свежий синяк. В голове пронеслась мысль кто это и зачем это сделал с ним, но ты просто прошла мимо уставившись себе под ноги. Его уставший и одновременно пустой взгляд лишь на секунду задержался на тебе. Кудрявые волосы были взъерошены, будто буквально пятнадцать минут назад за них по полу тягали беднягу. Одна рука была спрятана в глубокий карман чёрного пиджака, а другая крепко держала лямку темно-синего рюкзака, доверху чем-то наполненного. Весь оставшийся вечер ты провела сидя у окна, смотря на темнеющую безлюдную улицу полузаброшенного городка, в надежде увидеть знакомый силуэт и убедиться, что с ним всё в порядке.
Ты очнулась посреди ночи от внезапно начавшегося боевика по телевизору, который ты снова забыла выключить вечером. Оглядев оставшиеся включённые фонари на улице, которые на удивление ещё не потухли, в отличие от всех остальных, ты стала присматриваться к каждому освещённому периметру. Не мог же он на ночь глядя уйти пешком из этой дыры. Наверняка заночевал под каким-нибудь домом, чтобы с новыми силами поймать утренний автобус. Здесь так делают все отчаявшиеся горожане, поэтому в пригороде почти никто и не живет.
Накинув поверх одежды покрывало и взяв ещё одно с собой, ты вышла из дома. Твои глаза метались от одного темного переулка к другому, а любой шорох заставлял оборачиваться снова и снова. Фонарь, под которым ты стояла, потух, а что-то неподалеку стало противно скрипеть, словно кто-то забыл смазать петли старой карусели. Повернув голову направо, ты заметила очертание детской горки и высокой качели, на которой кто-то сидел, опустив рюкзак на землю. Догадок кто бы это мог быть вовсе не было. Медленно, стараясь лишний раз не шаркать ногами, ты подошла к соседнему сидению на тонких цепях и присела рядом. Парень даже не повёл глазом, а продолжил смотреть куда-то вдаль.
Он начал первым:
— Привет, незнакомка из магазина и любительница яблочных пирогов.
— Рада знакомству, чудаковатый ценитель русских крепких напитков.
— Нет, я вовсе не тот, за кого ты меня принимаешь.
— И кто же ты тогда?
— Просто Борис.
— Просто Борис?
— Да, а ты, позволь поинтересоваться?
— Просто *твоё имя*.
— Хорошо, просто *твоё имя*, буду иметь ввиду.
— Пойдём со мной.
— Куда?
— Узнаешь.
И вот вы, укутанные в пледы, уже стоите в твоей квартире, в её крошечном коридоре, соединяющий небольшую кухоньку с комнатой, где стоит диван с телевизором, по которому всё ещё идёт боевик. Он решает сразу поинтересоваться одна ли ты живёшь, на что ты в ответ киваешь головой. Твои мотивы, позвав малознакомого человека к себе его слегка настораживают, но он не спешит покинуть помещение, так как всё же лучше переночевать под крышей дома, нежели под самим домом. Свист чайника, постукивания ложкой о края чашки и еле слышные глотки горячего чая. Он рассказал тебе почему ушёл из дома и насколько сложны и натянуты его отношения с отцом, а синяк является лишь последствием очередного спора с членом семьи. Твоя тёплая рука накрывает его холодную и ты произносишь слова, которые ещё долго будут отзываться эхом в его голове. Ты понимаешь что он чувствует и тебе очень жаль, что этот парень столкнулся с подобным. Твоё предложение переночевать в квартире он конечно принял, но не сразу, тебе пришлось его убедить, так как Борис почувствовал смущение и неловкость.
Вы уснули вовсе не в обнимку, парень свернулся калачиком на краю разложенного дивана, что и повторила за ним ты. Между вашими телами было несколько десятков сантиметров и вы старались лишний раз не вдохнуть, чтобы не привлечь внимание и не заставить новоиспеченного соседа открыть глаза и уставиться на вас. С наступлением утра ты медленно приоткрыла глаза и с диким ужасом в них обнаружила, что закинула ногу на бедро парня, а пальцы ваших ладоней были переплетены между собой. Аккуратно сняв одну из конечностей, ты попыталась вытащить другую, но Борис перевернулся на противоположную сторону и, ухватив тебя своими длинными и худощавыми руками, прижал к себе. Быть может, он подумал, что это огромная подушка или скомканное одеяло? В любом случае, твоим единственным желанием было поскорее выбраться из крепких объятий и сбежать на утреннем автобусе вместо него.
Когда его хватка слегка ослабла, ты мигом сползла с кровати на пол и тихо поползла в сторону кухни. Крепкий чёрный чай всё равно не давал тебе отделаться от одной только мысли, что сегодня ночью ты спала с абсолютно посторонним человеком на одной, мать его, кровати! Более того, вчера вечером эта идея тебе не казалась настолько безумной, а наоборот — ты с полной уверенностью и спокойствием приютила симпатичного беднягу, не дала ему замерзнуть холодной ночью, а впустила в дом.
Прямо сейчас тебе было неловко и в то же время как-то непонятно на душе. Присутствовала некая недосказанность и неопределенность, словно парень сидел напротив и сёрбал остывший чай, но молчал и ничего не говорил, а ты хотела поговорить о вчерашнем вечере, но будто не могла произнести и слова. Когда соленые крекеры из стеклянной пиалы закончились, и ты встала, чтобы достать и открыть новую пачку, то в этот момент на кухню вошел посетитель. Но ты этого не услышала, так как шаги его были слишком приглушенными. Желанная красная упаковка показалась в конце ящика и вытащив её с особыми усилиями, ты повернулась обратно:
— Черт возьми, парень..
— Борис.
— Да. Борис. Прости.
— Ничего, *твоё имя*, бывает.
— У меня из еды только печенье, будешь?
— Не откажусь.
На кухне слышался хруст. Находилась бы ты в другой комнате, подумала бы, что в комнату пробрался прожорливый хомяк с балкона, но нет. Просто парень был слишком голодным. Тебе стало стыдно, что тебе нечем больше покормить сбежавшего бедолагу, поэтому первым делом после завтрака, вы решили сходить в тот самый магазин, где впервые и встретились. На этот раз продавщица смотрела на вас с особым подозрением, а его заказ оставался всё тем же — бутылка разбавленной водки и кексы. Неужели это его привычный рацион питания? Для снятия напряжения ты выставила на кассу бутылку молока, кукурузные хлопья, нарезанные куски хлеба для тостов, арахисовую пасту и замороженную пиццу. Тебе не удалось перебить неловкую ситуацию, ведь вся ваша покупка выглядела так, словно родители оставили вас одних дома, а сами уехали прочь, кинув на расходы пару сотен баксов.
Лишних вопросов в этом городке не задают, поэтому и сейчас не стали. Оплатив вредную и отчасти вредную еду, вы вышли из магазина. И вот вы уже оба стоите на ступеньках у входа в магазин, вглядываясь в совершенно скучный и безлюдный горизонт, наполненный лишь пустотой и песком, поднявшимся с земли.
— Давай я понесу пакет, а ты бутылку.
На что в ответ ты ослабила хватку руки и засунула алкоголь между подмышкой и грудью. Ты была более чем уверена, что две ваши худощавые фигуры со стороны выглядели как полные серьёзности Матильда и Леон, идущие навстречу неизвестности. Не хватает только милого цветочка в горшке и длинного пальто, но зато есть замороженная пицца и водка. Этого будет более чем достаточно, чтобы пережить любые невзгоды.
( Можете включить песню Bob Dylan — Knocking On Heaven's Door ⭐️ )
Весь день вы провели сидя у телевизора и щёлкая однотипные каналы. Никто из вас не пробовал заговорить о прошлом вечере, плавно переходящим в ночь. Но спокойствие, которое полностью контролировало ваши головы, давало обоим понять, что всё идёт правильно. Он, уже не стесняясь, клал руку на спинку дивана рядом с тобой, когда ты садилась. А ты без задних мыслей облокачивалась на его грудь, которая поднималась и опускалась каждые три секунды. Ситком, идущий по каналу, крутился до самого вечера, что вы и не заметили, как за окном наступили сумерки.
После долгого и аппетитного ужина в виде размороженной пиццы и тостов с арахисом, вы разбрелись по комнатам. Ты ушла в гостиную, а Борис остался на кухне, тщательно вымывая две грязные тарелки. Спустя полчаса бездумных размышлений о насущном глядя в потолок, его чёрный силуэт появился в проеме двери:
— Я не могу пить в одиночку.
— Поняла.
На убранном столе стояла бутылка с прозрачной и горькой жидкостью, в тарелке покупные кексы и горсть карамельных конфет:
— Положил в карман, пока продавщица отвернулась.
— А ты предусмотрительный.
Спустя две стопки вы уже во всю болтали, забыв о тонком и незаметном барьере между вами, но который не позволял вам целиком раскрыться в течение всего дня.
— У тебя висит календарь за такой давний год?
— Да.. Не снимаю, потому что классный был год.
— Серьезно?
— Ещё бы. В тот год я осталась совсем одна, поэтому... оставила на память.
— Гордишься своим одиночеством?
— Можно сказать и так. Отец сейчас где-нибудь в мексиканской тюрьме, отбывает второй или третий по счету срок, мать колесит на западном побережье с очередным ухажёром, а я... А я полностью в своём распоряжении, поэтому могу приводить домой хоть первого встречного.
— Не знал, что я оказывается первый встречный.
— Судя по тому, сколько человек осталось жить в этой дыре, помимо продавщицы в магазине, ты первый человек, который попался мне на пути за последний месяц.
На лице парня появилась лёгкая улыбка и он закинул в рот очередную карамельную конфету. С его стороны послышался громкий треск, но ты решила его перебить:
— А что насчёт тебя?
— Что?
— Что у тебя случилось в тот год?
Он долго размышлял, копаясь в чертогах разума, и задумчиво отводил глаза в сторону:
— Попробовал первую самодельную сигарету. Не так худо, как я ожидал. С отцом сделали большой проект по учебе на историю, он тогда ещё не пил. Зимний бал в школе. Были одни белые танцы, так что...
— Тебя никто не выбрал?
— Можно сказать и так.
— Вот стервы.
— Как четко подмечено.
— Нет, так не годится. Знаешь, что? От имени всех девятиклассниц, я приглашаю тебя прямо здесь и прямо сейчас.
— Уверена, что хочешь этого?
— Ещё бы.
Потянув за руку Бориса, ты подняла его с кухонного стула и уверенно положила руку на плечо, в то время как его аккуратно опустилась тебе на талию.
— Похоже на девятый класс?
— Почти, если учитывая тот факт, что тогда я был ниже сантиметров на тридцать и ни разу ни с кем не танцевал.
— Ровно до этого момента?
— Узнаешь.
Вы медленно кружились, стоя на одном месте, а пока он топтался, не зная что делать дальше, ты была сосредоточена на разглядывании его карих глаз, которые ровно до этого момента считала такими непримечательными и абсолютно обычными. Изо всех сил он старался сдерживать стеснение, которое не подавляла даже разбавленная водка из магазина. Кудри падали на глаза, но он не спешил их убирать, продолжая держать взгляд на тебе. Вы оба дышали тяжело и безумно медленно, будто находясь в трансе.
После подобия танца, за ним вслед пошла ещё пара стопок крепкого напитка. Сознание притуплялось всё больше и больше, движения получались более расслабленными и тяжелыми, а самих тянуло в сон. Далее последовали душераздирающие истории из жизни каждого из вас, слёзы, утешения, умопомрачительные шутки, звонкий смех. Оставалось совсем недолго до рассвета, но всё ещё темно как на твоей лестничной клетке, где никогда не работает свет. Почувствовав, что глаза начинают слипаться, ты вышла с кухни первой, под предлогом, что нужно полить цветы на подоконнике. Никаких растений в квартире и в помине не было, но идя по коридору, тебе так сильно захотелось спать, что ты пробубнила первое пришедшее в голову. Картинка становилась размытее, но по памяти нащупав диван, ты рухнула на самый край, чуть не скатившись на пол. Мысль о том, что на нем должен поместиться ещё один сожитель, и подсказала тебе не развалиться на всю мебель.
Понимая, что уже через пару минут парень вырубится, он быстро и чуть шатаясь встал, чтобы дойти до любого удобного лежбища. Этим удобным оказался диван, на краю которого уже лежала ты.
— Борис... Скорей иди сюда.
Ты протянула очень медленно и вытянула руку вперёд. Твои глаза были близки к закрытию, но ты держалась из последних сил. Не совсем понимая что происходит вокруг, молодой человек еле дошёл, опираясь о стены и стул, и нависнув над твоим обессиленным телом, спросил:
— Да, *твоё имя*?
— Борис.
Ты прикоснулась обеими ладонями к его острым скулам и провела пальцами вдоль всего лица, пытаясь улыбнуться расслабленными мышцами лица, в то время как парень чуть приоткрыл рот и стал тяжело и громко дышать. Но глаза обоих одновременно закрылись в самый неподходящий момент.
Следующее утро настало у тебя в семь часов вечера. Кудрявый любитель кексов случайно задел радиоприёмник, когда проходил мимо телевизора, неся на подносе тарелку с твоей шарлоткой чашку только что заваренного кофе и какой-то сорванный цветок из клумбы в прозрачном стакане с водой.
( Можете включить песню Jakob Ogawa — All Your Love⭐️ )
Еле открыв намертво слепленные глаза, ты поправила спутанные волосы, чтобы увидеть причину твоего внезапного пробуждения.
— Прости.
Парень извинился, сжал губы и начал идти по направлению к тебе, не спеша убавить звук на радиоприемнике. Твоему удивлению не было предела. С каждым его неуверенным шагом твоя улыбка становилась всё шире и шире. И вот, дойдя до разложенного дивана, он стал аккуратно садиться на него, попутно ставя поднос на худощавые ноги. Ты была уже в предвкушении:
— Не стоило.
— Что?
— Делать мне кофе.
— Я сделал его для себя.
— А, ясно.
— И, раз ты уже проснулась, не будешь против, если я включу телек?
— Ты теперь мой сожитель, как я могу быть против?
На экране телевизора стали мелькать кадры какого-то фильма. Проходя мимо радиоприемника, одним движением руки ты нажала на кнопку, выключив устройство. Стоило тебе скрыться за дверью комнаты, в которой находится раковина с душем, как лицо парня моментально стало задумчивым и недовольным. Он отставил поднос на другой конец дивана и грубо швырнул в ту же сторону вилку.
Кудрявый долго ерзал на одном месте, а потом, вспомнив, что его постиранные вещи остались висеть на батарее в ванной, мигом поспешил их забрать, заодно почистив зубы после очередного приема пищи. Да, паренёк был с приветом. Но это не точно.
— Могу я зайти?
— Заходи.
Ты стояла за плотной шторкой в горошек, уже заканчивая водные процедуры. В отражении зеркала было видно как он чистит зубы, внимательно разглядывая своё запотевшее от пара отражение. Его губы были в белой пене. На нем были те же вещи, в которых ты встретила его на качелях.
— Любишь подглядывать за людьми, когда они чистят зубы?
— Моё любимое занятие. Но ещё больше обожаю, когда кто-то съедает мою шарлотку на завтрак.
— Мы сейчас пойдем в магазин.
— А может, на ужин съем тебя?
— Я приторный и невкусный.
— Вот и проверим. Разогрей духовку, пожалуйста. Но перед тем как согласишься, подай пожалуйста полотенце.
— Полотенце дам, а вот духовку не разогрею.
— И на том спасибо.
Уже через десять минут вы бодрым шагом двигались в сторону единственного магазина в округе. Солнце начало опускаться за горизонт, но фонари ещё не включались. Пройдя мимо кассы с уже уставшей продавщицей, вы разбрелись мимо полок, попутно ловя пронзительные взгляды друг друга на себе. В его руках был всё тот же набор — водка с кексами, хотя погодите. Он взял тебе шарлотку, пока ты рассматривала замороженные куриные наггетсы в виде сердечек, а после взяла их и понесла на кассу. Ваши глаза снова пересеклись. Осуждающий взгляд рыжеволосой женщины за кассой в который раз изучил вас обоих, а её руки стали медленно пробивать продукты по штрихкоду. Ты в это время положила свою ладонь на стол рядом со жвачками, а Борис недолго думая, поместил свою в твою, переплетя пальцами между собой. Вы оба одновременно вздохнули.
Понимая, что одного пирога вам будет недостаточно, ты, не высвобождая свою руку, повела его в сторону хлебобулочного отдела. В этот раз, ты взяла не шарлотку, как делала парочку раз в неделю на протяжении двух с половиной лет. Ты взяла кексы и он, крепко сжав твою руку в своей, вывел вас обоих на улицу, держа в другой руке оплаченные продукты в белом пакете. И вот вы уже стоите на ступеньках у входа в магазин, вглядываясь в садящееся красное солнце за горизонт. Не сдержав свои эмоции при себе, он делает тебе предложение, на которое, по его мнению, ты скорее всего не согласишься, но нет — ты отвечаешь взаимностью и его лицо впервые за всю продолжительность вашего знакомства расплывается в улыбке. Нет, это была не влюбленность. Это чувство не постиг ещё никто на свете кроме вас двоих.
— И то утреннее кофе действительно было для тебя.
— Я так и подумала.
Теперь ты девушка самого необычного в плане общения, самого скрытного от глаз окружающих и самого робкого, но до боли милого молодого человека.
Теперь ты девушка Бориса Павликовского.