Глава 2
- Что на этот раз? - спросил синеволосый парень, закидывая очередной барабан в кучу. Брюнет, приходивший к нему на протяжении последней недели, запрыгнув, сел на толстую ветвь дерева.
- Сокджин~хён странно себя ведёт. Сегодня он повыпускал всех птиц из клеток. Не смотри на меня так, Чимин. - синеволосый с его помощью сел рядом, - Я сам ничего толком не знаю. Юнги видел, как он куда-то бежал. Предположил, что в сторону Намджуна. Или Хоби.
Чимин задумчиво промычал и обнял друга правой рукой, на которой красовалось семь самодельных браслетов разных цветов. Брюнет посмотрел в небо, длинная чёлка немного мешала.
- Я знаю, о чём ты думаешь, - нарушил тишину Пак, брюнет перевёл взгляд на него, - Вернее, о ком. Мы все по нему скучаем. Уже семь лет прошло. Птица так и не ожила. Думаю, хён всё-таки прислушался к его словам, поэтому и выпустил птиц на волю. О, Тэхён, смотри, - он указал пальцем в небо. Тэхён поднял голову. На синем фоне без облаков выделялось несколько белых птиц, куда-то быстро летящих. - Одна, две, три, четыре, пять, шесть. Иронично, не так ли?
Они так и сидели. И сидели ещё очень долго, смотря в небо и наблюдая за парящими в небе создания. Но в этот раз тишину нарушил Тэхён:
- Они свободны. И Чонгук тоже. Он не обычная птица. Особенный.
- Для каждого из нас, - Чимин положил голову на чужое плечо, - Чонгук всегда был таким. Интересно, как он там? Всё ли в порядке? Помнит ли нас? Любит ли так же, как раньше? Так хочется обнять его.
- Не тебе одному этого хочется, - парни одновременно повернули головы на звук и увидели подошедшего к ним Юнги, - Что смотрим? Спускайтесь. Пора обедать. Ну почему вечно я должен за вами ходить?
- Хватит ворчать, старый дед. Кто последний, тот единорог, - Тэхён сорвался с места и убежал как можно быстрее. От Мина можно и получить за "старого деда".
Старшие в унисон вздохнули и быстрым шагом последовали за пропавшими из виду донсеном. Этот ребёнок два дня назад умудрился уговорить Сокджина помочь с ужином. В итоге сгоревшая еда и злой хён.
- Я тоже скучаю по нему, - вдруг сказал Юнги, отчего Чимин удивлённо поднял брови. Сероволосый никогда не говорил таких вещей о младшем.