Сегодня у Эдди день Рождения
Ему тридцать семь. Завтрак его стынет.
- Не видишь нигде соли? - спрашивает Эдди у Ноэла.
Тот, не прекращая жевать, с набитым ртом, вылезает из кабинки, перегибается через соседний столик и хватает с него солонку.
- На, держи, - бормочет он. - С днем рождения тебя.
Эдди встряхивает солонку.
- Неужели так трудно поставить на каждый стол по солонке?
- Ты чего тут, директор, что ли? - говорит Ноэл.
Эдди пожимает плечами. Утро только наступило, но уже жарко и липко-влажно. У них теперь так повелось - завтракать вместе каждое субботнее утро, до того как в парк повалят толпы народа. Ноэл работает в химчистке. Эдди помог ему получить контракт на чистку спецодежды работников «Пирса Руби».
- Ну, что ты думаешь про этого красавчика? - спрашивает Ноэл. В руках у него журнал «Лайф» с фотографией молодого политика. - Ну как такой парень может выдвигать себя в президенты? Он еще младенец!
Эдди пожимает плечами:
- Да он нашего возраста.
- Не может быть! - изумляется Ноэл. - Я думал, президент должен быть постарше.
- Так и мы постарше, - бормочет Эдди.
Ноэл закрывает журнал. Понижает голос:
- Эй, ты слышал, что случилось в Брайтонском?
Эдди кивает. Медленно тянет кофе. Да, он слышал про этот парк развлечений. Аттракцион на гондоле. Что-то сломалось. Мать с сыном упали с шестидесятифутовой высоты и разбились насмерть.
- Ты там кого-нибудь знаешь? - спрашивает Ноэл.
Когда Эдди слышит подобного рода истории о несчастных случаях в других парках, его передергивает, точь-в-точь как от пролетевшей над ухом осы, ведь не проходит и дня, чтобы он не думал, что такое может случиться и здесь, на «Пирсе Руби», в его ведомстве.
- Не-е-е, - отвечает он. - Никого я там в Брайтоне не знаю.
Эдди сквозь окно пристально вглядывается в толпу пляжников, бредущих с железнодорожной станции. Они несут полотенца, зонты от солнца и плетеные корзины с завернутыми в бумагу бутербродами. А у некоторых в руках еще и последнее новшество - легкие складные алюминиевые кресла.
Мимо проходит старик в панаме, с сигарой во рту.
- Ну, посмотри на этого, - говорит Эдди. - Спорить могу, щас бросит свою сигару на променаде.
- Да? - отзывается Ноэл. - Ну и что с того?
- А то, что она провалится в щель и начнет там гореть. И сразу пойдет вонь. А дерево пропитано химикатами и тут же дымит. Вчера поймал мальчишку - ему и четырех нет, - засунул в рот себе сигарный окурок.
Ноэл морщится:
- И что же?
Эдди отворачивается.
- Да ничего. Просто надо быть поосторожнее, вот и все.
Ноэл запихивает в рот целую сосиску.
- Ну, с тобой, парень, со смеху помрешь. Ты что, всегда такой веселый в день рождения?
Эдди молчит. Рядом с ним снова присаживается тоска. Он уже к ней привык и весь подбирается, словно освобождая ей место, как для вновь вошедшего пассажира в переполненном автобусе.
Эдди думает о предстоящей ему сегодня работе. Заменить разбитое зеркало в комнате смеха. Сменить крылья на машинах автодрома. Клей, надо заказать еще клея. Эдди думает о тех беднягах в Брайтоне. Интересно, кто у них там главный?
- Когда сегодня закончишь? - спрашивает Ноэл.
Эдди вздыхает:
- Работы будь здоров. Понятное дело. Лето. Суббота.
Ноэл вопросительно смотрит на Эдди:
- Мы можем быть на бегах к шести.
Эдди вспоминает о Маргарет. Он всегда вспоминает о ней, когда Ноэл говорит о бегах.
- Брось ты. Это твой день рождения, - напоминает Ноэл.
Эдди тычет вилкой в остывшую яичницу, которой ему уже не хочется.
- Ладно, - соглашается он.