Ты даришь мне надежду
Группа Хосока дебютировала спустя два месяца после гибели Сонмина. Друга не стало, не стало и улыбки волчонка. Он закрылся в себе на эти два месяца и не подпускал к себе никого. Чаще всего, когда Хосок виделся с Чимином, то говорил только он. Младший молчал, уткнувшись взглядом в свои коленки. Хосок гладил его по голове, спине, коленям, он хотел вызвать хоть какую-то реакцию на прикосновения, но ничего не получалось.
Придя на встречу в парк в очередной раз, Хосок был совсем без сил. Он не спал уже 2 ночи подряд. Был нервным и почти не отдавал себе отчёт в происходящем. Чимин молчал. Снова молчал, но это бесило сильнее обычного.
– Знаешь, что я хочу тебе сказать? – Хосок стал выдерживать долгую паузу, пока Чимин не поднял на него свой взгляд. – Я за последние дни так заебался, что могу тебя ударить, если ты не поговоришь со мной, – это было сказано спокойно, но по его интонации можно было понять, что он сейчас способен и не на такое.
– Что? – Чимин будто проснулся только что.
Хосок тем временем перебросил свою ногу через лавочку, садясь поперёк и заставляя Чимина сделать то же самое. Ноги младшего лежали на бёдрах Хосока, а взгляд был какой-то потерянно-негодующий. «Хоть что-то» – подумал старший и, как-то не особо задумываясь, приблизился к его лицу, лишь на секунду останавливаясь только для того, чтобы зафиксировать лицо младшего своей рукой. Это было какое-то наваждение. Стресс всех последних месяцев вырвался наружу в поцелуе, который старший зачем-то себе уже представлял раньше. Губы Чимина – самое нежное и правильное, что чувствовал Хосок за последнее время. Младший не двигался, пока Хосок зацеловывал его приоткрытые губы. Вот что такое – пробовать на вкус… В животе стало тепло, и будто понемногу отпускало… Узел распутывался и с каждым прикосновением становилось всё легче. Хосок открыл глаза в тот момент, когда понял, что всё… Это Чимин, его волчонок… Сейчас будет что-то такое, что нихрена потом не распутаешь. Потихоньку отклоняясь от младшего, Чон смотрел в его открытые глаза, совсем не понимая реакции. Рука старшего всё ещё была на щеке Чимина, и он, не сдержавшись, провёл большим пальцем по его припухшей нижней губе. Неужели это длилось так долго, что губы успели стать такими алыми?
– Тебе так плохо, да? – первое, что сказал Чимин после минуты гляделок глаза в глаза.
– Что? – охрипшим голосом переспросил Хосок, будто вынырнув из дрёмы.
– Я думал, что мне так плохо, что ни с чем и сравнить нельзя… А тебе ведь ещё сложнее… – Чимин приблизил руку к своим губам и слегка надавил на них.
– Я сохраню это. У нас будет тайна, ладно? А то ведь это может теперь повредить твоей репутации, – слегка натянуто, но всё же улыбнулся он.
Столько слов Хосок давно не слышал от друга, поэтому как-то совсем не вовремя по его щеке побежала слеза. И он поспешил скорее обнять Чимина, уткнувшись ему в шею, чтобы только младший ничего не заметил.
***
– Чон Хосок! Ты обязан приехать! Я тебя как следует накажу, если не будешь здесь через 2 часа! – Чимин гневно возмущался в трубку, но у Хосока это вызывало уже привычную улыбку.
– Волчонок, у меня сейчас интервью, а потом мы едем кушать! И это, чёрт побери, другой конец города!
– Я тебя покормлю! Приезжай! Ты и так уже пропустил в моей жизни всё, что можно было пропустить! Но сейчас своими тупыми отговорками не отделаешься!
– Подожди минуту, – попросил Хосок.
– Менеджер-хён, я могу сегодня отъехать по делам после интервью?
– Хосок, я надеюсь, ты ни во что не вляпаешься?
– Нет, я обещаю!
– Я напишу в отчёте, что у тебя дополнительные занятия по вокалу. Так что не проколись потом.
– Хён-ним, я вас обожаю! Серьёзно! Чимин-а, я приеду! Ты слышал, какой у меня божественный менеджер!! Я его люблю почти так же, как и тебя!
Уже уходящий менеджер, вернулся и со смехом ударил Чона по заднице, чтобы меньше выпендривался.
– Красивая хоть?
– Кто? – растерялся Хосок.
– Та, к которой едешь, – уточнил менеджер.
– Ой, нет! Нет! – стал отнекиваться айдол.
– Страшная что ли? – не понял старший.
– Слышишь, Чимин, ты страшная! – у Хосока начался какой-то неконтролируемый смех, особенно, когда Чимин стал возмущаться и что-то пытаться доказать в трубку.
– Это мой друг, – доверительно прошептал Хосок менеджеру. – Он парень. Хотя зараза ещё та! – скривившись, как после лимона, покачал головой парень.
Хосок собирался уже прощаться с группой, когда к нему подошёл их младший – Чонгук. Он немного повздорил из-за какой-то ерунды с Тэхёном и лидером, поэтому тоже желал смотаться сейчас куда подальше. Просить младшему было неловко, но Хосок догадался, что макне хочет поехать с ним.
– Я к другу на новоселье. Там ничего особенного не будет. Только наши знакомые придут из моей бывшей танцевальной команды.
– Хорошо! Это ведь лучше, чем слушать очередную нравоучительную речь от Сокджин-хёна, правда?
В итоге на дополнительные занятия по вокалу был записан и Чонгук.
Дверь вновь прибывшим гостям побежал открывать сам хозяин. Стоя на пороге, он улыбался Хосоку.
– Вот это да! Ко мне айдол приехал! Да ещё и не один! Привет! Ты Чонгук, да? Я видел тебя в клипах и передачах. Ты забавный! Хосок-и, там больше нету никого? Сокджин? Намджун? Кто там ещё есть в вашей группе? – Чимин продолжал болтать, не давая никому вставить и слово. Он, казалось, светился оттого, что друг всё же приехал к нему.
– Давай хотя бы зайдём, – стал толкать Чимина в квартиру старший.
Чонгук улыбался. Он давно был наслышан о волчонке Хосока. Сейчас же видя его вот так, оказалось, что хён ничуть не врал, когда говорил, что его друг, как солнце: светлый и тёплый, хотя временами всё ещё жжётся.
В квартире уже собрались ребята-танцоры. Были и старшее, и младшее поколение – все, с кем поддерживал хорошие отношения Чимин. Лидерские качества и вправду передались ему по наследству. Пока Пак учился в школе и был лидером местной танцевальной группы. Они побеждали во всех баттлах. Но Чимин никогда не стремился идти дальше. А когда слышал слово «айдол», его даже передёргивало. Поэтому Чимин поступил на журналистику. «Я скоро буду брать у тебя интервью» – всегда говорил младший.
И Хосок знал, что так и будет.
Все сидели на полу, потому что стульев на всех не хватило. Чимин так много говорил своим звонким голосом, что у неподготовленного человека могла и голова заболеть. Но Хосок только улыбался и смеялся с каждой его шутки. Он по-прежнему видел, как волчонок машинально отодвигается, уходя от чужих прикосновений. И в такие моменты он клал свою руку на плечо или колено младшего. Чимин не пугался и не отодвигался, а Хосок гордился, что волчонок на самом деле его! Он самый ручной и безобидный.
Хосок и Чонгук остались в квартире последними. Понимая что-то по проскальзывающему напряжению, по чему-то такому личному, только между Хосоком и Чимином, Чонгук решает подождать на улице.
– Как ты? – тихо спрашивает Хосок, всё ещё сидя на полу, когда за Чонгуком захлопнулась входная дверь.
– Нормально… Я думал, будет сложнее…
– Ты не боишься здесь оставаться один?
– Нет. Я не верю в призраков, – улыбается младший.
– Я рад. Но всё же не поддерживаю тебя в том, чтобы ты здесь жил. Ты ещё мал, чтобы жить один.
– Ты хочешь, чтобы мы продали эту квартиру?
– Нет! Но ты мог бы пожить с родителями, пока не вырастешь…
– Я уже взрослый, Хосок. И думаю, брат не хотел бы, чтобы его квартира пустовала… Он так хотел поскорее купить её тогда…
– Как Сонхва?
– Я не знаю, я не видел её с похорон. Только слышал, что до сих пор она никуда не выходит... Я бы тоже сидел дома, но у меня есть ты, – слегка улыбнулся Чимин и, быстро поменяв положение, улёгся головой на колени Хосока. А тот, воспользовавшись удобным положением, запустил пальцы в его волосы.
– Тебе нравятся мои волосы? – спросил младший.
– Да, они мягкие как всегда… Мне становится спокойнее, когда я так делаю...
– А знаешь, что я придумал? – загадочно улыбнулся Чимин, как-то сразу повеселев. – Благодаря тебе я сейчас здесь, я учусь, встречаюсь с друзьями и знаю, что в будущем ты будешь со мной всегда… Ты моя надежда на будущее! А знаешь, как будет «надежда» по-английски?
– Hope?
– Ага! А раз ты только мой, значит, ты «надежда Чимина», – младший засмеялся. – Jimin's hope! J-hope! Классно звучит, да?
– Ты дурачок! Вот что классно звучит!
– Эй, Джей-Хоуп! Ты неблагодарный, оказывается! – засмеялся ещё ярче Чимин.
– Хорошо! У меня будет секретное имя?
– Нет, пусть все знают, что ты моя надежда!
– Фу! Как же сопливо звучит! Волчонок, ты ли это? – Хосок принялся щекотать младшего, пока тот смеялся и пытался теперь уже выбраться из захвата рук Хосока.
Прошло немного времени, пока они прекратили дурачиться. Теперь Чимин лежал на боку, а Хосок одной рукой обнимал его сзади, а другую подложил младшему под голову.
– Я правда очень рад, что ты смог преодолеть себя… Я сегодня слышал, что ты лучший на курсе!
– К чему ты ведёшь? – удивился Чимин, всё ещё улыбаясь.
– Я знаю, что раньше тебе было сложно, когда… на тебя смотрели…
– Откуда… – улыбка Чимина разом померкла.
– Неважно… Зато сейчас ты прекрасно ладишь со всеми и не боишься выступать на публике. Я горжусь тобой, ты слышишь? – прошептал последнюю фразу старший куда-то в шею Чимина, отчего у младшего побежали мурашки.
– Я всегда представляю тебя…– тихо скороговоркой проговорил волчонок.
– Что? – Хосок немного отодвинулся, переворачивая Чимина на спину, чтобы посмотреть ему в глаза.
Несколько секунд глаза в глаза. Как будто что-то магическое между ними, когда можешь понимать другого без слов.
– Чимин-а… – так тихо на выдохе, что непонятно отчего охрипшим голосом.
Всю магию нарушил телефонный звонок. Хосок нехотя медленно вставал с пола, всё ещё глядя в глаза оставшемуся лежать Чимину. Звонил Чонгук и просил поторопиться, или их могут наказать в кампании. Хосок собирался быстро, и уже почти не глядя на младшего.
– Я напишу, когда приеду в общежитие, – неловко бросил старший, переступая порог.
– Береги себя! Ты мне нужен здоровым, Джей-Хоуп, – улыбнулся на прощание Чимин.
***
– Чимин, срочно тащи свою задницу на MBC! Такой шанс!
– Хоуп, имей совесть, я на парах вообще-то! И мне после ещё на подработку в супермаркет! И вообще, что ты несёшь? Ты вчера перебрал что ли?
– Чимин, если я сейчас посчитаю до десяти, а ты ещё не будешь ехать в такси, то клянусь: я за себя не ручаюсь! И, о Боже, сколько у тебя этих подработок?!
– Несколько! А если твой звонок опять будет, как в прошлый раз, я тебя убью!
– Какой прошлый раз?
– Когда ты сказал приехать к тебе в общагу и помочь с интервью, а сам заставлял меня 2 часа массаж тебе делать! – зло бросил Чимин.
– Хах, нет! В этот раз всё серьёзно! Я отвечаю: это твой шанс!
Чимин с милой улыбочкой зашёл в аудиторию, собрал свои вещи и с такой же извиняющейся улыбкой покинул лекцию. Сидя в такси, он припоминал все грешки Чон Хосоку. И был уверен: если опять друг позвал его из-за какой-то ерунды, то он сдерживаться не станет и при всех наорёт на айдола. Хотя…у Чимина все эти мысли вызывали улыбку.
Хосок сам встретил его у входа в МВС.
– Чимин-и, ты сможешь побыть ассистентом на программе?
– Лучше спроси, я хоть раз вообще был на МВС? Что делать хоть нужно?
– Идём, там расскажут.
Когда Хосок, держа младшего за плечи, втолкал того в студию, Чимину вдруг стало страшно, но горячие руки, которые он чувствовал даже сквозь одежду, на его плечах успокаивали и не давали развернуться и убежать.
– Это мой друг – Пак Чимин! Пожалуйста, позаботьтесь о нём! – громко сказал Хосок.
– Он такой милый! Милее тебя, Хосок, – заулыбался Тэхён. Тэхёна поддержали все нуны из стаффа.
– О, Чимин-хён, привет! – к ним подошёл Чонгук и, улыбаясь, протянул руку, чтобы потрепать волчонка по волосам.
Чимин не отшатнулся и даже не стал кривляться, как делал это обычно, когда старший прикасался к нему, что удивило Хосока. Повеяло ревностью, но Хосок только улыбнулся сам себе. Работник телеканала быстро увёл Чимина куда-то, и Хосок не видел его больше ни на съёмках, ни после них в тот день.
***
Чимину нравится на МВС! Вот уже пару месяцев сразу после занятий он приходит туда и помогает составлять графики выхода программ, помогает записывать интервью, и даже пару раз ему разрешали самому разговаривать с гостями для очередного сюжета. Он подрабатывает с радостью и нравится всем. Его дружелюбие и желание работать приводит в восторг всех сотрудников развлекательного блока, поэтому с ним не хотят расставаться.
Хосок видит младшего ещё реже, чем раньше. Его это немного напрягает и приносит дискомфорт. Хосок звонит ему ещё чаще, но почти всегда слышит, что Чимин занят. Когда они видятся, то всё чаще оба уставшие. Иногда их встречи проходят в формате сна: Хосок приходит к Чимину домой, и они спят всё свободное время, которого не так уж и много. Чимин, подложив ладошки под голову, старается прижиматься к Хосоку поближе, а старший без каких-либо задних мыслей обнимает его, а иногда проводит носом по его волосам и целует в лоб. И это чувство защищённости и спокойствия появляется только в такие моменты.