Предисловие
«Чимин… Я не знаю, как начинают писать письма… Такое чувство, что ни слов, ни чувств у меня больше нет без тебя. Я такой эгоист! Когда увидел тебя сегодня, я думал, что умру! Чимин-а, ты думал, что я тебя не замечу, когда весь этот свет и камеры были направлены на меня? Нет! Это уже что-то на уровне духовной связи – я тебя чувствую! Ты ведь понимаешь? Я ведь знаю, что ты тоже чувствуешь меня!
Я пишу потому, что понимаю: ты не захочешь меня слушать. Думаю, я тоже не смогу ничего сказать, глядя в твои глаза. Я кругом виноват! Я знаю! Прости меня! Я ненавижу себя!
Господи, как же я хочу вернуть всё назад! И твоя улыбка… Ты всегда улыбался, когда я целовал тебя. Почему? Я сейчас так хочу, чтобы ты был счастлив! Я должен сказать тебе: «Полюби кого-то ещё и будь самым счастливым с этим человеком!». Но я не сделаю этого! Я не смогу тебя отпустить! Из мыслей, из сердца, из моей жизни… Я не отпущу тебя, слышишь?? Я такой эгоист! Пожалуйста, я прошу тебя, не отдавай своё сердце больше никому! Пожалуйста?.. Я люблю тебя! И всегда буду любить! Верь мне! Я прошу тебя об этом, хотя и сам понимаю, какой я ужасный человек! Я вообще не знаю, правильно ли сейчас поступаю, оставляя это письмо? Возможно, нам обоим было бы проще, если бы мы не были так открыты друг для друга…
Чимин-а, ты знаешь, где грань нормальности?.. Вот и я запутался! Я не прошу понять меня, ведь я и сам ни черта не понимаю! Но люди говорят, что мы с тобой – это безумие. Они не понимают, как так случилось, что я полюбил именно тебя, а не Юджин или Минсон в своё время. Но это случилось! Это нормально? Я всегда думал, что да – это нормально для нас! В нашем мире с тобой мне всё было неважно, но когда мы вышли из этого мира, всё изменилось… Я самый настоящий трус! Я не могу сопротивляться им всем! Я оказался таким слабым...
Пожалуйста, кричи на меня, обзывай любыми словами, бей, но только не забывай! Я не смогу жить, если ты не будешь меня любить! В который раз я чувствую всю свою эгоистичность, пока пишу это письмо… Я ухожу от тебя, но прошу о таком… Сегодня твой взгляд… Я видел по твоим глазам, как ты меня ненавидишь. Но ты пришёл в студию, чтобы посмотреть! Спасибо…
Знаешь, я очень хочу заботиться о тебе по-прежнему! Приглядывать за тобой, помогать тебе во всём… Представляю, как ты сейчас злишься… Я всегда любил шутить над тобой, подкалывать по делу и без, а ты всегда так легко вёлся… Но в этот раз я перестарался, волчонок! Я не хотел, чтобы так получилось! Ах, мне не хватает тебя!! Весь этот месяц я горю, как в аду, хотя должен быть хоть немного счастлив, хотя бы напоказ… Но не могу себя заставить! Тебя нет рядом! Я скучаю по твоим губам, телу, твоему запаху! Твоему ужасному характеру и даже твоей привычке вырываться, когда я так хочу обнимать тебя. Я не могу выбросить из памяти даже секунду, проведённую рядом с тобой! Я люблю тебя, понимаешь!?
Только с тобой я всегда был искренним…
Завтра. В нашем клубе. Я буду ждать весь день.
Ты мой воздух! И я тебя не отпущу! Не смогу! Никогда!
Навсегда J-hope! Я люблю тебя»
– Какой же ты… – тихо шептал рыжеволосый парень, хотя понимал, что истерика всё ближе. – Ненавижу я тебя! Ненавижу!! – всё сильнее и сильнее в нём нарастала паника, злость и страх.
Страх – не выдержать и всё же пойти к нему на встречу. Страх – посмотреть ему в глаза и не увидеть той любви, что прежде.
Руки тряслись с того самого момента, когда забрав на первом этаже письма, он поднимался в лифте, и глаза наткнулись на знакомый почерк, который он столько раз видел на дурацких записках о любви. Не успев переступить порог квартиры, в которую он вернулся только на несколько минут, чтобы забрать вещи, он разорвал запечатанный конверт с ничего не обещающей надписью «Пак Чимину».
Его сердце замирало, останавливалось, сжималось… Ему сложно было дышать, пока он читал всё содержание. Он не пропускал ни строчки, ни слова… Но видел за всем только одно: «Прости! Никогда не будет так, как раньше. Я просто хочу быть уверен, что ты будешь любить меня. А я буду присматривать за тобой, как и обещал».
Парня всего начинало трясти. Эта злость была неконтролируемой.
– Да пошёл ты!! – в ход пошла и дорогая ваза, которая в следующий момент встретилась со стеной, и чашка, что одиноко стояла на столике, видимо, тоже оставленная ИМ.
Далее, на полу оказались все бумаги со стола, а стул улетел в другой конец комнаты. Такой паники у парня никогда раньше не случалось. Ещё чуть-чуть, и он был готов сам пойти и спрыгнуть с 7 этажа. Назло! Ну и плевать, что это всё было бы только назло ЕМУ! Как он может писать такое, после всего?! Пусть ОН подавится своей заботой! Голова была затуманена, он слабо понимал, что делает.
– Я ненавижу тебя! НЕНАВИЖУ!! – руки уже были в крови из-за того, что он крепко сжал бутылку со спиртным, из которой пил секунду назад, и со всей силы ударил ей по столу. Физической боли не было, но всё горело внутри.
Чимин уже рванул в сторону зеркальной стены, чтобы наконец разбить её ко всем чертям. Столько всего хранили в памяти эти зеркала… Им нельзя было оставаться здесь! Но сильные руки схватили Чимина со спины, сжимая и не давая возможности вырваться.
– Хён! Хён! Успокойся! Перестань! – но Чимин продолжал дёргаться, упрямо пытаясь добраться до ненавистных зеркал. Но руки держали в захвате крепко и уверенно.
– Перестань, я прошу! Ты слышишь меня! Ради меня перестань! – Чимин на секунду замер, а после обмяк в тёплых руках.
Парню, стоящему сзади, теперь не пришлось прилагать особых усилий, чтобы развернуть Чимина в своих руках и прижать к себе. Он стал гладить его по волосам, слегка убаюкивая.
В тишине комнаты были теперь слышны только тихие всхлипы. Чимина по-прежнему трясло, а майка младшего постепенно намокала на плече.
– Пусть я и познакомился с тобой позже, чем ОН, но я никогда не оставлю тебя! Я не такой трус!
– Чонгук… – тихо прошептал сорванным голосом рыжий парень, немного приходя в себя и осознавая, кто сейчас рядом с ним…