Дочь луны и солнца

Бардо встречает нас прекрасной погодой. Легкий осенний ветерок разносит листья по полю. В бардовом свете это всё выглядит куда загадочней, чем на территории школы. Я живу здесь восемнадцать лет, но этот город до сих пор не оставляет меня равнодушным.

-Как думаешь, она в порядке? – шепчет Кими, замедляя шаг, позволяя отцу и Эйдену пройти вперед.

-Я не думаю, что они с ней что-то сделают, но уверен; ей очень страшно.

Вопрос Кими заставляет меня сильно нервничать. Не то, чтобы я солгал ей, но кто знает, чего можно ожидать от Градского.

Проходим арку и попадаем в город. Бардо уже во всю готовится к зиме. Над белоснежными домами парят разноцветные гирлянды, а стены зданий украшают бантики и еловые ветки, придающие городу великолепный аромат леса. Из сувенирных магазинов с широкими улыбками и большими пакетами, выходят горожане. Порой мне кажется, что люди настолько обленились что-либо делать, что даже пакеты вынуждены просто лететь рядом за своим владельцем.
Меня вдруг осеняет мысль, что уже меньше, чем, через месяц наступает долгожданный день «Фестклук», что со старо-фиртинского означает «праздник счастья».

Эйден вглядывается в витрины магазинов, словно намереваясь что-нибудь прикупить, но приподняв голову чуть выше, внезапно останавливается.

-Какого?.. - брызжет он и врывается в ювелирный.

Мы дружно переглядываемся и вбегаем следом. Картина, представшая перед нами, шокирует всех.

Стоя в обнимку перед зеркалом, Лайла и Стив любуются блестящим золотым кольцом, сверкающим на безымянном пальце девушки.

-Серьёзно, Лайла? – кричит Эйден, приближаясь к голубкам. – Какого хрена ты втирала мне, что ещё любишь меня, доставала Венеру, если давно уже нашла себе парня? Тебе нечем заняться?! Просто скажи мне!

Девушка быстро отпрянула от своего кавалера, испуганно хлопая глазами.

-Да мы просто смотрели украшения, - неумело оправдывается она. –Чего ты взъелся?

В глазах Эйдена пылают огни.

-Меня достала твоя двуличность! Встречайся ты с кем хочешь, но зачем лезешь в мою жизнь?

-Я люблю Стива, но и ты мне нужен. Я без тебя не справлюсь, ты же знаешь!

Стив, наблюдающий за этой драмой, наконец решает вмешаться. Он подходит к Харрису, чуть дотрагивается до плеча и еле слышно просит отойти поговорить. Но Эйден не намерен уходить, не закончив разговор с подругой.

-Я никуда не пойду, пока она не скажет зачем всё это делает!

-Она же сказала! – повышает голос черноглазый парень. – Ты знаешь о её проблемах с психикой, как никто другой. Только ты всегда был способен привести её в чувство, но с появлением этой выскочки ты почти забыл о нас! Хрен на меня, – он указывает головой на Лайлу. – О ней! Она любит тебя и дорожит! Ты не видишь?

Продавщица за прилавком плотно сжала челюсть и округлила глаза. Наверняка, не часто в её магазине происходят такие драмы.

-Любит? Ты издеваешься? Не нужна мне такая любовь! – Эйден возвращает взгляд на Лайлу. Её глаза полны слёз. – Мы знакомы с пелёнок. Зачем ты так со мной поступаешь? Ответь зачем?!

Но в ответ тишина.

Эйден разворачивается к выходу, и мы втроем, словно выходим из гипноза. Как тараканы от неожиданно включённого света, мечемся у дверей, чтобы поскорее покинуть магазин, но голос Лайлы всех останавливает.

-Эйден, нам нужно кое-что сказать, -пищит она и Стив тут же устремляет на неё недовольный взгляд.

-Ты что удумала? – цедит он сквозь зубы. – Лайла не смей. Чёрт с ним! Он же нас прикончит!

Эйден возвращается к парочке.

-Пусть они уйдут, - кивком девушка указывает на меня, Кими и отца.

Сопротивляясь огромному желанию, чтобы остаться и дослушать их разговор, мы выходим на улицу. Даже мой папа, так прочувствовал всю суть их трагедии, что вышел самый первый, дабы не заставлять Эйдена нас об этом просить. Он не понаслышке знает какие Харрисы бывают в гневе.

Не успевает пройти и трех минут, как Эйден вылетает из прилавка рассерженный в тысячу раз сильнее, чем, когда заходил. Его глаза приобрели оранжевый оттенок, а руки пылали. Он рычит, как зверь и, окутанным огнём кулаком, бьёт в стену здания.

-Полудурки! Идиоты! Дегенераты! -
Обзывательства так и сыплются из его рта. - Идём! – рычит он в нашу сторону, и мы послушно следуем.

Никто не решается прервать молчание и узнать, что же там случилось. Пусть их разговор останется тайной, а мы с уцелевшими носами, просто будем идти в тишине.

***

Лэрбест одно из красивейших мест в Бардо. Здание правительства похоже на замок с острыми верхушками, на которых под порывами сильного ветра колышутся, поделённые пополам черно-красные флаги Фиртинии. Темные стены добавляют ужаса, но точно не портят внешний вид. Кажется, будто солнце зашло за темные тучи, оставив свою тень над Лэрбестом навечно.
Пробираемся внутрь длинными путями, поскольку без особо приглашения от самого министра или от его правой руки – Эндрю Харриса, посещать это место строго запрещено. Только работники и прислуга могут свободно перемещаться по коридорам, не боясь быть арестованными. Поэтому отец подводит нас к запасной двери и замирает.

-Ян, я не думаю, что вам стоит идти! Это глупо. С Венерой всё отлично. Я могу даже лично это проверить! Не рискуй моей работой!

-Можете не провожать нас, - Харрис встаёт с моим отцом на один уровень, уничтожая взглядом. - Я пойду один, а вы скажите, что не знаете, как я попал сюда. Отец меня всё равно отмажет.

Обстановка не на шутку накалятся. Я не могу позволить им устраивать сцены, когда Венера может быть в серьёзной опасности.

-Папа проведёт нас всех, Эйден. Не стоит быть таким агрессивным.

Они ещё несколько секунд пожирают друг друга глазами. Но хвала всевышнему Харрис берёт себя в руки.

Мы проходим на большую, заставленную всякой ерундой, кухню, вопреки просьбам отца развернуться и уйти, и останавливаемся у входной двери в холл, услышав голоса.

-И что думаешь, она сдастся? – спрашивает неизвестный мужчина.

Папа пихает Кими локтем, шепча, что нам лучше убраться, пока не поздно и прийти сюда, было ужасной затеей, но никто даже не собирается реагировать на его слова. Всё наше внимание приковано к разговору двух людей по другую сторону.

-У неё нет выбора! Либо отдаст добровольно, либо умрёт. Что, впрочем, одно и тоже.

В глазах Эйдена читается ужас. Этот голос он узнает из тысячи. Мужчина, который произнёс эти страшные слова – Эндрю Харрис.

-А что твой сын? Слышал у них с этой, как её там... Венерой, какой-то роман. - Он летает неприятный акцент на последнем слове.

-У него таких будет куча. Эта девчонка - обычная малолетняя шалашовка, как и её мать. Бросит его ради другого, не раздумывая.

Эйден стоит напротив меня, прожигая взглядом пол. Его кисти трясутся, но вовсе не от страха. Ещё немного и он сорвётся с места.

-Уходим! Быст... - не заканчивает фразу папа.

В одно мгновение я понимаю, что не стою на полу, а части тела больше мне не подчиняются. Бегаю глазами вокруг, но в поле зрения попадает лишь Эйден и отец, парящие, как и я без движения над мраморным полом.

-Ян! Ян! – слышу невнятное мычание Кими за спиной. Наши губы парализованы.

«Что происходит?»

-Я поймал их! Я поймал! – вопит кто-то, где-то подо мной.

Разговор за дверью прекращается, сменяясь на быстрые стуки каблуков. В комнату входят двое мужчин.

Лицо Эндрю выражает злость, его же собеседник находится в смятении.

-Михаил? Как прискорбно. – Произносит Эндрю, с издевательской усмешкой. – Кажется, работу ты потерял.

Он смотрит под наши ноги, обращаясь к пискле, поймавшей нас.

-Отведи их всех к Градскому! - Поднимает глаза на сына и, скалясь, продолжает. – Этого освободи. Я сразу отведу его в темницу.

Эйден с грохотом приземляется на ноги и немедля, Эндрю хватает его за шкирку и, как провинившегося щенка, уводит в соседний коридор.

-Отпусти меня! – из темноты доносится низкий голос Харриса, следом звонкий мощный удар.

Жмурюсь одновременно со шлепком и на длинном меленном выдохе вновь открываю глаза. Сложно представить через какие трудности приходится бороться Эйдену и какую большую силу воли он имеет, чтобы сохранять желание жить и бороться за свою любовь.

Гоблин министерства и не знакомый мужчина введут нас вверх по лестнице, продолжая сдерживать в невидимом куполе. Но всё, о чём я могу думать – это о разговоре мужчин.

«Что значит у неё нет выбора? Почему Венера должна умереть? Какие преступления они скрывают за лживыми попытками уберечь жителей от беды?»

Я не нахожу ответы на эти вопросы в своей голове. Нас заносят в комнату и снимают цепенеющие чары. Быстро поднимаюсь на ноги и оглядываю помещение. Зал министра похож на бетонные джунгли с высокими блоками и исполинских размеров лоджией, не имеющей окон и потолка. Вид с неё открывается на всё Бардо и Альтрап умиротворённо любуется им, делая вид, будто всё ещё не заметил нашего присутствия.

Оборачиваюсь на отца. Его веки опущены вниз, так же, как и уголки губ. Похоже, он в самом деле не знал и даже не замечал заговора, прямо перед носом. Он всегда старался видеть в людях лучшее, но теперь его доверие к миру пошатнулось, а может и исчезло вовсе.
Кими стоит в сторонке испуганный до чёртиков. Всё, что происходит здесь, кажется сказкой. Этого просто не может быть. Ни в нашем мире, ни в каком-либо ещё.

-Вы ребята отважные! – поворачиваясь лицом, говорит Альтрап. – Только зашли, а уже узнали все мои планы. Почти все. - Его смех эхом разносится по кабинету. -Зачем только полезли.

-Зачем тебе Венера? – срываюсь с места, делая несколько шагов к нему, но Градский одним движением руки, заставляет остановится.

-Соблюдай дистанцию, мальчик! Я старше и сильней тебя.

Как бы мне не хотелось этого признавать, но он прав. Как бы я не старался, мне не справиться с ним. Но я не могу оставить всё так. Я должен узнать правду.

-Тебе конец, Альтрап! Народ узнает о твоих деяниях. Ты и так держишь в страхе половину населения, но убийство невинной девушки тебе не простят!

В глазах министра заиграли черти.

-Что ты, Ян?! Я не хочу её убивать. Не ты ли мне в общем-то подтвердил всю нужную информацию о Венере? Сам накликал беду на подругу. Мне не нужны смерти, мне лишь нужна её сила! И я заполучу её сегодня же, чего бы это не стоило!

Он оглядывает нас безразличным, высокомерным взглядом и, нахмурив брови, громко подзывает к себе Эндрю.

-Уведи всех в темницу к их подружке. Пусть поздороваются. Михаила оставь здесь.
Эндрю щёлкает пальцами, и мы с Кими вновь в цепенеющем куполе.

Харрис старший введет нас в подземелье, а мой отец остаётся наедине с этим монстром. С чудовищем, не знающем доброты и милосердия. С тем, кто так безжалостно может отнять невинную человеческую жизнь. Отец печально смотрит нам вслед, но я быстро теряю его из виду, за первым поворотом. Ужасные мысли о том, что Альтрап может с ним сделать, мучают меня. Но Эндрю не сбавляет скорости и, закинув нас, как мусорный мешок в урну, закрывает решётку темницы.

Может это последний день не только для Венеры, но и для всех нас.