Личный враг

Думаю, сейчас настал тот самый долгожданный момент, когда я решилась рассказать давнюю историю, ставшей началом нашего с Тереховым конфликта. Как помню, тогда на дворе было жаркое лето. Солнце достаточно сильно припекало, и моя мама заставляла меня одевать соломенную панамку. Та была настолько неудобной и одновременно с тем некрасивой, что приходилось иногда рукой залезать под неё и с наслаждением чесать голову.

В тот день, когда всё произошло, мама купила мне новое красное платье в белый горошек. Я тогда была так рада этой покупке, что после приезда из магазина решила, не снимая его, пойти гулять, ну и, конечно же, по приказу мамы пришлось нацепить на голову надоедливую панамку. Но продержалась она на моей голове недолго.

Я замыслила схитрить, поэтому, когда отошла от дома, быстренько её сняла, мечтая выбросить куда-нибудь подальше. Раз было куплено новое платье, значит надо было похвастаться им друзьям. В спешке я ринулась к дому Соньки, чтобы позвать ту гулять, заодно показав платье. Тот день не предвещал никакой для меня беды, как и ехавший навстречу Терехов.

С самого детства он был доставучим, невыносимым мальчишкой, любившим приставать ко мне со своими наиглупейшими шутками. Поэтому увидеть его, едущего на своём велосипеде, стало для меня самым настоящим кошмаром, но я, гордо задрав нос вверх, шла себе как ни в чём ни бывало и лишь молилась, чтобы этот ненормальный проехал мимо.

На будущее знайте, что, чем сильнее вы чего-то не хотите, тем больше вероятности, что это произойдёт. Конечно же, Терехов не проехал мимо. Вместо мира он выбрал войну. Остановившись прямо напротив меня, тем самым нагло перегородив путь, он с хитринкой в глазах улыбнулся.

- Маринка-балеринка! - радостно воскликнул мальчуган. Для безопасности я отступила на шаг назад, соблюдая между нами дистанцию. - Куда идёшь?

- Не твоё дело! - недовольно фыркнула я. Так и хотелось запустить в него соломенной шляпой. Должна признаться, он с самых пелёнок не взлюбился мне.

- Не будь противной, а-то за хвост дёрну, - сказал он, не прекращая улыбаться.

- Это ты кого за хвост собрался дёргать, - грозно бросила я, важно расставив руки на бока. - Сейчас в глаз получишь! - на мои слова Терехов лишь рассмеялся, театрально хватаясь рукой за живот.

- Противная Маринка с хвостом, как у мышонка, - заливаясь смехом, произнёс он.

- Замолчи, ты... Ты... - не унималась я. Бедная соломенная шляпа уже была готова лететь прямо ему в лицо, а сжатые до боли кулаки рвались в бой.

Настроение было безвозвратно испорчено, поэтому я решила идти дальше, не обращая на Терехова никакого внимание.

- Пугало, - обиженно выплюнула я, после чего быстро зашагала к Сонькиному дому, который стоял не так далеко.

- Ну Маринка, сама напросилась, - послышалось из-за спины, и в тот же миг мне на голову полилась прохладная вода, делая мокрыми волосы, шляпу, тело и моё новое красное платье в горошек.

Только представьте, какой это был ужас для десятилетней девочки. Мало того, что я могла получить от мамы нагоняй, так ещё теперь похвастаться платьем Сони не смогла бы, а всему виной жуткий Терехов с пустой бутылкой. По окончанию «летнего душа» я уж точно была настроена на драку.

Со злостью вырвав бутылку из рук улыбающегося мальчишки, я бросилась его бить. Конечно же, удары были слабыми и не приносили боли, но Терехов, отступая назад, активно отмахивался руками, что-то невнятно крича. В порыве злости я, споткнувшись, упала на колени. Бутылка, вылетев из рук, укатилась куда-то в сторону. Послышался треск рвущейся ткани. Ладони и область левой коленки неприятно засаднило. Из глаз брызнули слёзы. Перепуганный Терехов мигом бросился на помощь. Подхватив меня под руку, он помог подняться.

- Эй, Марин, ты как? - спросил мальчуган, явно нервничая. Увиденная мною дырка на платье привела меня в ещё большую раздражительность. Для полного образа разозлённой Марины не хватало только рожек, миленького хвостика и трезубца, пылающего огнём. Вся мокрая, с порванным платьем, я готова была стереть Терехова в порошок.

- Ненавижу, - взвизгнула я, отталкивая от себя ложного спасителя. - Достал! С сегодняшнего дня я объявляю тебе войну! Здесь и сейчас ты официально становишься мне личным врагом. Я отомщу тебе, Терехов! - с тех самых слов началось наше противостояние длиною в семь лет.

С того самого момента мы прочертили между нами границу отношений. Для нас двоих больше не существовало Марины и Артёма, вместо них была Мосина и Терехов. Именно поэтому я так сильно удивилась своему имени, услышанному из уст злейшего врага. Добром тут точно не пахло, больше веяло построенной ловушкой.

Медленно, с большим страхом я всё же решилась повернуться к парню лицом. Увидеть его скромно стоящего в десяти шагах от себя было удивительно. Он не ухмылялся, как это могло быть обычно, не держал в руках что-то из того, что может стать для меня его местью. В глазах не бегали весёлые чертята, а поза выглядела слишком безопасно. Тут явно случилось нечто. Ну не может этот человек быть Тереховым.

- Ты кто? - выпалила я, приподняв левую бровь вверх, при этом не забыв сделать заинтересованное выражение лица. Мой вопрос сбил Терехова с толку. Не понимая в чём дела, он не сразу дал ответ.

- В смысле, кто я? - непонимающе спросил он, не готовый к такому повороту событий.

- Пахнет ловушкой, бессовестный негодяй, - заподозрив неладное, я в миг прищурила глаза, будто знала, что он задумал, ну или хотя бы предполагала о подготовленной ловушки.

- Ты серьёзно? - усмехнулся тот.

- Ага! - торжественно воскликнула я, тыкнув в него пальцем. - Попался!

- О чём ты, я не понимаю тебя.

- Ещё бы ты понимал. Твоя улыбка только что рассекретила тебя, идиот. Сам же попался в свои сети. Я так и знала, что ты что-то задумал. Слишком странное у тебя было поведение последние дни. Только я не понимаю, при чём здесь Соня?

- Приятно знать, что ты... - задумавшись, он сделал недолгую паузу, словно ища подходящее слово. - Скажем так, что ты частенько наблюдаешь за мной.

- Что?! Я не наблюдаю за тобой, - его хитрая улыбка дала понять, что он ни капельки не верит мне.

- Я хочу с тобой просто поговорить. Для этого пришлось увязать в это дело Соню.

- Скажи честно, если я сейчас сделаю шаг, на меня ничего не выльется? - настороженно спросила я, продолжая стоять на том же месте.

Ни шагу назад, ни шагу вперёд, а лево и право отмечены красным крестом. Лучшая планировка для того, чтобы быть в безопасности. Тяжело вздохнув, Терехов решил ответить.

- Нет.

- А подошва кроссовок не приклеится к полу?

- Нет, не приклеится.

- Значит, где-то здесь стоит банка с краской.

- Никакой банки нет, - на этот раз он ответил более раздраженно, точно пытаясь скрыть своё терпение, готовое лопнуть в любую минуту.

- Хм, ну тогда это очевидно. Ты что-то умело спрятал у себя в одежде и просто
терпеливо ждёшь нужного момента. Хитрый Терехов, - не унималась я, продолжая во всём искать подвох. Мне начинала нравится эта игра в Шерлока Холмса.

- Да нет же! - Терехов сорвался на крик. Пух! Пузырь терпения лопнул. - Прекрати нести чушь и, наконец, послушай то, что я хочу тебе сказать.

- Я тебя не понимаю, - опять перебила его я, замечая, как воздух в помещении начинает накаляться. - Ты собираешься напасть на меня? Вот в чём твой секрет.

- Мосина, замолчи ты уже! - в ту же секунду прозвучал резкий удар об парту. От испуга и неожиданности я аж подпрыгнула и во все глаза уставилась на злющего Терехова, даже не ойкнувшего от боли из-за удара рукой об парту. Ну прямо настоящий титан. Тем не менее, он заставил меня замолчать. После такого не только говорить перехотелось, после такого даже пикнуть стало опасно. - Вот, уже лучше, - выдохнул он, не забыв при этом едва заметно поднять уголки губ.
Оглядевшись по сторонам, я решилась сделать первые шаги навстречу.

- Давай, говори. Я тебя невнимательно, но буду слушать, - решила съязвить я, как только оказалась лицом к лицу с Тереховым, а точнее едва доставая ему до подбородка.

- Всё пытаешься задеть меня, - усмехнулся он, правильно подметив мою цель.

- Ты что-то там хотел сказать...

- Не терпится узнать?

- Наоборот, я желаю уйти отсюда как можно скорее. Поэтому начинай читать заготовленную лекцию, - наши взгляды встретились. Я нервно сглотнула, крепко ухватившись за ручку рюкзака.

- Скажи, неужели ты до сих пор ничего не поняла? - своим вопросом этот парень сбил меня с толку. Я смотрела на него, нахмурившись и не понимая, что он имел ввиду. - Знаешь, почему я в детстве тебя доставал?

- Да, ты был ещё тем мелким засранцем, любившим поиздеваться над другими, - мой ответ вызвал у парня смех, что ввело в ещё большее непонимание.

- Ладно, тогда как ты думаешь, почему с того самого момента, как мы стали друг другу врагами, я продолжаю поддерживать объявленную тобой войну?

- Это же очевидно, кому захочется проиграть? Правильно, никому. Ну, а для тебя это вообще невозможно. Ты же любитель побеждать всегда и во всём. Только вот знай, что я тебе не по зубам. Ты проиграешь, - слишком радостно произнесла я.

- Неужели? - наигранно удивился он. - Самоуверенность так и плещет из тебя.

- А из тебя потоком льется завышенная самооценка, - фыркнула я, ловя себя на мысли, что мне нравилось наблюдать за тем, как его губы после моих слов растянулись в улыбке.

Божечки! И о чём я только думала. Мне совсем не нравились губы этого индюка, и глаза у него были совсем обычные. А запах парфюма был такой же, как и у всех парней, и я совсем не хотела вдохнуть его как можно глубже.

- Не обзывайся, Мосина.

- Не наглей, Терехов.

- Ты самая настоящая дурёха, которая ничего не замечает вокруг себя. Разве не очевидно, для чего мы с тобой оказались здесь наедине? - его слова прозвучали слишком подозрительно. Терехов аж поменялся в лице, откуда-то взяв серьёзность. До меня же до сих пор не мог дойти смысл. Хоть головой об стенку бейся, я не понимала, чего он хочет, если не мстить.

- Я должна бежать домой, - интересно, почему чаще всего в вранье я использовала дом, таким способом пытаясь убежать? - Говори, что хотел, и я пойду.

- Дверь закрыта, - едва уловимо оповестил он об очевидной вещи.

- Так пойди, открой.

- Не хочу, - вот это поворот. Неужели Терехов собрался держать меня здесь насильно? В мимолётном страхе я отступила на шаг назад.

- Марин, - выдыхает парень, будто моля остаться стоять на месте, но того, кто много хочет, лучше не слушать для своей же безопасности.

- Опять ты произнёс моё имя, - специально заметила я, не забыв сделать ударение на последнее слово.

- Я сдаюсь, - быстро бросил он, приподнимая руки вверх.

Эти слова медленно, но всё же дошли, до меня заставляя вздрогнуть. Нижняя челюсть с грохотом ударилась об пол, глаза стали по пять рублей, и я смотрела на Терехова, как на приведение. Дар речи куда-то убежал, а мозг ни в какую не желал продолжать работу. Осознание услышанного всё никак не могло уложиться в моей голове: Терехов только что объявил о своём поражении.

- Подожди... Стоп! Это как понимать?

- Я выхожу из игры. Я проиграл, - говорит он, а мне становится как-то не по себе от этих слов.

Да, я знаю, что довольно долго ждала этого момента, желала поскорее насладиться победой, вкусить плод победителя и наконец утереть нос Терехову. Хотелось доказать ему, что не всегда дано быть лучшим, рано или поздно кто-то обязательно поставит тебя на место. Эта война, разразившаяся между нами, должна была показать Терехову его уязвимость.

Но я не ожидала такой легко пришедшей победы. Не думала, что сам гордый индюк добровольно сложит крылышки, впервые заработав себе проигрыш. А самое главное, я почему-то не чувствовала долгожданной радости. Почему-то мне было совсем не весело.

Вместо дикого восторга меня наполняла горечь, утрата того, к чему я успела привыкнуть. Сама мысль о том, что больше не будет наших прежних отношений и тех дней, когда можно было повеселиться, несясь сломя голову по школьному коридору, стала невыносимой.

- Ты не можешь! - неожиданно выкрикнула я. - Ещё ничего не закончено.

- Я начал это когда-то, я и закончу, - пожал тот плечами, незаметно сокращая между нами расстояние.

- Терехов, опять твои шуточки? Ты что, собрался таким образом вырвать у меня победу, сначала усыпить мою бдительность, потом незаметно подкрасться и на последки ударить в поставленную цель? Даже не надейся. Я не верю ни одному твоему слову, - сама для себя я, поддаваясь панике, всё же соорудила вокруг кое-какую защиты. Отговорки о проигрыше Терехова приходили на ум довольно быстро, но это смогло успокоить лишь немного.

- Ты глупая, Марин, раз до сих пор ничего не поняла, - парень снова стоял в опасной близости от меня, и на этот раз волна знакомых, но опасных чувств накрыла с ещё большей силой. - Дура, раз не видишь очевидного.

- Вот ещё! Сам дурак! - тихо пробормотала я от переизбытка эмоций.

Наша гляделка друг на друга превращалась в очевидную борьбу за право не переступить черты. Проходит около минуты волнующего разглядывания лиц, слишком явного внимания на чуть приоткрытые губы и сносящего весь разум океана чувств, перед тем, как я первая подорвалась вперёд, схватила Терехова за рубашку и притянула того к себе. Наши губы в тот же миг слились во что-то обжигающее, опасное, как лава.

Моя талия, а вместе с ней и спина чувствовала горячее касание рук этого парня, сумевшего вскружить мне голову одним касанием губ. Внутри меня в немыслимой силе чувств взорвался тот самый шарик правды. Руки сами по себе перешли на его лицо, чувствуя кончиками пальцев едва выступающую щетину. Вокруг витал свежий аромат морской волны, заставляя кожу покрываться мурашками, а бедному сознанию таять под поцелуем. Сладковато-мятный вкус мягких губ Терехова сводил с ума, кружа голову и учащая пульс.

Оторваться было невозможно, да и делать этого не хотелось. Плевать, что он мой личный враг. Всё равно, что он скажет потом. Я наконец-то призналась себе в том, чего боялась. От этого ещё страшнее и прекрасней.

Незаметно мои пальцы погрузились в волосы Терехова, наслаждаясь приятным ощущением. За последние секунды поцелуй успел углубиться. От нехватки воздуха нам всё же пришлось нехотя оторваться друг от друга. Опухшие губы чувствовали на себе чужое дыхание, руки продолжали обнимать парня, а глаза с мутным блеском смотрели в серый омут напротив.

- Марин, - шепотом произнёс Терехов, прижимая моё ослабевшее тело к своему. - Ты мне нравишься, - снова пауза, вгоняющая меня в краску. - Я влюблён в тебя.

- Артём, - с моих уст наконец сорвалось долгожданное имя, что подействовало на парня с положительной силой, но продолжить мысль дальше у меня не вышло. В горле будто стал ком, пока Терехов терпеливо ждал ответа. Сейчас всё казалось таким тяжёлым, глупым, сумасшедшим. В голове одна мысль путалась с другой, подводя меня к краю истины. - Открой, пожалуйста, дверь, - произнесла я, прикрыв глаза. Руки безвольно упали с плеч парня.

- И это всё, что ты скажешь? - Артём напрягся, а моё предательское сердце болезненно кольнуло. - Ну же, Марин? - взмолился он, коснувшись моего лба своим. - Разве у тебя ко мне не то же самое?

- Просто открой дверь, - твердила я. Чёрт, на глазах начали наворачиваться слёзы. Отступила на шаг, покидая его тёплые объятия и в сотый раз ругая себя за это.

Терехов, тяжело сглотнув, достал из кармана ключ и подошел к двери. Слышатся щелчки, скрип двери, после чего я пулей вылетела из кабинета, оставляя свою правду вместе с личным врагом.