Кома.
Я очень чутко спала, переживала за Джонатана. Как он там? Всё ли хорошо? А вдруг что то случилось? Нет, тогда врач позвонил бы мне... Я всю ночь ворочалась. Как то непривычно спать одной в квартире. Тогда то шорох услышишь, то придёт Джонатан, ляжет, обнимет... на глаза навернулись слёзы. Плакать сейчас я особо не хотела, но воспоминания... как Джонатан обнимал меня... все эти поцелуи... всё, что было между нами...
Я так и не уснула. Всю ночь пила кофе, читала. Любыми способами пыталась протянуть до утра. И мне это удалось. Уже 08:36. Я умылась, причесалась, покушала. Хотя в меня почти ничего не лезло, но от фруктового салата никогда не откажусь! Я решила надеть джинсы и вязаный свитер, который был тёплый, но жарко в нём не было. Ведь уже середина сентября! Всё таки начинает холодать.
Взяв ключи, бутылку воды, деньги и телефон, я вышла из квартиры, заперла дверь и спустилась вниз. У подъезда уже стоял белый "Ford Focus" Дина. Я села на переднее сиденье, громко хлопнув дверью.
-Сейчас к Джонатану?
-Да...
Дальше мы ехали молча. Дин припарковался около больницы, мы вышли из машины и направились в сторону входа. Сейчас 9:43, поэтому врач уже ждал меня в палате Джонатана. Он не ожидал, что я приду с кем то, но всё равно был не против.
Алекс посмотрел на нас. Мы стояли около палаты, врач уже схватил ручку двери и собирался открыть, как вдруг остановился.
-Ребята, вы и правда готовы к тому, что увидите?
-Да. Это мой парень. -ответила я уверенно. -и я должна знать, что с ним.
-И мой друг!-добавил Дин.
Врач молча кивнул и открыл дверь. Я первая забежала в палату, за мной Дин, а последним зашёл Алекс.
Джонатан лежал под капельницей. Он был в ужасном состоянии: капельница, голова замотана, куча каких то трубок, бинтов, лент... Я упала перед парнем на колени и заплакала, закрыв лицо руками. Сама себе шептала:
-Извини, Джонатан, извини, это я виновата...
Кто то дотронулся до моего плеча. Я обернулась. Дин. Он помог мне встать. У самого Дина состояние не лучше меня. Он, конечно, не рыдает, как я, но на его лице не было улыбки, только боль и сочувствие. Я приобняла Дина и посмотрела ему в глаза. В них нет прежней искорки, только грусть.
Я грустно улыбнулась и подошла к Джонатану, взяла его за руку. Пульс есть, но слабый. Сжала руку, снова заплакала... Джонатан не сжимает мою руку в ответ... никаких эмоций... никаких движений... Я не сдержалась и выбежала из палаты. Лицо всё красное, оно будто горит. А слёзы жгут его ещё больше. Я просто не могла смотреть на Джонатана в таком состоянии. Мне было его безумно жалко. И во всём этом виновата я. Именно я. Ведь я уговорила его лечь в больницу...
Я сидела в коридоре, около палаты и плакала. Да что там плакала... Я рыдала.
А что, если Джонатан умрёт?
Что, если это лечение напрасно?
Что, если я отправила его на смерть?
Просто взяла
И кинула его в эту
Чёртову больницу...
Вот я дура.
Из палаты вышел Дин. Он сел рядом, приобнял меня за плечи. Я слабо улыбнулась. Я понимала, что он в таком же состоянии, на грани нервного срыва. Он переживает за лучшего друга. И за меня тоже.
После чего вышел врач, в руке какой то стакан. Алекс протянул его мне.
-Выпей. Будет легче.
Я вдохнула этот запах. М, валерьянка, ясно... да, от неё лучше. Мэри всегда пила её, когда было плохо. Хоть и редко, но всё же... Я выпила залпом и отдала пустой стакан Алексу.
-Всё, молодец. Скоро станет лучше. Навестите Джонатана завтра, ладно?
-Да, хорошо…-ответил Дин за меня. Я кивнула.
Мы вышли из больницы, сели в машину. Дин поехал в сторону дома.
-Энни, может, тебе купить что нибудь?
-Всмысле?
-Ну, отвлечься... шоколадки, печенья или там... ну не знаю...
-Нет, я не хочу, спасибо.
-Хочешь, я проведу с тобой несколько дней? Тебе станет легче, вот увидишь.
Я подняла на Дина заплаканные глаза.
-Правда?..
-Ага. Я подниму тебе настроение в два счёта. Если уж грустить, то вместе!-парень ласково улыбнулся. Я тоже улыбнулась. Мы поехали ко мне домой, Дин даже не брал с собой каких то вещей. Поэтому, наверное, ему придётся дать вещи Джонатана.
Мы приехали домой, я уютно устроилась на диване в гостинной, прикрыла ноги тёплым пледом, а Дин принёс мне какао с зефирками. Чёрт, и правда, знает, как поднять настроение. Мне стало лучше, хотя всё равно было плохо. Весь оставшийся день мы смотрели любимые фильмы, болтали. Я ушла спать рано, часов в 9 вечера, так как очень устала. Завела будильник на 09:30.
Завтра снова поедем к Джонатану. И я снова не сдержусь, расплачусь,убегу из палаты... Я уже знала это. Ведь сдержаться не получится.
Мы каждый день на протяжении двух недель ездили к Джонатану. Я уже не переживала так сильно, как в первый день. Моему парню лучше, ему уже сняли парочку из тех многочисленных трубок, которые у него были. Но он до сих пор под капельницей. Каждый день, по 2 раза, ему меняют бинт на голове, последствия операции почти зажили. Хотя шрам всё таки останется.
Кстати, Джонатана побрили на лысо. Но это ещё когда ему делали операцию. Сейчас несколько волосинок выросло, поэтому, я думаю, всё хорошо. По крайней мере, состояние Джонатана улучшается. И меня это очень радует. А ещё сердцебиение парня в норме, хотя он ещё ни разу не приходил в себя. Ну, для комы это нормально. Тем более после такой операции. Думаю, что ещё через недельки две он хотя бы на минуту придёт в себя.
*Спустя 11 дней*
Прошло ещё 1,5 недели. Дин уже не живёт у меня, он неделю назад уехал к себе. Но каждый день, с утра, он меня забирает и мы едем в больницу к Джонатану. Ему уже намного лучше и... когда мы ездили к нему последний раз, сегодня утром... когда я в очередной раз сжала его руку... Я почувствовала, что он сжал мою в ответ. Хоть и слабо. Пусть. Главное, что он это сделал.
Я очень рада. Пусть Джонатан сейчас ее разговаривает, не встаёт, но хоть подаёт признаки жизни. И мне кажется, что я совсем не жалею, что сдала его в больницу. Ведь после операции должен быть положительный эффект. И я очень ждала, что это окажется правдой...