Глава двенадцатая
Проснувшись довольно таки поздно, по сравнению с обычным режимом, Изана осмотрелся.
Он понял, что вернулся из мира снов он первый, и то, что младший сейчас прижимается к его груди.
Эта картина не могла не умилить самого Курокаву.
Время уже близилось к обеду, так что им обоим нужно было вставать. Рука у старшего бы не поднялась разбудить Такемичи...
Его решением стало просто поглаживать того по волосам, пока не проснется, тем более это было приятно.
Ему бы и самому не хотелось вставать, но всё же нужно...
Спустя около десяти минут, он заметил шевеление парня, после этого он перестал гладить его по волосам и спустил руку ниже, проводя по позвоночнику, при этом Изана уткнулся носом в макушку Ханагаке, подмечая, что у того вкусно пахнут волосы.
Когда Такемичи всё же разлипил свои сонные глаза, он чуть-чуть отодвинулся, чтобы посмотреть на того, с кем смог спокойно поспать, да ещё так долго.
Встречевшись взглядом с Курокавой, он вяло и лениво улыбнулся, после чего поднялся и принял сидячие положение, пытаясь вернуться в реальность из мира снов.
Вскоре оба были на ногах. Такемичи готовил завтрак, в то время как Изана заваривал себе кофе и краем глаза поглядывал на Ханагаке, обращая внимания на то, что тот выглядит довольно паршиво, но ничего не говорит.
Когда Такемичи закончил с яичницей и поймал на себе взгляд старшего, он понял в чём дело и отлучился в туалетную комнату, чтобы привести себя в живой вид.
Курокава лишь вздохнул на это, кивнул и принялся за сервировку стола.
Ничего сложного не было две чашки да две тарелки.
Такемичи же в это время снова вспоминал то, как он красился в последнем будущем, и мысленно благодарил Юдзуху за то, что она вместе с Инуи научили его этому делу .
Сейчас он очень сильно был похож на себя в той версии будущего, только волосы были короче, да и сам он был помладше.
Когда он стал выглядить как здоровый человек, настолько, насколько мог, Ханагаке двинулся в сторону кухни, где на столе уже была наложен завтрак.
Он решил не комментировать вышедшую ситуацию, ведь даже в бонтене они не были настолько близки, чтобы вместе заснуть. Да, может он и любил его, но н когда не смел это показывать и молча утыкался в новую стопку документов, которые Курокава ему приносил. Кто же знал, что они оба заглядываються друг на друга, но пропускают это сквозь себя.
Так что оба молча сели за стол.
Быстро позавтракав, парни попрощались и разошлись по своим делам. Как минимум, у Изаны назревал серьёзный разговор с Хитто, а Такемичи просто хотел прогуляться один.
Когда старший покинул его квартиру, стало как то одиноко. Он подметил, что был бы не против, если кто-либо жил вместе с ним. Было бы как то, спокойнее что-ли.
Решив не забивать этим голову, он прошёл в свою комнату и стал подбирать что-то из нормальной одежды, ведь со своим вкусом из прошлого это было проблематично.
Теплая водолазка с брюками, и всё чёрного цвета, явно победили в выборе. Остановившись на этом, он накинул поверх всего серую кофту , наспех надел кроссовки и вышел из квартиры, предварительно не забыв её запереть.
Планов не было, просто... Просто желание побыть одному. Молча и в тишине.
Радость в том, что была плохая погода и врятли кто-то из его знакомых из тосвы пойдёт гулять.
Но точно ли он не встретил никого? Да нет конечно. Он бы сам не поверил, что не найдет себе проблем на голову, когда выходит куда-либо один.
Чифую Мацуно решил просто прогуляться перед собранием токийской свастики, не подозревая о том, что сможет встретить своего друга путешествинника во времени, который неизвестно как и его самого в это втянул, ведь после переполоха в бонтене он тоже вскоре не выдержал столько смертей и изменений вокруг себя и покончил с собой на той же крыше, что и его партнер. Проходя мимо площадки, где когда-то Такемичи избивал ни в чем не виноватую шину, Мацуно обратил внимание на фигуру парня в серой кофте. Тот шёл, никуда не торопясь, вероятно просто прогуливаясь. В нем бы и не было ничего примечательного, если бы он не показался Чифую до боли знакомым.
Желание догнать парня превысило здравым смысл, хоть и на короткий промежуток времени, но его хватило для того, чтобы Чифую сорвался с места за неизвестным. Разум и логическое мышление вернулоськ Мацуно только тогда, когда он схватил человека за рукав серой кофты и в попытах проговорил:"Извините.."
когда он поднял голову и наконец отдышался, на него посмотрели неизменно глубокие голубые глаза, которые он не мог не узнать:"Такемичи...".