Драббл.
Просто что-то выплеснулось, решила написать что-то по-настоящему тягостное и жутенькое, ну так, чисто по атмосфере...надеюсь понравится!
___________________________________________
- Милая..- грубые мозолистые пальцы касаются ровного четкого подбородка девушки, дыхание было горячим, побуждающее к страсти и интиму, взгляд затуманенный, от любви голова кругом, в груди сердце не знает куда деться, куда податься, как быть, как выдержать столь неконтролируемые избыточные эмоции. Хочется съесть её, поглотить, укусить, целовать, да хоть вылизать досуха. Но парень держится из последних сил, дабы не напугать свою девочку. Она в ответ смотрит испуганными глазками, вся вжалась в стенку, в калачик и сидит тихо, как мышка, выжидая когда его страсть остынет. Она всё никак не привыкнет к его жарким словам, пылким действиям, к его навязчивой любви.
- Дорогая, прошу..взгляни на меня... - умоляет он, с силой поворачивая её лицо к себе. Та хоть и не может воспротивиться его силе, но может отвести взгляд.
- Любовь моя...- вновь лепечет он, - ну же..взгляни на меня..., - его ладонь плавно переходит к шее, он ведёт пальцами по пульсирующим венам, чувствуя каждый отчётливый бит её сердца, чувствуя её страх, пленяющий его. То, как его девочка дрожит, боится взглянуть - заставляет мужчину сильнее вожделеть её, обласкать, обнять так сильно, чтоб вздохнуть не было и шанса, но и нежно, не ломая её хрупкие ручки, ребра. Он задыхается, смотря на неё; он взбудоражен, когда слышит её тихий, текучий как мёд, голосок; он жаждет её всю, от пяток до макушки. Все его мысли заполнены ею и он не собирается как-либо это менять.
- Девочка моя...золотце моё...- хрипя курящим голосом, мужчина гладит девушку по голове и закручивает её светлую прядь волос, горячо выдыхая возле чувствительного ушка блондинки. Та вздрагивает, прижав коленки друг другу и прикрыв ночнушкой свои ножки. Это движение с её стороны очень умилило безумца и, ухмыльнувшись, его ладонь провела ниже талии. В ответ на это она взглянула на него испуганными глазами, полные недоумением. Мужчина к ней приблизился, наклонился, становясь на одном уровне с ней. Оскалился, обнажая свои клыки-гарпуны, его шершавый длинный скользкий язык провёл по зубам, он сделал некую паузу... Девушка не понимает, что происходит, что он задумал на этот раз. Не успевает она только предположить что именно мужчина затеял, как тут вдруг он разевает свою пасть и в момент щелкает зубами, как волк, тем самым пугая бедную. Блондинка пискнула, и прерывисто задышала. А он посмеивается. Его очи сверкают синим блеском. Мужчину будоражит, ему забавляет её пугать. В такие мгновения она кажется такой сладкой, манящей, беззащитной и хрупкой...ей некуда бежать, лишь прижаться к нему самому и умолять его так больше не делать, что сейчас и происходит. Она наконец заговорила, своим тонюсеньким голоском, но и поддрагивающим от испуга.
- Перестань так делать...пожалуйста...- он чувствует, как намокает его кофта, как её руки крепко схватились за его плечи, и как она прижалась к нему, без того стеснения, всем телом. Его это сводит с ума, но он держится. Пока что.
- Ох...сладкая, прости, просто решил проверить тебя, насколько сильно ты меня боишься, и к сожелению, очень сильно. Я ж тебя и пальцем не тронул, не ударил, не насиловал, а ты так пугаешься, будто я это делал с тобой не раз и не два...- его тон голоса так жалобен, давящий на вину девушки, что та взглянула на него извиняющимися, наполненные слезами, глазками.
- Н-нет! Ты хороший, заботл-ливый, лучший! Я просто...трусиха...- выдавила из себя слова, нервно смеясь,- прости, не хотела этим тебя задеть...
- Всё хорошо.. - приложив ладонь к затылку девушки, он поцеловал её в лобик, улыбаясь, - солнце...- его тихий, змеиный шёпот затрагивал самые глубокие закоулки сердца, заставляя её биться чаще и не понять, от испуга ли или от другого, ещё более пугающего чувства.
- Хочешь поесть? - заботливо спрашивает он, вновь обнажая клыки. В ответ кивок.
- Отлично..- сильные руки тут же хватают бёдра блондинки, с великим пристрастием сжимая их. Девушка ахнула от неожиданности.
- Мм...- может, ей показалось, но ушки не обманут, она услышала - он облизнулся, провел своим длинным, грубым языком по зубам, при этом томно дыша, чуть ли не рыча от удовольствия. Мысли девушки крутились,вертелись в голове и были лишь об одном:"он меня съест, он меня накормит для того чтобы меня съесть!" Возможно, она накручивает, придумывает и надумывает, только вся ситуация слишком похожая на её тревожные думы.
- Я не силён в готовке, но стараюсь для тебя, дорогая. Я приготовил запеченную картошку и курочку со специями, сделал салатик, всё твоё любимое. - протянул концовку предложения он. Девушку поражает его память и его желание знать о ней всё.
- Питер...- мужчина остановился, прислушиваясь к тихому,сладкому голосу. Она впервые за долгое время позвала его. Хоть он и скривился от своего же имени, но слушать её - рай для его ушей.
- Почему ты...л-любишь меня? - эту фразу она долго держала в себе и наконец нашла силы высказать. Его глаза заискрились.
- Когда я впервые тебя увидел, у меня будто весь мир стал тихим, бесшумным и лишь твой голос и твоё дыхание я мог слышать, лишь ты в моих глазах ярче солнца, ярче этого гнилого люда. Моё сердце при виде тебя бьется, отдает кульбитом. Моя голова идёт кругом, ты мой смысл жизни, ты моё всё, понимаешь? Я не представляю жизнь без тебя! Ты частичка, осколок моего сердца, который мне так не хватает. Ты дополняешь меня и я готов тебе быть хорошим партнёром, спутником! Ах...мой ангел...- крупная ладонь, набухшая венками, гладит по спине девушки. Та притаила своё дыхание.
- Я для тебя весь мир?
- Да!
- А обо мне ты подумал? - его улыбка сменяется на тонкую линию сжатых губ, а искра в глазах гаснет. Его рука,державшая её бедра, сжала с такой силой, что девушка тут же начала лепечить.
- Всё-всё! Забудь, забудь, что я сказала! - и снова слышатся её всхлипы.
- Конечно я о тебе думаю. Глупые вопросы задаёшь, милая. Не сомневайся во мне...- шепчет он ей в унисон её плачу.
- Чшш...ну чего ты разревелась, сладкая...я тебя чем-то обидел?
- Больно...мне больно...- хнычет она.
- Где? - встревоженно спрашивает Пит. Она рукой показывает на своё бедро, которое уже покраснело.
- Ох, прости солнце! - то ли он на самом деле встревожился, то ли притворяется, что взволнован, но вероятность того, что он может на неё сорваться и даже не заметив это - высока.
- Не прощу...- она мямлит, боится даже и это сказать, ведь, кто его знает, что он на этот раз ей сделает от своего безудержного гнева.
- Милая?..извини, я сделал тебе больно не со зла...я случайно..хочешь, можешь ударить меня? Я не стану сопротивляться.
- Ты не разозлишься? Не накажешь? Не побьёшь? Не изнасилуешь? Не накричишь? - такие вопросы от его девочки ввели его в ступор. Он конечно знал, что она его побаивается, но не думал, что до такой степени. Да, видеть её дрожащую, плачущую это очень сооблазнительно, однако это неправильно. Питер зашёл слишком далеко. А стоит ли вообще останавливаться?
- Милая, я не понимаю, почему тебя обуревают такие мысли...- он дотрагивается её щеки, проводит большим пальцем вниз, к губам, - что с тобой, дорогая? Ты настолько меня боишься?
- Ты пугаешь меня, издеваешься! Тебе нравится, когда я страдаю! Это не любовь! Это чёрт пойми что! Лучше бы ты был наркоманом, чем эротоманом! Быть твоим наркотиком невыносимо! - блондинка не может совладать со своими эмоциями, она бьёт своими кулачками по груди, царапая розовыми ноготочками, которые потеряли ту былую яркость и насыщенность.
- Солнце, прекрати, успокойся, давай поднимемся на кухню и обсудим там...- та его не слышит и продолжает его колотить, - Сладкая...- в голове шум, не слышно ничего вокруг, душа ноет, а сердце будто и не бьётся, - Дорогая...- Пит уже ощущает боль в груди,- Анна! - он перехватывает её запястья, крепко сжимая их в одной руке.
- Отстань! Отстань от меня! Я ненавижу, ненавижу тебя! - её высокий голос невозможно игнорировать, а тем более - терпеть. Анна не заметила, как Пит её припечатал к стене, давя своим телом. Он наклонился к ней, а та зажмурив глаза, верещала, не обращая внимания на него. Вдруг что-то теплое, влажное оказывается в полости рта Анны. Блондинка распахивает веки.
- Мм! - девушка старается воспротивиться, но всё тщетно. Пит напористо её целует, проникает глубже, в глотку, изучая Анну там. Она задыхается, а он продолжает. Анна мычит, скулит, бьет ладошкой по плечу, намекая прекратить. Когда она ослабла, он всё же отстал.
- Сладкая...- язык провел по клыкам, мужчина скалится вновь. Его рык, хрип, голос - что-то в нём есть, что пленяет, гипнотизирует, подчиняет.
- Успокоилась? - та пытается отдышаться, набирая побольше воздуха и она молвит:
- Да...
- Мм...- Пит проводит подушечками пальцев по её пухлым губам, и шепчет про себя, насколько его девочка прекрасна.
- Идём наверх...- чуть улыбнувшись, Пит выходил наверх, закрывая за собой металлическую дверь, оснащенную цепями и замками. Свет зарябил глаза, блондинка зажмурилась и попыталась спрятаться в его синей кофте. Он умилился и чуть замурлыкнул, чем удивил Анну. Её это успокоило немного. Она сильнее к нему прижалась, чтобы вслушаться. Ему сильно нравится происходящее, и потому мурлыкает ещё больше. Питер идёт к выключателю, чтоб урегулировать освещение.
- С-спасибо...- она протерла глазки, слегка улыбнувшись. Пит улыбнулся в ответ. Он посадил её на стул, задвинул и сам сел за накрытый стол. Анна с момента похищения так и осталась в этой потрёпанной ночнушке, а похитил он её несколько дней...недель..или месяцев назад? Она сама не знает, сбилась со счёту, пробывая в подвале, на сыром бетоне много времени, стараясь заснуть без кошмаров.
- Приятного аппетита, сладкая. - невинно улыбается он, пододвигая к ней тарелку с той самой курочкой и запеченной картошкой. Салатик он наложил скраю тарелки. Также налил её любимый компот, необычный - фейхуа. Со вкусом своей возлюбленной он не спорит, а потакает и даже вместе с ней ест. Ему без разницы, что поедать, ведь это не даёт никакого наслаждения, как даёт это она, его Анночка. Вот её бы он с удовольствием съел.
Мельком взглянув на мужчину, у неё прошлась дрожь по телу, его кадык плавно двигается, а сам дышит томно, и также глядя на неё. Что у него в голове творится, снова? Она его не понимает, но понимает лишь одно - он грёбаный псих, не желающий контролировать свои похабные желания, жаждующий сожрать её, в каком смысле - не имеет значения, везде исход один и тот же - она уже ему принадлежит и что-либо сделать с этим Анна не в силах. Её силы иссякли, следом и хотение к чему-то, остались страх, долгое ожидание и мёртвая надежда. Надежда, что её кто-то спасёт. Надежда, что это всё ужасный, страшный сон. Надежда, что она в коме, и это её бред. Как бы она не старалась себя обмануть, это ей не помогало. Сложно игнорировать происходящее, поддвергаться насилию каждый Божий день. Психологическому, физическому - нет разницы,по ровну больно. Она наконец вышла с этого подвала, но что ей это стоило ради капли света? Покорность, повиновение, притворство. Только сможет ли Анна понять после, врала ли ему иль себе? Возможно и то, и то.
- Невыносимо... - шепчет осипшим голосом, её глаза на мокром месте, выглядит истощённой, изнурённой, заплаканной. Неужели ему плевать на её состояние?
- Ты что-то сказала? - он пристально наблюдал за ней, и заметив движение её губ, заподозрил неладное.
- В-всё в порядке! - замельтишилась она, нервно улыбаясь.
- Милая. - положив громко вилку на тарелку, она издала звонкий звук, он явно на этом попытался акцентировать, привлечь её внимание,- я вижу, тебя что-то волнует, или не удовлетворяет. Скажи мне, и я всё сделаю.
- ... - тяжко вздыхая, она собралась с духом, - м-можно я помоюсь?
- ... - его взгляд потупился. Прошло 2-3 секунды и он залепетал.
- Ох, дорогая! Извини меня! Конечно, можно! Я если что взял все твои вещи, твоя комната рядом, там. - Пит указывает вправо, также неловко улыбнувшись.
- Я должен был убедиться, что ты не сбежишь, стоило подождать немного, извини меня, я должен был поверить тебе сначала.
- ...да, должен был... - Анна откладывает еду в сторону, - я пойду в ванну, не могу так сидеть.
- Милая, еда ведь остынет! - скулит он, - поешь и можешь идти. Сытой в ванне приятней лежать, согласна?
- Д-да..- придвинув эту проклятую тарелку обратно, она воткнула в картошку вилку и начала кушать, с неохотой и неприязнью. Этот картофель больше не приносил того наслаждения, комофорта, уюта. Анна любила есть картошку с маминых рук, на её кухне, приезжая к ней в гости, навещая. Сейчас воспоминание с ней сменится с ним. Блюдо больше не будет ассоциироваться с приятным времяпровождением с матерью, теперь это связано с ним, с поехавшим.
- Отлично..- Пит прекрасно понимает, что ей неуютно, обидно и она до сих пор на него обижена. Он знает, что совершил много грешного, но это ради любви, любовь такое прощает, разве нет? Она обязательно его полюбит, он знает, что она его любит, просто сама ещё этого не поняла. Бедная девочка, но ничего, он сможет её сделать счастливой, он ведь хороший парень! Анна встаёт из-за стола, направляясь в свою комнату за вещами, Пит замечает, как понуро она опустила голову, и ходит, дрожа, как тростинка. На это больно смотреть, это надо исправить. Но чёрт, она такая ослабшая, безвольная, беспомощная, хрупкая, что хочется это так и оставить. Мораль твердит обратное, совесть его терзает, говорит чтоб он перестал её мучить, она итак настрадалась в подвале, дрожа от страха. Чернота, яд расползающийся внутри него желает её страха, желает видеть её такой. Гарантия, что не сбежит. Спокойно, у неё нет сил бежать. Надежно, она не сможет, она его боится. Но есть одно но. Она его так точно не полюбит.
- Чёрт! - стукнув по столу, он берется за голову, пытаясь унять свое эго внутри. Внутреннего садиста нужно заткнуть.
- "Будешь мучить других, но точно не её!" - твердит сам себе. Сложно держать голову на месте, когда ты безумно влюблён и также сложно совладать со своими "хобби".
- В-всё хорошо?...- Анна услышала его разъяренный рык, испугалась, но не побоялась спросить, хоть и ноги чертовски дрожали.
- Д-да, милая, не переживай! Иди искупайся, отдохни хорошенько, только не засни, ладно?
- Хорошо. - впервые он сказал то, что ей так нужно - "отдохни".
Ванна наполняется тёплой водичкой. Ванная комната довольно большая, это не могло не радовать. Только страх всё равно остался. А вдруг он войдёт, когда она будет совсем без одежды? Специально? Вновь вытворяя свои похотливые желания?
Стук в дверь.
- А!? Да!?
- Извини, что тревожу, могу зайти?
- Зачем!?
- Мне нужно дать тебе кое-что... - подумав несколько минут, она решилась позволить ему.
- Заходи..- Пит медленно открывает дверь, виновато глядя на неё. Он повесил на кручок фен.
- Чтоб смогла высушить волосы и... расчёска тут.
- Спасибо. - Пит продолжает стоять, неловко потирая затылок.
- Прости меня...я поступил с тобой неправильно. Я..я не должен так был делать. Порой мою крышу сносит и я не в силах совладать со своими эмоциями!
- Это не оправдание тому, в каком я сейчас состоянии. И выйди пожалуйста, мне нужно отдохнуть. - иногда её злость помогает ей держать строгий тон и не заикаться.
- Извини..- он вышел из ванной, оставив напоследок это ничего не значащее слово, ничего не меняющее. Извиняется, но не отпускает. В чём смысл его действий? Он чёртов псих, не менее и не более.
Она наконец выдыхает. Грязная ночнушка сползает с её тела и Анна ступает в воду, медленно ложась.
- Кааайф...- единственное удовольствие за все это грёбанное время...
Продолжение следует!