10.
Проснулся я с ощущением того, что внизу всё мокро, мгновенная паника. Подорвавшись на кровати, я встретил непонимающий взгляд господина Яна.
– Что вы наделали? Это из-за лекарств? – голос дрожал, кулачки сжимали одеяло до белых костяшек, а во всём теле чувствовалось какое-то странное покалывание.
– Ты о чём малыш? Я ничего не делал, что случилось?
– Там мокро и липко, что со мной? – на глаза уже начали наворачиваться слёзы.
– Так малыш, а ну пошли в ванную. Всё хорошо, просто тем событием мы сильно простимулировали течку. – Господин подхватил моё тельце на руки, а я дрожащими руками ухватил его шею.
Моё лицо покоилось на плече господина. Выйдя с моей комнаты, мистер Ян повернулся чтобы закрыть дверь, а я увидел ужасающую картину. С 3 комнат вышли альфы, которые были тогда в той комнате, и начали облизываться, один рычал и скалил зубы, как-будто хотел уже прыгать, и рвать меня на куски.
– Не отдавайте меня, прошу господин, не надо. Я обещаю слушаться. – я уже рыдал и сильнее хватал кофту господина. Он одной рукой успокаивающе гладил меня по голове, но ещё не видел того, что вижу я.
– Ты чего, с чего ты это взял, кому.. – господин осёкся на середине предложения, и повернулся лицом к лестнице, а меня соответственно спиной к этому всему. – Зашли обратно! Я не давал вам приказа выходить!
– Но господин, он так вкусно пахнет. – это сказал самый ближний альфа, меня затрусило как ненормального, и появилось дикое желание забраться повыше, чтобы не достали.
– Ты меня не понял?! Я сказал всем по комнатам! – господин рычал, и сильнее прижимал мою тушку к себе.
Через пару минут я услышал как за спиной закрываются двери. Неужто действительно ушли, поворачиваться я не решался.
Когда господин двинулся вперёд, я зажмурил глаза, а его рука продолжала гладить мои волосы.
Разлепил глаза я уже тогда, когда меня пытались отцепить и поставить на пол.
– Ален, уже всё хорошо, сейчас я наберу тебе ванну. Раздевайся пока.
– Там всё мокро, можно я сам приму ванну, прошу господин.
– Прости мальчик мой, но нет. Твоё состояние меня очень сильно беспокоит. Если что-то случится, я должен быть рядом.
– А Том? Можно это будет Том?
– Ты хочешь чтобы это был омега, ладно. Я сейчас схожу за Томом. Но я останусь за дверью.
– Спасибо вам.
Мистер Ян покинул комнату, а через пару минут ко мне вошёл Том.
Я уже стоял голый, и по внутренней стороне бедра текла прозрачная струйка.
– Мистер Ален, у вас началась течка.
– Господин Ян уже сказал мне об этом.
– Ваше тело не в лучшем состоянии, поэтому, может вы не будете принимать полноценную ванну. Я могу просто аккуратно обтереть ваше тело.
– Нет, я хочу всё смыть, хочется содрать кожу. Ты даже представить не можешь, как больно, ощущать всё то, что со мной делал господин.
– Прошу не говорите так, не нужно ничего сдирать. Давайте я помогу вам. – Том подал руку, чтобы я не терял равновесия.
Став в ванну по колено, я уже мечтал просто откинуться назад, и ощутить обволакивающую теплоту воды. Согнув колени, и погружая в воду бёдра, я завопил как резанный.
Боль была неимоверно жгучей, было чувство что кипяток просто прожёг плоть и уже столкнулся с костями, намереваясь с ними сделать тоже самое.
В это мгновение дверь в ванную открыл мистер Ян, и как можно быстрее подхватил меня на руки.
– Прости Ален, я забыл. Забыл, что мы не обработали вчера твои бёдра. Ччч, прости меня, сейчас пойдём обработаем.
– Нет, нет, нет, не хочу!
Отпустите!
Поставьте обратно!
Не хочу лекарств, не хочу ничего!
Больно!
Прошу уйдите..
Отвернитесь...
Пустите... – меня била сильная дрожь.
Слёзы катились градом по холодным щекам. Я вырывался как мог, снова сдирал свежие раны. Кричал, мне было всё равно, он уже зашёл в комнату, господин не должен был этого делать. Меня всё сильнее прижимали, просили успокоиться, но я не хотел. Зачем? Уже всё равно, пусть слышит. Он что-то сказал Тому и тот в спешке выбежал.
– Зачем вы его прогнали, лучше бы вы ушли. Пустите меня, мне уже ничего не больно. Не насилуйте меня, я не хочу, мне всё равно что у меня течка, возьмите одного из тех троих. – Я кричал взахлёб, но толку от этого было мало.
– Я его не прогнал, он сейчас придёт. Тише, не буду я тебя насиловать, прошу угомонись. – в комнату забежал Том, с шприцом в руке.
– Нет, не надо. Пустите. Я не хочу.
– Тише, всё хорошо. Том держи руку чтобы не дёргал.
Том взял мою руку, и сильно зажал, мне кажется туда даже кровь не могла поступать. Господин Ян прижимал со всей силы к себе, а второй вгонял иглу в руку.
– БОЛЬНО!!!
– Чччч, всё, я заканчиваю. – господин ввёл вакцину, и достал иглу.
Снова это чувство, ничего не двигается, не могу ничего сказать, просто плачу. Как надоело. За что, я же ничего не сделал.
– Прости малыш, сейчас мы пойдём наверх, и я всё обработаю, ладно?
Я не мог ничем пошевелить, поэтому мой ответ никто не дождался.
Мистер Ян закинул мои руки за его шею и посадил на свою руку, обвивая талию.
Выйдя с комнаты я всё также молча плакал. Как противно. От всего. От прикосновений. От уколов. От боли. От себя.
Я стал себя ненавидеть, чтобы я не делал, всё неправильно. Терплю, больно, бьют, калечат. Кричу, делают больно, всё время затыкают. Отпираюсь, берут силой.
Что мне делать? Я не знаю что мне делать, всё неправильно. Я просто ошибка, такого слабого и ненужного не должно было быть. Я ненавижу себя. Все мои действия неправильные, я не знаю что мне делать.
Отвлёкся от своих мыслей я уже на нашем этаже. Который был снова с теми 3 альфами.
– Вы ведь его уже трахнули? Господин, можно мы его тоже по кругу пустим? Он так охеренно пахнет. – Трусит, меня снова трусит. Неужели это всё, на что способно моё тело.
– Ушли. Не дрожи, они чувствуют твой страх, и у них он вызывает похоть а не жалость. – Господин сильнее прижал меня и двинулся вперёд по коридору, моя комната была последней.
– Почему, нам его нельзя? Нам мало тех 3 сломанных сучек. Дайте нам его.
– Я сказал нет. Он с моей меткой, а теперь, ещё раз кто-то скажет о нём, я перегрызу глотку. Все уяснили?
– Да, простите, мы пойдём в комнаты.
Я не верил своим ушам. Что значит его метка, у меня пустое запястье, этого не может быть. Мы зашли в комнату, а меня по-прежнему голого, положили на живот.
– Я сейчас обработаю твои раны, потерпи, будет больно, кричи.
Сомневаюсь что могу кричать после того укола.
– Я вытру смазку с бёдер, потом поставлю свечу, и обработаю раны.
Тёплое полотенце обтёрло мои ноги, а после господин Ян отодвинул рукой ягодицу и приставил свечу к дырочке.
– Расслабься, и перестань дрожать, они уже не вернуться, я уйду отсюда когда всё закончится. – после он начал проталкивать свечу, а я только сильнее попытался напрячь попу.
– Ален! Я не хочу делать тебе больно. Просто расслабься! – снова сильно плачу, даже если я молчу, на меня срываются, за что? Просто оставьте меня. Увидев что я сильнее заплакал, господин опустил руки. – Прости, не плачь. Я хочу тебе помочь, не сопротивляйся. Я не врал когда сказал что на тебе моя метка. Прошу успокойся, когда я всё закончу, если захочешь я всё расскажу ладно. – он поцеловал мои волосы и переплёл наши пальцы.
Почувствовав что я всё же расслабился, второй рукой господин протолкнул свечу в мою попу. Но на этом он не остановился, его палец продолжал давить на дырочку, и спустя пару секунд протолкнул его внутрь. Свеча проникла глубже, а я лишь тихонько заскулил.
– Ччч, всё, я достаю.
Достав палец, господин немного повозившись сзади, положил холодные и влажные, видимо от мази, пальцы к рубцам. Я закричал как мог, господи как это больно. Господин убрал руку, и снова поцеловал мои волосы.
– Тише, малыш надо, потом будет лучше. Потерпи немного. – после 10 минут страданий, господин отстранился, отпустил мою руку и отсел в нижний угол кровати.
****Что скажете?****