часть 9
— Дочька.. дочька..
— Папа? Что ты тут делаешь? Ты же..
— Я рад за тебя, правда. Ты выбрала хороших парней, они защитят тебя.
— Не уходи от моего вопроса.
— Я пришел предупредить, — Отец развернулся и медленным исчезающем шагом направился к выходу.
— Папа, подожди, пожалуйста..
Он остановился.
— Не уходи, объясни, о чем ты хотел предупредить?
— Чувствую я, неладное что-то, береги себя.
— Папа! Папа, стой!
Он сново остановился и обернулся.
— Арина.
— Что?
— Арина.
— Папа, что?
— Арина, проснись.
Я резко вскочила с дивана уставившись глазами наполненными слез на парня.
— Всё хорошо? Ты во сне что-то про папу говорила и крутилась.
— Где папа?
— Что? Его нету здесь.
— Сука.. Мне сон приснился, странный очень, меня это пугает.
— Рассказывай.
— Тут был папа, он говорил что я связалась с теми людьми, которые мне нужны, и что он пришел сюда чтобы предупредить о чем то, но он не договорил..
— Тише, — Парень подвинулся ко мне и обнял.
Послышался шорох, от которого мы оба замерли затаив дыхание.
— Что это? — Дрожащим голосом спросила я.
Парень вслушиваясь, жестом показал, чтобы я замолчала. Вова проснулся, не понимая что происходит.
Мы вслушивались в ночную тишину. Каждый шорох казался угрозой, каждое движение тени – предвестником беды. Сердце колотилось, как пойманная птица, а в голове пульсировали обрывки сна, слова отца, полные тревоги и предостережения.
Страх сковал меня, отнимая способность мыслить ясно. Я чувствовала себя маленькой девочкой, потерявшейся в темном лесу, ищущей защиты у того, кто сам исчез. Боль утраты вновь нахлынула с неистовой силой, смешиваясь с леденящим ужасом.
Парень крепче обнял меня, чувствуя, как дрожит мое тело. Его тепло было единственным якорем в этом бушующем море страха и отчаяния. Он шептал успокаивающие слова, но я едва слышала их сквозь собственный испуг.
Шорох повторился, теперь уже отчетливее. Парень медленно поднялся, жестом приказав нам оставаться на месте. Валера взял не большой нож. В его глазах я увидела решимость и готовность защитить нас любой ценой. Но что, если это "неладное", о котором говорил отец, было сильнее нас?
Слезы градом покатились по щекам. Я не хотела терять еще кого-то близкого. Я просто хотела, чтобы папа вернулся, чтобы все это оказалось страшным сном.
Парень осторожно двинулся в сторону источника звука, бесшумно ступая по полу. Я же осталась сидеть на диване, вжавшись в подушки, словно это могло меня спасти. Каждый скрип половицы отдавался эхом в моей голове, усиливая панику. Мне казалось, что я слышу дыхание смерти за своей спиной.
За что? Почему это происходит со мной? Я ведь просто хотела быть счастливой. Хотела забыть о боли, о потерях. Но прошлое не отпускало, оно преследовало меня во снах, в шорохах за дверью, в каждом взгляде прохожего.
Парень вернулся, его лицо было напряженным.
— Там никого, — прошептал он, но я не поверила.
— Валера!!
Парень не успел обернуться, как в него прилетел удар с кулака. Турбо не растерялся, хоть и немного потеряв координацию, всё равно начал лупить того незнакомца. Ярость вскипела в нем, словно лава, обжигая нутро.
Парень встал сверху тела лежащего на полу. Тяжело дыша, он смотрел вниз, на поверженного.
— Ах ты морда Хадишевская, хренли приперся?
— За Равиля мстить, ваш пацан его чуть не убил!
— Ты, сука, себя слышишь? Вы нашего пацана уебашили! И ты еще тут чето мне затирать пришел? Скорлупа ты блять. Ты себя видел, мальчик? Ты пришел сюда, чтобы набить морду мне? Иди отсюда, и своим передай, эта война — месть, за убитого вами нашего парня.
— Понял я, понял.
— У тебя десять секунд чтобы свалить, время пошло.
Парень пулей вылетел отсюда. А Валера стоял молча смотря на нас.
— Придурок бл..
— Хорошо что я не одна с Вовой осталась.
— Это точно, давай тогда, дальше спи, а я всё ночь подежурю, на всякий.
— Дурак? Ложись давай, я точно не усну теперь.
— Значит вместе сидите, задолбали, орут тут, голова и так болит.
— Всё, Вова, ложись спи дальше, — Погладила я парня по голове.
— Кофе сделать? — Предложил Турбо.
— Да, спасибо.
Через пару минут он вернулся с двумя кружками кофе. Дал мне одну и сел рядом.
— Точно спать не хочешь?
— Точно.
— Ну смотри мне, надумаешь лечь, говори.
Я кивнула и снова уставилась в стену, летая в мыслях. Турбо стал хорошо относиться ко мне, но мне хотелось большего. Хотела, чтобы он постоянно рассказывал какие-то истории, когда мы наедине, а не молчал. С пацанами он всегда смеется. Наверно, я много захотела, ведь с ними он всю жизнь, а я – девчонка, которая резко появилась в его жизни.
Иногда мне казалось, что я прозрачная для него, словно призрак, блуждающий в его реальности. Хотелось тепла, искреннего тепла, которое он так щедро дарит своим друзьям. Мое сердце жаждало не просто внимания, а настоящей связи, глубокой и нерушимой. Я мечтала стать частью его мира, не просто случайным гостем, а неотъемлемой его частью.
Но страх сковывал меня, страх быть отвергнутой, страх оказаться недостаточно хорошей. Я боялась открыться, показать свою уязвимость, ведь тогда он увидит, как сильно я нуждаюсь в нем. И что тогда? Смогу ли я выдержать его безразличие? Или лучше остаться в этой полутени, довольствуясь малым, чтобы не потерять даже это?
— Слышишь, давай потренимся, я тебе так приемчики и не показал.
— А давай, — С улыбкой на лице я посмотрела на парня.
— Лови, — Валера бросил мне боксёрские перчатки.
— Бей, — Парень встал передо мной.
— Прямо по лицу?
— Да.
— Точно? А если больно будет?
— Хах, ты то, больно? Давай, бей.
Я со всей силы, которая у меня была, ударила парня по лицу. Парень немного отошел назад.
— Ты че? Откуда у тебя сил столько?
— Прости.
— Давай лучше так, — Валера поставил передо мной ладони. И я начала бить по его рукам.
— Ща, попью,— сказала я, но вместо этого резко бросила в него подушку.
Он уклонился, смеясь, и тут же ответил контратакой, подбросив свою подушку прямо в меня. Запустилась шутливая массивная битва, наполненная смехом и радостью, как будто вся эта угроза отступила на задний план, и мы остались одни на нашем маленьком острове безопасности.
— Ладно, хватит, — сказал он, дразняще потирая руки. — Теперь серьезно, попробуй скрутить меня так, как я учил.
Вместо того, чтобы чувствовать себя нервной, я ощутила веселье. Мы начали тренироваться, хотя это была всего лишь игра, в которой я пыталась вытанцевать его с ног, при этом он придерживал меня с чутьем остроумия и ловкости.
— Не говори, что ты сильнее, чем выглядишь! — сказал он, ловко избегая моего захвата.
Я рассмеялась, чувствуя, как напряжение уходит, и на его лице появлялось лёгкое удовольствие от общения со мной. Эти маленькие моменты радости, как мелкие звезды в ночном небе, напоминали о том, что в каждом дне есть нечто светлое, даже в самые тёмные времена.
Спустя какое-то время, наши тела начали уставать, и мы, наконец, рухнули на диван, задыхаясь от смеха.
— Вот это я понимаю — тренировка! — сказал Турбо, наклонившись ко мне, его голос стал серьезнее. — Арина, ты действительно сильная. Не забывай об этом.
Я улыбнулась, понимая, что он не только говорит о физической силе, но и о внутренней стойкости, о которой всегда мечтала.
— Спасибо, Турбо, — тихо произнесла я. — Благодаря тебе я чувствую себя менее одинокой.
Мы снова погрузились в тишину, но на этот раз она напоминала тёплую оболочку, обнимающую нас вокруг. Я надеялась, что такие моменты будут длиться вечно, что страхи, преследовавшие нас, не смогут разорвать это новое соединение. Время шло медленно, и я чувствовала, как связь между нами крепнет, укрывая нас от бурь, бушующих за пределами нашего укрытия.
Я заметила как у Турбо начали закрываться глаза, но он очень старательно пытался не уснуть. Решила что не буду его бодрить, пусть лучше поспит, он не ложился еще, а время то уже около трех. Дак он еще и спас нас.
Через пару минут Валера сдался царству Морфея и положил мне голову на плечо. От этого жеста у меня по телу пошли мурашки. Так близко ко мне он еще не находился. Я дрожащей рукой немного приобняла парня.
Чувствовала, что когда я рядом с ним, сердце бешено бьётся. Но от чего? В этот момент, я окончательно поняла, что влюбилась в парня. Эта привязанность, которая была к нему, не дружба, а любовь. Не простое влечение, нет, это было нечто всепоглощающее, глубокое, что проникало в каждую клетку моего существа. Это чувство, словно нежный росток, пробивалось сквозь броню моего сердца, расцветая ярким, нежным цветком.
Я помню, как впервые осознала это: его взгляд, мимолетное прикосновение, улыбка, от которой замирало все внутри. В эти моменты мир вокруг переставал существовать, оставались только мы, и эта тонкая, едва уловимая связь. С каждой секундой, проведенной рядом с ним, я все больше убеждалась в том, что это не просто симпатия, а что-то гораздо большее, что-то, что способно изменить мою жизнь навсегда. Это любовь, чистая, искренняя, как первый луч солнца после долгой зимы. Но даже если так, то я уверена что он ничего не чувствует ко мне. И то что он сейчас лежит на мне—просто случайность, которую он не контролирует. Я лишь крепче обняла парня и положила свою голову на его.
— Удобно?) — С ухмылкой на лице произнес парень, от чего я немного вздрогнула и на лице появился румянец стыда.
— Ой, я думала ты уснул.
Я попыталась отстраниться, но он крепко сжал мою ладонь и вернул её на место.
— Раз тебе так комфортно, оставайся, — произнёс он, и в голосе вновь прозвучала усмешка.
От волнения сердце бешено забилось в груди, и он, кажется, почувствовал мой смятение.
— Что дрожишь вся?
"Эта улыбка... она пронзает меня насквозь", - промелькнуло в мыслях.
— Не знаю, — прошептала я.
— Да ладно, всё в порядке. Я немного подремлю, только ты не засыпай. Если что-то покажется странным, сразу буди.
— Хорошо.
Мы замерли в той же позе: я снова склонила голову к его плечу, а он невесомо коснулся моей талии рукой.
Этот вечер казался бесконечным испытанием. Спасением стала пачка сигарет в кармане. Я дрожащими пальцами достала одну, зажгла и глубоко затянулась. Тело постепенно расслабилось, напряжение отступило. Теперь главное – не провалиться в сон.