Глава 3
Сидя в первом отделении полиции, откуда поступил очень информативный звонок, я не понимал как докатился до такой жизни. Чонгук сидел рядом и нервничал явно больше меня. А чего мне нервничать-то? Если обвиняют, значит есть за что, хотя не факт. Как-то не могу припомнить за собой не то, что преследования в последние месяцы, а вообще выхода за пределы квартиры, кроме сегодняшнего дня. Потому что сегодня я исчерпал весь свой лимит на ближайшие полгода.
— На вас поступило заявление, в котором говорится о преследовании и домогательстве девушки по имени Розанна Пак. Это правда? — после его слов я словно впал в прострацию. Как она может обвинять меня в таком, после всего, через что мы прошли? Я прошел.
— Конечно, нет! — воскликнул в сердцах Чонгук. Он будет отстаивать мою непричастность до последнего вздоха.
— Я спрашивал не Вас, молодой человек, а Вашего друга. Соизвольте ответить, мистер, — сказал мужчина напротив и уставился на меня в ожидании ответа.
Что я могу сказать? Мой шок в шоке — только это, на большее и не расчитывайте. Хотелось просто рассмеяться со всей этой ситуации. Вот сейчас он скажет, что все это глупый розыгрыш и отпустит меня — нас — домой.
Но мужчина продолжал смотреть на меня и после пяти минут моего молчания, и после десяти, а вот на пятнадцатой минуте он не выдержал.
— Да ответь ты уже! — стукнул кулаком по столу так, что на нас стали поглядывать его коллеги и другие такие же «невиновные», как и я.
— Это неправда. — Мужчина наконец-то выдохнул и уже хотел расслабиться, когда я продолжил. — Последние полгода я не выходил из своей квартиры. Не посещал учебу, не встречался с друзьями, и все преподаватели и мои друзья могут это подтвердить. Также в подъезде моего дома есть камера, на которой видно мой последний выход летом, где-то в июле, и сегодня.
После моей речи он молча прожигал поверхность своего рабочего стола, но через несколько минут стал что-то писать на чистом листе бумаги.
— Напишите здесь свой адрес проживания и номер телефона, — ткнул он на свободные строчки, — мы проверим то, что Вы сказали. Если это окажется правдой, то тот, кто написал заявление выплатит штраф за ложный донос.
Я написал номер и адрес, после чего нас отпустили и мы со спокойной душой отправились на улицу. Вдыхая свежий и холодный вечерний воздух, я понял насколько был глуп, что так убивался из-за нее.
Вспоминая тот день, когда она зашла в мою квартиру со словами, что я ей больше не нужен, в сердце появлялась неприятная, тупая боль, которая перерастала в головную и от этого хотелось поскорее вернуться домой и побыть в тишине, как день назад.
— Думаю, сейчас ты хочешь побыть в одиночестве, — прочитал мои мысли Чон и развернулся, чтобы пойти к себе.
— Стой! — окликнул я его, когда он почти скрылся из моего поле зрения. — Спасибо за сегодняшний вечер.
Он улыбнулся и окончательно скрылся за углом.
***
Уже сидя дома на диване, я вспомнил, что у меня в кармане лежат женские трусики, а в комнате разбросаны вещи, от которых нужно избавиться. Поэтому я решил сделать это за друга и направился в спальню.
Чего там только не валялось. Чон успел достать по меньшей мере весь комод, но не успел дойти до шкафа с одеждой. Хотя той там почти не было. После отъезда Розэ он опустел практически полностью.
Собрав все ненужные вещички в мусорный пакет, я вышел из квартиры, чтобы выкинуть мусор из моей новой жизни. Он мне не понадобится.
«Правильно, Чимин, думай, что теперь все будет как раньше. До Розэ. А потом в один прекрасный день тебе сорвет голову и ты кинешься в воду с моста».
Давно не приходил он ко мне. Мой внутренний голос. И ведь он всегда оказывался прав.