23.
Сонхун сидел на кровати, прислонившись спиной к стене. Телефон в руках. Лицо — холодное, отстранённое, как всегда. Пальцы лениво скользили по экрану, пока он без особого интереса листал ленту сообщений.
На нём — чёрная футболка с заправленными рукавами. Волосы слегка растрепаны, а губы поджаты. Настроение? Неизменное: тихо-мрачное.
А рядом, уютно свернувшись, как всегда, сидел Джейк. Его подбородок лежал на подушке, а взгляд — прикованный к плечу Хуна. Он выглядел задумчиво... и подозрительно мирно.
— Хууун, — протянул он вдруг, тянуясь пальчиком к плечу старшего.
Сонхун не ответил.
Джейк коснулся пальцем его руки. Один раз. Второй. Потом осторожно начал водить по плечу двумя пальцами, изображая, как маленький человечек идёт по склону.
— Топ-топ… — прошептал он. — Смотри, он исследует ледяную гору по имени Хун.
— …Это ты или муравей? — буркнул Хун, не отрывая взгляда от телефона.
— Человек. И он идёт прямо к сердцу горы. — Джейк провёл пальцами выше, к шее Сонхуна.
Тот на секунду застыл, но виду не подал.
— Горе ему. Там ничего нет.
— Н Untrue, — фыркнул Джейк. — У горы Хун очень тёплое ядро. Просто оно спрятано за хмурым лицом и вечным "отстань, щенок".
— Я не говорил "отстань".
— О, это уже прогресс! — Джейк засиял. — Мой человечек добрался до шеи. Сейчас он прыгнет… вон туда!
Он резко ткнул пальцем в щёку Хуна.
Сонхун дёрнулся.
— Ты сейчас не человечек, ты паразит.
— Сладкий паразит, — хихикнул Джейк. — Который любит занудного буку.
— Я не бука.
— Да ты весь такой: "мне всё равно", "не трогай меня", а потом сам засыпаешь, прижав меня как грелку.
Сонхун молча убрал телефон в сторону и поймал запястье Джейка. Медленно повернулся к нему, глядя снизу вверх, глаза полуприкрыты.
— Ты реально хочешь, чтобы этот "человечек" упал в вулкан?
— Он не боится! — заявил Джейк, дёргаясь. — Даже если вулкан рычит и морщит нос, он всё равно…
Сонхун потянул его за руку, и Джейк потерял равновесие — прямо на колени Хуна.
— …Полез обратно, — пробормотал Джейк, вжавшись лбом в его грудь.
— Упрямый щенок, — вздохнул Сонхун, обнимая его. — Что мне с тобой делать.
— Всё.
Сонхун тихо усмехнулся.
— Ты неисправим.
— А ты — мой. Даже если ворчишь.
— Тогда молчи. И лежи спокойно.
И Джейк, улыбаясь, затих. Потому что даже самое ледяное плечо, если к нему прижаться, со временем начинает греть.