23
Егор
Залет. В изоляторе я бываю не часто. Это Сэмыч у нас обычно любит нарваться. Двери обычно не заперты, но выходить нельзя.
— Егор…
В изоляторе со мной психолог.
— Егор!
— Что?
— Зачем нужны правила, с твоей точки зрения?
— Ой, Вы говорили уже со мной про правила! — раздражаюсь я. — Я согласен, что они нужны. Их их стоит соблюдать. Но еще мы обсуждали с Вами про «провокатор-реагирующий». Вот это как раз тот случай. Это была реакция на провокацию. Поэтому, инициатор конфликта не я.
— Ты не можешь знать наверняка, что Антон украл твое кольцо.
— Ну, а кто?! Решетов? Кислицын? Дагер? Пф!
У нас теперь забавный «комплект» в комнате, словно Алла специально подбирала так, чтобы стукнуть нас всех лбами.
— В комнате было только пять человек, включая меня. И только Стоцкий мог его взять.
— Оно могло куда-нибудь закатиться.
— Не могло оно никуда закатиться!
— Презумпция невиновности, Егор!
— В задницу презумпцию! Я уверен, что это он.
— Егор, даже если это Антон, то проблемы не решаются кулаками. Посмотри на себя. У тебя опять разбито лицо. Антону бровь рассек, зуб сколол.
— А что нужно было — вежливо попросить кольцо вернуть?
— Я вынуждена рекомендовать тебе курс по контролю гнева.
— Мне? — закатываю я глаза. — А я что — рецидивист?
— Три драки за пару недель.
— С кем я кроме Стоцкого дрался?!
— Тогда — совместные сеансы с Антоном по разбору вашей конфликтной ситуации.
— Нет, пошел он нахрен, упырь этот! Давайте по «контролю гнева».
— Хм, а как ты планируешь решить ситуацию с кольцом?
Играю желваками. Как я планирую решить ситуацию? Мразь! Да я, выбью с него Валькино кольцо! Сжимаю кулаки. Суставы хрустят. Не озвучиваю, конечно же. Но, видимо, по моему лицу и так прекрасно видно, как я намерен разрешать эту ситуацию.
— Тогда — совместные сеансы, — категорически взмахивает руками психолог. — Конфликтология.
— Ну, это нечестно!
— Завтра с утра.
Изображая фейспалм, морщусь от отвращения. Психолог выходит из моей «камеры».
Мда. Здесь не курорт! Три на три, узкая кровать, откидывающийся столик, как в купе. На столике стопка учебников. В двери большое окно, как в больничных палатах. Все! Даже мой телефон у охранника. Тоска-а-а…
Из соседней комнаты, где сидит Стоцкий, выходит наша медсестра и заходит ко мне.
— Опять моего красавчика обижали?
Улыбаясь, развожу руками.
— Егор, ну что такое?
Протирает мои губы антисептиком. Шипя, морщусь.
— Ты же не на ринге. Опять там же порвал губу. У тебя там шрам будет.
— Пофиг…
— Я понимаю, что Антон не самый лучший сосед. И все же, драку начал ты. Глаза, давай, посмотрим? Ну вот… Сотрясение. Не тошнит?
— Неа, жрать хочу, умираю, — жалобно хныкаю я.
— Отбой уже, покормят только завтра. Хочешь йогурт?
Оглядывается на охранника, за дверью. Не глядя на нас, он играет в телефоне.
— С котлетой? — хихикаю я.
— Котлеты, извини, нет.
Достает из сумочки маленькую бутылочку. Ставит мне на стол.
— Спасибо.
— И, Егор. Ты Антону зуб сколол. Твои родители получат счет за лечение.
— Угу.
Дезинфицирует мою содранную костяшку, заклеивает пластырем.
— Ребра целые?
— Целые…
Медсестричка выходит, охранник выключает нам свет. Окно не открывается, только форточка. За окном темно. Окна выходят на высокий забор и вид из окна здесь не радует. Сдвигаю фрамугу вбок.
Сидя на подоконнике, вырываю из учебника первую пустую страничку и делаю тюльпанчик-оригами. Как-то долго летели в самолете. Маруська скучала. Я делал ей по книжке разные оригами. Вот, тюльпанчик запомнился…
Слышу тихие голоса.
— Валь!
— Антон?..
— Да. Ты опять заблудилась?
— Нет, я… гуляю. Мне разрешили. Это изолятор?
Мышка! Ты откуда здесь?! Спрыгивая с подоконника, прижимаюсь лбом к стеклу, чтобы увидеть ее. Но слишком темно. «Камера» Стоцкого ближе к крыльцу, и фонарям, а моя дальше. И свет совсем не достает сюда.
— Это изолятор, — отвечает он ей.
— Вы подрались с Егором? Из-за чего?
— Ты с Кораблиным? — резко.
— Нет! — поспешно. — Мы даже не общаемся. С чего ты взял?
Меня цепляет. Я понимаю, что Валька просто играет по правилам в нашу игру. Но когда она говорит это Стоцкому… Я, мать его, начинаю забывать эти правила!
Но она права, Стоцкий это последний человек, которому стоит знать, что мы вместе. Он — враг. И Валька правильно все говорит. Однако, это не мешает мне агонизировать и исходить ревностью от ее слов.
— Валь. Сходи со мной куда-нибудь?
Их плохо слышно. Но я не ослышался, нет.
От горячей удушающей волны у меня перехватывает дыхание. Она откажет! Ты же откажешь, Мышка?!
— Я не могу, Антон. Извини. Но спасибо тебе за приглашение.
— Почему?
— Мне нравится другой парень, — сдаваясь, признается она.
Улыбаюсь, хватаясь за разбитую губу.
— Мм! Фак… — цежу тихо.
— Кораблин тебе нравится? Хреновый, выбор.
Его голос набирает силу. И в нем тоже ревнивые ноты.
— Почему — хреновый?
— Потому что Кораблин — «друг всех подруг». И клеет всех из спортивного интереса. А поимев, идет дальше. И вокруг тебя он вертится, только потому, что ты забавный трофей, необычный. Будет о чем рассказать… в наших мужских чатах.
Мразь!
— Ну, это же неправда, — подрагивает Валькин голос.
— Это, как раз таки, правда. Все, кто дают, ему уже дали. Назови любую, и вероятностью пятьдесят процентов, она уже кувыркалась с ним.
Самая задница, что это чистая правда. Да. Я прошелся здесь по девкам.
— Спроси, Валь! У Марики спроси. Да все в курсе. Пополнишь список?
— Ладно, Антон, — рассерженно. — Я пойду…
— Стой. Если я окажусь прав, и он дешевка, ты сходишь со мной?
Не выдержав, луплю ладонью по окну. Валька, не отвечая, идет в мою сторону, я вижу ее темный силуэт. Ну как она сюда забрела, дурочка??
— Мышка… — шепчу я, тихо стуча в окно.
Вздрагивает, поднимает голову. Подходит близко-близко. Словно тоже может видеть мой силуэт.
— Привет, — кладет руку на стекло, растопыривая пальцы.
— Валечка… — кладу ладонь, через стекло прижимаясь к ее руке.
На лице в темноте различаю ее темные очки.
— Ты зачем здесь?
— Тебя искала… — тихо-тихо.
Меня бомбит от того, что она расстроена. Ведь повода нет! Мне никто не нужен кроме нее!
— Валька!
— Егор…
Одновременно шепчем мы.
— Валька, я сказать тебе хотел, — дыхание перехватывает и обдает жаром.
Хочу сказать ей это! Потому что после слов Стоцкого больше ничего реанимирующего, кроме этого, я ей сказать не могу. Все будет пустое. Но это, капец, как непросто, оказывается! Язык прилипает к небу.
— Валька, я… очень скучаю, — в последний момент изменяю я фразу.
— Ты прости за папу. Как ты?
— Снова — некрасивый мальчик, с разбитой мордой.
— Я хочу, чтобы ты был «красивый», — гаснет ее шепот.
Я знаю, что она опять не про внешность.
— Я буду. Обещаю.
Ее телефон вибрирует. Сбрасывает вызов.
— Мне надо идти.
— Валь… Валь!
В глаза хочется такое говорить. Или хотя бы на ушко! Но…
Ну, давай, Кораблин! Говори! Через друзей это стремно передавать! Когда вам еще поговорить удастся?!
— Валька… Люблю тебя! — выстреливаю я.
В глазах искрит от того, как это прошивает насквозь. Меня бросает в жар.
Она неожиданно стягивает очки. Всматриваюсь внимательнее в темноту. Что-то не так! Нет накладок?! Точно! Они светлые, а я вижу темные тени на их месте.
— Валь?! Глаза твои…
Включите свет, я хочу видеть!
— Кораблин? Ты с кем там? — голос охранника.
Черт! Разворачиваюсь, закрывая собой окно.
— Показалось Вам.
— От окна отойди.
Но я стою, не двигаясь. Поднимает к лицу рацию.
— Ребята, пройдитесь вокруг административного, у нас тут беглецы, видимо.
Ай! Улетай, Мышка!
Разворачиваюсь к окну. Вальки нет. Падаю на кровать. Улыбаюсь как идиот, прижимая костяшками порванную губу. В руках кручу бумажный тюльпанчик. Люблю...
___________________________________________
⭐ Пишите комментарии! 💕 Подписывайтесь на канал!
Тг: LIS_YA23 Не забываем подписываться!
Давайте побольше наберём в тг.