19
—Нет, Ель, пойдем,— говорил Паша.— Забей на этого придурка,— вновь потянул Малярчук.
Девушка отдёрнула свою руку. Ее ладонь и запястье выскользнуло из его руки, а сама она оттолкнулась от него. Паша удивился, но все же вел себя адекватно. Он не стал подходить вновь, лишь смотрел за Елей. Все стояли тихо. Кажется, что прямо сейчас Рома, Саша или камран что-то(хочу написать пизданут, но я же культурная) ляпнут, но даже они не прерывали эту тишину. Все просто молчали, ожидая следующих действий.
—Ель, не нужно, пойдем,— все так же тянул ее Малярчук.
Парень пытался не создавать, так скажем, суету. Он и правда пытался не давить на нее. А Герман наоборот. Кучерявый накалял обстановку и прям давил девушку.
—Маль, отпусти,— она вновь отошла от него. Вновь оттолкнула от себя, а его взгляд становился все растерянным.
Герман усмехнулся. Он почему-то был уверен, что она выберет его. Да и у Малярчука мысли путались все сильнее, пока та отталкивала его все дальше.
Кучерявый уверенно глянул на малю. Он оглянул его таким взглядом, что мол сбить его с ног тем, что был настолько уверен. Это ее поведение... Как она отдёргивает Малю от себя.
Казалось бы, выбор очевиден — Малярчук. Ну конечно, она ведь влюблена в него без памяти! Порой он ей снится... все мысли о нем. Но...
—А что такое, Малярчук?— усмехнулся Герман,— боишься, что она выберет не тебя, да?— он жалостно посмотрел на Пашу,— Ну, конечно. Из нас двоих... Самый симпатичный, конечно же, это я. У меня прическа нормально, а не горшок какой-то. Я не двухметровая шпала. Не тупой качок и гопник, который носит stone island!— засмеялся он.
(Как чувствует себя автор, написав фирму на английском языке (я хуй, как оно читается на русском. Английский в пизду запретить): о боже какой я сигма)
Маля становился злее с каждым его словом, но сдерживался. Вот разозлилась Анжела.
Она очень зло взяла камрана за шиворот и заставила подписаться на ТГК: нагиевоголовый.
А вы чего ждёте? Вам отдельная Анжела нужна?
—Слышь, пудель, а чё это она тебя выберет?!— зло спросила она.
Дааа, Анжелка топит за Малю. А Еля за кого?.. тоже за Малю? Ну...
—Успокоились все!— влез Дерзкий,—Вы оба идиоты! А ты, Герман, в отличии от Мали, ведёшь себя, как мудак последний!— разозлился и Илья.
Девушка оглянула всех присутствующих. Она усмехнулась. Оставив взгляд на Мале, в память врезался момент, которому она прижала значение только сейчас...
Литература. Учитель ходит туда-сюда, что-то пытается донести до сонных учеников на первом уроке.
—Ясно...— услышав молчание ягнят, вздохнула женщина. Ее взгляд упал на Малярчука, что странно себя вел. Постоянно смотрел в сторону. В сторону, где сидела Еля. Учитель прокашлялась, привлекая внимание, а после уселась за стол.
—Малярчук,— отвлекла она парня от детального осмотра Бариновой.
Парень наконец отвлекся от нее, а после посмотрел на учителя. Она скрестила руки.
—Вставайте, Малярчук. Будем с вами работать,— выдохнула она, оглянув его.— каких знаете философов?
Он немного потупил.
—Никаких,— Маля пожал плечами. Паша опять уставился на Лизу. Он почти проделал дырку своим взглядом.
—Кхм... Может, знаете какую-то цитату? По-любому слышали. Давайте, первая, что на ум придет.
—Э... Ну... Упал — вставай. Встал— упай. Упа...— хотел продолжить он, но его остановили.
—А что-то... Из классики, может быть?
—Из классики?— задумался он.—Из классики...
Весь класс продолжал спать. Кто-то в прямом смысле, кто-то просто не врубался в происходящее, кто-то еле держался, чтобы не заснуть. Все считали ворон.
—Кажись, что-то знаю. Если влюбиться в карие глаза...— он замялся, кинув случайный и робкий взгляд на Елю, что тихо пряталась за учебником и почти спала.— то никогда не сможешь их разлюбить... Кажись, так.
—Да, чехов... Ну, хоть цитаты знаете. Философов выбивать не буду,— она вздохнула.
—Конечно же, она Малю выберет!— выдал Камран, а та усмехнулась.
—Че это Малю?— поднял брови Герман, скрестив руки.
Парень был полностью уверен. Он будто уже знал все наперед. Умные сомневаются в том, что они умные. Красивые сомневаются в том, что они красивые. А уверенные и правые сомневаются в том, что они таковы есть— правые и уверенные. Уверенность уходит, в голове постоянно аргументирует сам себе, доказываю свою правоту, но все же не уверен... с Германом что-то вроде такого...
Лизе не хотелось шатать его уверенность, поэтому она уже знала, что скажет и сделает...
—Что за безумие? Ты отстанешь от нее наконец?!— выдал Малярчук, еле сдерживаясь, чтобы не втащить ему.
Еля оглянула Малю. Она слегка оттолкнула его, посмотрела на Германа, не отрывая глаза. Малярчук даже вздохнул. Парень почти ушел, но девушка тут же заговорила.
—Хорошо, я выберу...— она кивнула.
Герман ухмыльнулся. Он уже стал приближаться к ней, как и Еля к нему. Вдруг она развернулась, тут же потянув на себя Малю. Лиза подтянулась на носочках настолько, насколько это было возможно. Притянула и наконец впилась в его губы, обвивая шею руками, тем самым держа крепче. Тот, хоть и немного побывал в шоке, быстро опомнился. Он положил свои руки на ее талию, чтобы девушке было легче стоять, легонько подтягивая ее к себе, а сам слегка наклонился, все сильнее сокращая расстояние.
После этого он отстранился, взяв ее за руку, и быстро вышел из помещения, ведя Елю за собой.
Надо было видеть лицо Германа... (Этот мир мне давно ясен)
Малярчук быстро отошёл от двери, спрятавшись за первым углом. Он притянул Елю к себе, взяв ее руку и прижав к своей груди. Он слегка наклонился.
—Ель...— он наконец прервал тишину, тихо пробормотав ее имя.
Лиза нервно смотрела на него. Она сжала губы и робко глянула на Пашу, пока тот приближался все ближе.
—Маль... Я... Я... Изви...— девушка хотела извиниться, но тот не дал ей закончить...