Глава14. Когда усталость встречает уют.
Поздний вечер. Квартира Минхо.
После ещё одной недели тяжёлой работы Хан возвращается домой. Он медленно открывает дверь, ноги едва волочатся, спина ноет тупой, знакомой болью. Он бормочет себе под нос, пытаясь прийти в себя:
— Ну что, Хан, ещё один марафон по коробкам и эспрессо... Ты выдержал. Снова.
В квартире царит тишина. Минхо нигде не видно. Хан окликает:
— Минхо? Ты дома?
Ответа нет. На секунду его пронзает тревога, но он тут же гонит её прочь:
— Наверное, в магазин сбегал...
Хан идёт в ванную помыть руки. Дверь приоткрыта, и свет мягко льётся на кафель. Он подходит к раковине... и замечает Минхо. Тот сидит на полу, совершенно голый, прислонившись спиной к холодной боковине ванны, тихо посапывая. В расслабленной руке зажат телефон.
Хан резко отскакивает, зажмуривается и выдаёт душераздирающий крик:
— БЛЯТЬ! Минхо, ты где это устроился?!
Минхо мгновенно просыпается, вскакивает и хватается за ближайшее полотенце, намотав его на себя с грацией испуганного фламинго.
— Х-Хан! Я... я просто...
— Ага, теперь понятно, почему тихо! — Хан заливается смехом, всё ещё немного подпрыгивая на месте от адреналина.
Быстро договорившись, Минхо заскакивает в саму ванну и задергивает шторку, а Хан, всё ещё давясь от смеха, моет руки.
— С чего ты вдруг уснул здесь, а? — спрашивает Хан, вытираясь.
Минхо просовывает из-за шторки телефон:
— Смотрел TikTok... наткнулся на видео с какой-то медитативной гадалкой. Она так успокаивающе говорила... я и отрубился.
— Ну что, Минхо, теперь у тебя новая кровать — ванна, да? — дразнит его Хан. — Супер-уютно, правда? Спать среди шампуней и геля для душа, как принц в ракушке.
Минхо сердито фыркает за шторкой. Пластик шевелится, и оттуда с легким свистом вылетает баночка шампуня. Она пролетает в сантиметре от головы Хана, со звоном ударяется о дверцу шкафчика и падает на пол.
— Дай, пожалуйста... — раздаётся приглушённый голос. — А то голову нечем мыть.
— Так это теперь «шампунь с функцией самонаведения»? — ухмыляется Хан, но всё-таки поднимает баночку и передаёт её за шторку.
Пока Минхо наводит марафет, Хан идёт на кухню заваривать рамен. Скоро Минхо выходит, закутанный в полотенце до подбородка, и плюхается за стол.
На кухне тёплый свет лампы мягко отражается от столешницы, воздух пахнет бульоном и свежим хлебом. Они едят, смеются, обсуждают мелочи прошедшего дня.
— Знаешь, Минхо... — говорит Хан после паузы, — если бы ты так старательно засыпал в ванной, как стараешься избегать мытья посуды, я бы уже номинировал тебя на «Спящего ленивца года».
Минхо хватает ближайшую диванную подушку и шлёпает его по голове.
— Хан! Я тебя ещё в этот рамен закину, и будешь там плавать вместо ростков бамбука!
Смех. Тёплый свет кухни делает его каким-то особенно домашним и густым, как хороший бульон.
Поздний вечер. Комната.
Они ложатся спать, и смех ещё долго висит в воздухе, как приятное эхо. Хан чувствует, как усталость после недели каторжного труда постепенно отступает, растворяясь в лёгкости и тепле, которое дарит это странное общение. Минхо думает, что даже самые абсурдные и нелепые моменты — вроде сна в ванне — делают их дни ярче. Что рядом с Ханом, даже посреди всей этой суматохи и странностей, он чувствует себя по-настоящему дома.
Тишина. Уют. Приглушённый свет ночника.
И непоколебимое чувство, пусть на мгновение, что всё обязательно будет хорошо.
---
Вот так вот, уют - дело приятное.🌿
Ставьте звёздочки пж🙏