Глава 21
- Держи крепко поводья.
Хохочу, прикрывая рукой рот. Найк выглядит испуганным. Неестественно бледный и одеревеневший. Я иду рядом, веду его лошадь. Флейта, моя дорогая, как же я скучала! Ласково глажу перчаткой длинную шею. Она красавица и умница, вполне смирная. А парень держится так, словно он ковбой на родео и под ним бешеный бык.
- Ты на мотоцикле гоняешь и не боишься, - едко замечаю.
- Вообще-то, меня когда-то сбросила лошадь. Не думал, что этот страх остался.
Здорово. Улыбка медленно сползла с моего лица. Надо же, боится лошадей и дал себя уговорить сесть на неё. Что за человек такой? Когда я звала его покататься на лошадях, он ведь мне и слова ни сказал о своём страхе.
- Со страхами нужно бороться. Сам говорил.
Протягиваю горсть сухофруктов на раскрытой ладошке, позволяя Флейте коснуться губами и взять лакомство. Она их любит.
- Животные чувствуют чужие эмоции, - пробормотал себе под нос Найк. - И это не есть хорошо.
- Говорят, страхи – это наша защитная реакция, что-то вроде инстинкта самосохранения. Но, «храбрецы не живут вечность, а трусы не живут вовсе». Давай так, если ты продержишься на лошади полчаса и преодолеешь свою фобию, то я исполню любое твоё желание.
- Мотивация так себе, - парень вяло улыбнулся. – Ты и так ведь выполнишь любое моё желание, если я попрошу?
- Вы слишком самонадеянны, дорогой товарищ.
Белоснежный покров, припорошивший бескрайние поля, слепит глаза. Легкий морозец щиплет за щёки. Приподнимаю меховой ворот куртки, пытаясь прикрыть шею и уши. Знала же, что будет ветрено и холодно, стоило надеть куртку с капюшоном. А я, как обычно, предпочла быть красивой сосулькой ради парня, которого мой внешний вид, кажется, мало интересует.
- Вот видишь, всё ты можешь, - я улыбнулась своей самой ослепительной улыбкой, на которую только была способна. - Я уже минут пять, как не держу Флейту.
Дала сигнал инструктору, что я также готова взять лошадь и для себя.
Мы неспешно прогуливались по окрестности. Легкий морозный воздух наполнял легкие, и даже слегка голова закружилась от количества кислорода. Я откровенно кайфовала, в то время, как мой спутник сохранял молчание и выглядел напряженным. У него была такая мина на лице, что я втайне порадовалась, что бедная Флейта не видит его. Влез бы он на меня с таким угрюмым видом, скинула бы непременно.
- Ты помнишь, что месяц моей трудовой жизни подходит к концу? – Я решила отвлечь его разговором. – А это значит, ты должен выполнить одно моё желание.
- И у тебя уже есть конкретное пожелание? – Мрачно отозвался мой неулыбчивый друг.
- Нет. Но я барышня с фантазией, ты же меня знаешь.
- Ну, татуировку мы тебе уже сделали. Почему бы не украсить тебя пирсингом?
- Так, стоп, - смеясь, возмущенно обратилась к парню, но моя лошадь послушно остановилась. – Я не тебе, дорогая, ты можешь идти дальше.
Погладила загривок и рассмеялась. Жаль, что с мужчинами я управляюсь не так ловко. Найк на Сонькиных харчах должен уже любить меня безмерно. А я всё ещё не могу понять, о чём он думает.
- Нет, ни за что! Для меня и тату было большой роскошью. Отец едва в обморок не упал, когда увидел эту роспись на моей руке.
Найк выглядит более расслабленным в седле. Он не натягивал поводья, и его спина была не такой напряженной. Я морально удовлетворена его стойкостью и выдержкой. Я в нём не ошиблась, у него определенно есть внутренний стержень.
- Ну что? Бег рысцой?
Резко пришпорила коня и наклонилась чуть вперед. Вот она, свобода. Мчишься по бескрайнему полю, и чувствуешь крепкое сильное тело животного, ощущаешь каждый толчок копыт от земли. Это тебе не по парапету крыши гулять.
Мой мир. Таким я видела его всегда. И хочется верить, что та беззаботная и веселая девушка, какой я себя помню, всё ещё здесь. Увы. Слабый огонёк веры слабеет и тускнеет на глазах. Уже не та. Другая. И не ускачешь от себя, к сожалению, сколько ни старайся.
Потянула поводья чуть на себя и налево, заставив лошадь развернуться. Я знала, что Найк не поскачет следом. Для новичков почему-то это кажется безумно сложным. Хорошо, хоть перестал бледнеть.
- Вперед, - похлопала рукой по холке и чуть сжала бока ногами.
Не отрываясь, я смотрела, как Найк спешился и перекинул поводья через голову Флейты. Он провел ладонью по морде животного и повёл её за собой. Моё сердце отбивало частую дробь. Наверное, было бы здорово ускакать куда-нибудь далеко, где мы смогли бы быть только вдвоем. Но есть реальный мир, и в нём мы два человека, которые вообще не должны были никогда встретиться. Если бы не обстоятельства, я ни за что на свете не обратила бы внимания на этого странного парня. Но я рада, что познакомилась с ним. И рада, что он сейчас, здесь, со мной. Не без удовольствия позволила помочь мне слезть с лошади и очутиться в теплых объятиях.
- Замерзла? – ласковые губы коснулись прохладной щеки. – Ледышка. Вернемся в город?
- Замерзла и проголодалась. Можно поехать куда-нибудь перекусить. А потом будем веселиться, да? Не хочу сегодня грустить. Такой день хороший.
- Ладно. Завалимся в цирк.
- В цирк? Серьезно?
- Почему нет? Я сто лет там не был.
- Боюсь, тебя туда впустят, а обратно уже нет.
Кривляясь и гримасничая, Найк нехотя освободил меня от объятий. Поправил спадающую шапку и взял меня за руку.
До города мы доехать не успели, поскольку мне в голову пришла другая мысль: научить парня водить автомобиль. Даже страх, что он кинется обнимать столбы и деревья, меня не остановил. Мы поменялись местами, и я оценила, насколько круто этот парень выглядит за рулем моей малышки. Хихикнула, понимая, что даже место водителя регулировать не нужно. Очень удобный мужчина.
Он был способным учеником, и с первой попытки смог тронуться. Впрочем, учиться на автоматической коробке передач проще простого. Найк был чрезвычайно увлечен, даже не обращал внимания на мои горячие взгляды. Прикусив губу, я наблюдала за ним из-под опущенных ресниц. И это самое странное. Найк ничуть не изменился с нашей первой встречи. Но сейчас я вижу его по-другому.
У парня красивое лицо. Нежные и мягкие черты. Кто-то назовёт его женственным, но я знаю, что внутри он более чем мужчина.
- Я молодец, да? Молодец? – он смешно ерзает и подпрыгивает на месте, едва глушит мотор.
- Садись, пять, - томно разглядываю его и поворачиваюсь к нему в пол-оборота.
Легкая улыбка играет на губах, когда я встречаюсь с его искрящимися от переполняющих эмоций глазами. Пытаюсь запечатлеть в памяти этот кадр.
- Я способен на многое, - тихо шепчет, наклоняясь ко мне ближе. – Очень многое.
Медленно сокращает расстояние между нами. Не знаю, к чему этот акт соблазнения, когда я сама зову его взглядом. Стираю пропасть между губами, наклонившись вперед. Целует настолько жадно, что мы даже дышать забываем.
Найк первым разрывает поцелуй. Он откидывается на спинку кресла и кладет руки на руль. Поглаживает пальцами, задумчиво уставившись куда-то вдаль. Зубами затягивает колечко пирсинга на губе в рот. Облизывает губы и неопределенно качает головой. Вот и пойми, что у него на уме.
- Всё в порядке? – переспрашиваю обиженно, ведь не успела еще насладиться его близостью.
- Конечно, - вяло растягивает губы в нелепой искусственной улыбке. – Поехали?
- Да. Только знаешь, я всё же поняла, какое желание у меня есть. Хочу, чтобы ты рассказал мне о себе, о семье, о детстве. Я ничего о тебе не знаю.
- Хочешь знать?
Я не тороплю его. Лишь закусываю зубами нижнюю губу, только бы не сболтнуть лишнего. Он тяжело выдыхает, и я даже уже не надеюсь на его ответ, но парень первым нарушает затянувшееся молчание.
- Спасибо тебе за сегодняшний день. И за попытку меня научить водить машину. Да только... водить я умею, и права у меня есть. И тачка у меня тоже имеется... Отец подарил на совершеннолетие, - в его словах чувствуется ирония и горечь, такая, что невольно хочется его обнять, но я не смею двигаться. - Ты интересовалась нашими родителями. Так вот, они существуют. У нас была обычная семья, а три года назад мать и отец объявили о своём разводе. Оказалось, они долго сохраняли видимость семьи, пока однажды мать не решилась уйти, чтоб построить отношения с другим мужчиной. Они мирно, без скандалов, поделили имущество, как и своих детей. Я должен был остаться с отцом, а Дэн - улететь в Америку. Они решили разделить нас, понимаешь?
- Так вот про какую Канаду говорил твой брат, - я ахнула и покачала головой, а я-то думала, что это был лишь пьяный бред мечтателя.
- Дэн существо эмоциональное. Он брякнул и тут же пожалел о своих словах. Я знаю, ему непросто далось решение уехать из родного дома, сбежать со мной, в никуда. Он чувствительный и мягкий. Даня очень привязан к матери и скучает по ней. Но в то же время он понимает, что мы с ним как одно целое. Мы неразлучны с самого рождения, брат как моя рука или нога.
- Но, он ведь не сможет всю жизнь прожить рядом с тобой. Ему нужно будет строить свою жизнь.
- Да. Но я не готов отпустить его сейчас, понимаешь?
- Понимаю...
Мне хочется сказать, что я ещё как понимаю. И не хочу отпускать его, в свою очередь. Но решаю, что сейчас не самый удачный момент для откровений.
Парень совсем углубился в себя и выпал из реальности. Наверное, для него это сложная и болезненная тема. Но я рада, что он поделился со мной.
- Найк, - я осторожно коснулась его руки. – А как тебя зовут? Это кошмарно, что я живу в твоём доме уже месяц, а имени не знаю.
- Поверь, ты не хочешь этого знать.
Ладно, попытка не пытка. Постепенно я узнаю всё, что скрывает этот парень. Разумеется, я могла бы воспользоваться папиными связями и уже к вечеру знать об этих парнях абсолютно всё. Но я предпочту услышать правду из его уст.
Мы поменялись местами, я завела двигатель и, вернувшись на трассу, включила радио. Найк продолжал копаться в себе, уныло глядя в окно. А я ерзала на своём месте и довольно громко подпевала музыкальной волне.
Ты одна на миллион,
Единственная в жизни.
Ты заставила меня открыть
Одну из звезд над нашими головами.
Найк снисходительно улыбнулся, покачал головой и театрально поджал губы. Да, моё пение оставляет желать лучшего, и не мне с ним соперничать. Но я хочу, чтоб он подпевал мне и веселился вместе со мной.
- You're one in a million, - подмигнула парню. – Я так хочу видеть твою улыбку. Давай же, не ломайся. Покажи мне её.
Он кокетливо рисуется, хлопая длинными ресницами, словно выпрашивает: «Ну, скажи это ещё раз. Ты хочешь, чтобы я спел? Тебе нравится мой голос?». И я прошу, а после мы поем вместе.
Этот диссонанс во внешности и внутреннем мире этого человека совершенно сбивает с толку. Но каким-то совершенно непостижимым образом этот парень притягивает к себе, как магнит.