глава 3.
Ключа, который Ксюша оставила под ковриком перед уходом, не было на месте. Дёрнув ручку, дверь легко поддалась и распахнулась. В нос ударил запах ванили, который был девочке не знаком. В прихожей стояли лабутены, а на вешалке висела шуба. Морозова громко хлопнула дверью, чтоб её присутствие заметили.
Через секунду в прихожей стояла молодая девушка, лет двадцати. Она оказалась очень красивой. Чёрные волосы локонами спадали на плечи. Голубые глаза подчеркивали длинные реснички. На губах красная помада. На ней надет красный пеньюар. Пояс очерчивал тонкую талию, делая её более выразительней. Девушка поджала губы, ждала она совсем другого человека.
— Привет, я Вика, — она виновато улыбнулась. — Ты, я так понимаю, Ксюша? — девочка кивнула, снимая своё пальто. — Давай дождёмся Мишу, он всё объяснит.
Черноволосая скрылась на кухне, а Морозова стояла в прихожей, нахмурившись. Она зовёт отца по неполному имени, ходит в квартире, как у себя дома... Ну, всё понятно. Вика — это девушка отца. Ксюша не против отношений, но разница в возрасте... Ладно, может хорошая и станет ей подругой.
Зайдя на кухню, девочка увидела шикарный букет алых роз, несколько свеч, а ещё запеченную курицу, несколько салатов и два бокала. Кажется, у них намечался романтик. Неужели отец по уши влюбился в эту девушку? Ведь даже с матерью, такого не было.
Морозова, словно в трансе, опустилась на стул. Вика стояла у окна, скрестив руки на груди. Она высматривала Михаила, чтоб по-быстрее ввести его дочь в курс дела. Царила не самая приятная обстановка. Прошло минут двадцать, с прихода Ксюши, но отца всё ещё не было. Морозова устала молчать, любопытство сжирало изнутри.
— Вы хоть знали, что у него есть дочь? — начала Ксюша.
— Да, Миша говорил о тебе, — Вика слегка улыбнулась. — Давай на «ты», всё таки разница в возрасте не большая...
— Хорошо, — кивнула девочка. — Как вы познакомились?
—Ну, это было пол года назад, — выдохнула Самойлова. — У моей машины сломалась какая-то деталь, я заказала её. Через несколько дней приехала забрать, сделал её, как ты поняла, твой отец. Он объяснял важность этой детали, но я не вникала. У него такие глаза, — мечтательно протянула девушка. — Я запала в них, опомнилась только тогда, когда он вручил мне запчасть. Потом попросил номер, я будто одурманенная дала свой телефон. Дальше всё само пошло-поехало.
Ксюша внимательно выслушала девушку. После её рассказа весь пазл сложился воедино. Почему отец не ночевал дома? — Ночевал у Вики. Почему был так озабочен работой? — Старался для Вики. Шумно выдохнув, Морозова кивнула, а что ей оставалось?
— Давно папа ушёл?
— Ну, минут за десять, до твоего прихода, — задумчиво сказала Самойлова. — Он ушёл за вином, сказал, вернётся быстро, но, как видишь, — всплеснула руками девушка. — Ты разве не должна была остаться у друга?
— Нет, — покачала головой Ксюша. — Я гуляла с ним, мы потом у его пацанов в подвале грелись, замёрзли.
— Погоди, он группировщик? — возмутилась Вика. — Отец то знает, с кем ты дружишь?
— Мы с ним с первого класса дружим, а пацаны на него не повлияли, — хмыкнула девочка. — Я вообще первый раз их увидела. Нормальные вроде.
— Тогда ладно, а то мало ли.
Михаила всё ещё не было. Ксюша уже знала, кем ему приходится Вика, поэтому решила его не дожидаться и пойти в душ. Под горячими струями воды тело обмякло, весь груз, что лежал на плечах, утекал вместе с водой. Проведя в ванной около полу часа, Морозова вышла с мокрыми волосами и улыбкой на лице. Прежде чем идти спать, она решила заглянуть на кухню.
Вика сидела за столом, постукивая ногтями по столу. Свечи давно не горели, а курица остыла. На лице читалась грусть, этот вечер она представляла по-другому. Увидев девочку, она натянула улыбку. Ксюша опустилась на стул напротив.
— Как видишь, всё ещё нет, — грустно сказала Самойлова.
— Вик, время уже позднее, думаю смысла ждать нет, — начала девочка. — Лучше иди спать, завтра поговорите, а если я его застану, обязательно поговорю.
Девушка усмехнулась. Ксюша знала её от силы пару часов, а уже... заботилась, что ли. Вздохнув, Вика поднялась и пригласила девочку пойти с ней. Морозова кивнула и встала. Самойлова последний раз посмотрела на дверь и прикусила губу. Ксюша стояла у своей двери и ждала Вику, чтоб та точно легла спать.
— Спокойной ночи, — девочка приподняла уголки губ.
— Сладких снов, — тепло улыбнулась Вика.
***
Ксюша сидела за партой, наблюдая за окружающей суетой. Около доски стояла учительница алгебры, она записывала какие-то уравнения. Одноклассники подтягивались один за другим, успевая до звонка. Только Марата не было. Где его черти носят, неужели заболел? Только подумала девочка и тут друг зашёл в класс. Морозова невольно улыбнулась.
— Я уж подумала, что ты не придёшь.
— Дома задержался, — быстро кинул тот.
— Ты не представляешь, что вчера было! — оживилась Ксюша.
Суворов тут же сел рядом с ней. Девочка рассказала другу всё, с самого начала и до конца. Эмоции парня нужно было видеть. Конечно, всё звучало как вымысел. Во время рассказа, Ксюша сама себе не верила.
—... Утром отца не было, мы не знаем где он пропадает, — закончила свой рассказ Морозова.
— Пиздец, — выдохнув Марат. Подруга усмехнулась. — То есть, она будет жить с вами?
— Наверное.
Прозвенел звонок. Класс затих, все встали, а учительница не отрывалась от написания уравнений. Не оборачиваясь, она разрешила сесть. Ребята ждали, пока она вымолвит хоть слово. Ксюша боялась, что могут дать контрольную, к которой она не готова.
Ладошки вспотели, хоть выжимай. Дыхание сбилось, сердце билось так, будто хотели вырваться из грудной клетки. Все попытки успокоится тщетны. Тишина только накаляла. Ксюша прикупила губу, до металлического привкуса. Она уже представила, как не справится с этими уравнениями и получит два. Потом эту оценку не перекрыть. Пять минут девочка прожигала спину женщины, пока та не повернулась.
— Эти уравнения нужно решить у доски, — начала Клавдия Борисовна. — Решать их будут те, у кого в четверти выходит три, будете пробовать исправить оценку. Петров, к доске.
Морозова шумно выдохнула. Открыв тетрадь, она взяла ручку и принялась записывать эти несчастные уравнения. Оказались они лёгкими. Стало легче вдвойне. Быстро всё решив, девочка подошла к учительнице, протянув тетрадь.
— Так, Морозова, — протянула женщина. — Всё правильно, пять.
Улыбнувшись, Ксюша вернулась на своё место. Не успев сесть, Марат выхватил её тетрадь. Кивнув его вопросительный взгляд, он закатил глаза. Махнув рукой, Морозова легла на парту. Спать хотелось жутко. Под крики Клавдии Борисовны, уснуть сложно. Подперев лицо ладонями, она поставила локти на парту. Девочка наблюдала, как бедный Петров пытался решить уравнение.
Урок подошёл к концу. Собрав вещи, Морозова поспешила в кабинет биологии. Марат остался с учительницей, чтоб поговорить. Видимо у него какие-то неполадки.
Занятия тянулись один за другим. Было невероятно скучно и нудно. Учителя говорили о предстоящих экзаменах. О том, что будет если их не сдать. Всё это надоело. Хотелось по-скорее попасть домой, а потом на тренировку. Но, к сожалению или к счастью, время нельзя ни ускорить, ни замедлить.
***
Уроки закончились. Морозова стояла в гардеробе, надевая своё пальто. Откуда не возьмись появился Марат, с улыбкой во все тридцать два. Подняв одну бровь, она смотрела на друга.
— Пойдём к пацанам? — начал парень, а подруга закатила глаза. — Они тебя ждут, правда.
— Марат, мне некогда, — отнекивалась Ксюша.
— Ну, Морозова, ну сходи на пять минут, — парень дёргал рукав её пальто, как маленький ребёнок.
— Да схожу я, схожу. Отцепись только, — нахмурилась девочка.
— О, отлично, ты дорогу помнишь? — неуверенно кивнула девочка. — Ты иди, а я Айгуль провожу. Потом приду.
— Ты хорошо устроился, — возмутилась Морозова.
Суворов оставил подругу, отправившись к своей возлюбленной. Ксюша тем временем, вышла со школы, направляясь к подвалу парней. Если ей не изменяла память, было не так далеко. Шла она быстро, сама не понимая почему. Слава богу, память ещё хороша, в нескольких метрах виднелась дверь в подвал. Рядом, облокотившись на стену, стоял какой-то парень.
Преодолев расстояние, Ксюша увидела Турбо. Она выдохнула, хорошо, что не обозналась. Он тоже её заметил и сразу выбросил сигарету, притоптав её носом ботинка. Девочка не поняла этого поступка. Он думает, что она не видела сигарет в свои пятнадцать? Первые несколько минут ребята стояли молча, смотря друг другу в глаза.
Морозова видела в глазах парня отстранённость, хладнокровность, безразличие. Глаза Ксюши были наполнены теплом, добротой и светом. Почему так? Они выросли в разных мирах. Морозова купалась в любви, ласке и заботе. Жила в достатке, проводила много времени с родителями. Турбо же вырос с улицей. Ни о какой любви он не слышал, о заботе и ласке тоже. Его вырастили пацаны и уличные законы. Они слишком разные.