Часть 4
Время мирно текло. Проходили дни. Атва потихоньку узнавала об окружающем её мире: оказалось, что в сутках аж 36 часов. Дни отмеряют не неделями, а десятками. В году 15 месяцев. Самое короткое время года это зима, а самое длинное — осень.
Поместье, в котором она работала, находилось в западной Сейве. [ административная единица Сулланской империи.] Самым крупным городом в этом округе была крепость Си-Лэ в графстве Шэкк. Поместье принадлежало графству Лалли, и до Си-Лэ было пять дэ [ единица измерения. 1 дэ равняется 10 км. ]
Поместье было небольшим. Оно состояло из старого замка, двух зависимы деревень и густого леса, в котором водились золотые косули и чёрные зайцы.
Девушки, работающие в замке иногда ходили в лес вместе с крестьянками. Это были фантастические часы, которые проходили в среди деревьев, пения птиц и шума листвы.
Крестьянки учили служанок собирать разные травы и ягоды. Рассказывали легенды о природе.
Вообщем жизнь была прекрасной. Вполне возможно, что Атва так бы и осталась жить тут, работая служанкой. Её всё устраивало. К тому же по прочитанным книгам и рассказам других слуг, этот мир очень жесток, особенно по сравнению с её родиной. Да да, наверно она до самой старости проработала в поместье, боясь наружу даже нос высунуть, если б не случись кое-что однажды вечером...
Прошло два десятка с момента её появления в этом мире.
Был поздний вечер, Атва собиралась ложиться спать, как вдруг её пронзила острая боль. Было такое ощущение, словно к её солнечному сплетению приложили раскалённую сковороду. Атва взвыла и задрала ночнушку. Её глазам предстало зрелище, от которого Атву прошибло холодным потом.
У неё на животе расползалась рунами кроваво красная татуировка.
К превеликому несчастью, Атва уже знала что это. Ещё в самом начале, с разрешения дочери госпожи, она сходила в библиотеку и наткнулась на очень интересный свиток...
Так что сомнений нет, это Печать Мести.
* * * * *
~ Отрывок из свитка, найденного в библиотеке. ~
... люди, побратавшиеся собственной кровью, ставшие друг другу больше чем братья или сёстры, обязаны наложить на себя Печать. Дабы узнать о смерти друг друга и отомстить, ежели это по чьей-то вине...
Второй отрывок из свитка гласит :
...Печать Смерти — это вязь магических рун. Она загорается в момент смерти того, ради кого она было наложена.
Печать заставляет исполнить свой долг, отомстив за умершего.
До тех пор пока месть не свершиться, она не будет давать покоя носителю и служить защитой в случае беды, не давая умереть...
Дальше шло описание Печати и инструкция по наложению и применению.
* * * * *
Даже идиоту достаточно этих кусочков, чтобы понять, что эта Печать изведёт тебя!
Мда, такое везение хуже проклятья.
Атва наконец-то смогла выпрямиться, вместо того чтобы ложиться, села за стол.
Боль отступила, и Печать, занудно пульсируя, потихоньку гасла. После неё проступали руны, напоминающие розовые шрамы.
Ну за что на Атву такая напасть? Ведь теперь ей придётся мстить за кого-то. И самое интересное за кого?! Как понять кто и кого убил и где его искать, тьфу! Билеберда какая-то!
Атва допустила большую ошибку — изучая навой мир, она напрочь забыла хотя бы поинтересоваться своим прошлым. А это как оказалось было очень важно. И где теперь скажите о нём узнать?
Вот, она, расплата за беспечность.
Атва снова оделась в рабочее платье и тихо выскользнув в тёмный коридор, чуть ли не бегом бросилась в кабинет управляющей. Дело в том, что у тёти Марлы хранилось досье всех слуг и рабочих, можно попросить дать его проверить.
Атва бесшумно неслась по извилистым коридорам, как вдруг громкие голоса из приоткрытой двери какой-то комнаты, заставили её остановиться.
Атва замерла и прислушалась. В другой момент она не стала бы подслушивать, но сейчас она узнала говорившие голоса, а также услышала своё имя...
В комнате сидели изрядно подвыпившие три служанки. Они плохо относились к Атве. Конечно она не сделала им ничего плохого и даже пыталась подружиться, но они почему-то не возлюбили Атву и каждый раз пытались подпортить ей жизнь. То ведро продырявят, то чистый пол заляпают.
У бедняжки уже спина болит, а тут опять всё заново. Но Атва на них не жаловалась, предпочитая смиренно терпеть.
Вообщем они теперь обсуждали её.
Тощая блондинка, кажется Айса, громко возмущалась:
— Вечно этой сволочи всё достаётся, и молодая госпожа к ней благосклонна, и плату её за «труды» видите ли повысили. Не честно!
— Айса, ик! Не шуми! Ик! — вконец наклюковшаяся Тива пыталась усмирить подругу.
— А она междууу прочымс пхова! — третия такая же рыжая как и Атва, но вся в веснушках, уже не могла нормально выговаривать слова. — Это осэнь нэ фесно! Ык!
— Ха! Эта девка просто околдовала хозяев, ик!
— С чего, О, ты взяла?
— А вы што, совсем ничего не знаете?!
— Не-а — хором ответили Айса и рыжая.
— Ну тогда слушайте, я нызнаю пхавда ик или нет, но ходят слухи. Только никому, это фыкрет! — Тива подняла вверх указательный палец.
Атва, прилипнув к щели, усмехнувшись про себя, подумала что она вовсе и не такая невезучая. Она собиралась прийти за информацией, а получилось, что информация сама к ней пришла.
_______________________________