В Цзянху повсюду удивительно

— Почему ты не отдыхаешь в спальне? Зачем прибежал сюда? — Шэнь Цяньфэн с улыбкой подошел к ним, и, протянув руку, потуже завязал брату воротник.

— Не спится, — Шэнь Цяньлин полностью проявил актерское мастерство «короля экрана», слегка нахмурив брови, и глядя печальными глазами, успешно слепив образ вызывающей жалость красавицы.

— В доме слишком скучно? — спросил Шэнь Цяньфэн.

— Нет, — Шэнь Цяньлин вздохнул, в молчании направляясь в сторону беседки. С самого начала и до нынешнего момента все шло прекрасно, но он слишком сосредоточился на актерской игре и упустил из внимания торчащий из земли камень.

В такой момент он обязательно должен был упасть!

— А!!! — Падать лицом в землю совершенно незачем, это выглядит слишком уж трагично.

— Супруг, осторожней! — В критический момент с дерева спрыгнула фигура в красном и подхватила Шэнь Цяньлина на руки.

Героическое спасение подобного рода, слишком уж мелодраматичное зрелище… С мертвенно-бледным лицом Шэнь Цяньлин закрыл глаза. Знал бы заранее, предпочел бы разбиться насмерть.

— Как ты его называешь? — Шэнь Цяньфэн явственно содрогнулся от этого обращения.

— Он все равно выйдет за меня замуж, почему бы не называть его так заблаговременно, — Цинь Шаоюй, поддерживая его, поднялся на ноги. — Я отведу его обратно в комнату.

— Почему ты падаешь в обмороки? — Шэнь Цяньфэн пощупал его пульс. — И дыхание немного нарушено.

Шэнь Цяньлин по-прежнему плотно зажмуривал глаза, а в глубине души взревел: — Меня же носят на руках, как принцессу, как вообще можно быть в порядке?

Кроме того, у лао-цзы в животе есть…

А-а-а!

Надо было все-таки умереть!

Вернувшись в комнату с Шэнь Цяньлином на руках, Цинь Шаоюй положил его на кровать, и отправил Бао Доу заварить чай.

Шэнь Цяньлин продолжал притворяться мертвым.

— Раз уж он все равно без сознания, можно воспользоваться моментом, — сам себе сказал Цинь Шаоюй.

— Незачем быть таким грязным, — Шэнь Цяньлин с негодованием открыл глаза.

Так и знал, что эту лисицу невозможно обмануть!

Цинь Шаоюй улыбнулся необыкновенно раздражающей улыбкой.

Шэнь Цяньлин потянул одеяло на себя и накрылся с головой.

— Хотел найти Цяньфэна, чтобы он уберег тебя от меня? — Цинь Шаоюй сел у кровати.

Ты еще смеешь так точно угадывать! Шэнь Цяньлину неожиданно пришла в голову истерическая мысль схватить его за воротник и встряхнуть!

— Даже если ты не думаешь обо мне, подумай о ребенке в своем животе, — вздохнул Цинь Шаоюй. — Если супруг в самом деле не согласен, я не могу принуждать.

п/п: Молодой господин Шэнь, награду «король экрана» придется отдать.

— Правда? — Шэнь Цяньлин стащил одеяло с головы, глазами выражая сомнение.

— Конечно, — Глаза Цинь Шаоюя наполнились горечью. — Хотя я очень хочу этого ребенка, но принуждать супруга не хочу.

— Не переживай, — Шэнь Цяньлин тут же уселся прямо, взволнованно схватив его за руки. — Молодой герой такой выдающийся человек, в будущем твой дом несомненно будет полон детьми и внуками! Как нам вытащить этого ребенка?

— Я не знаю, — Цинь Шаоюй поправил свои волосы. — Но не беспокойся, даже если я отдам все что есть, все средства дворца Погони за Тенью, ради мужа я безусловно найду способ прервать беременность.

— Это настолько сложно? — нахмурился Шэнь Цяньлин. В его голове мелькнул рекламный слоган «легкий аборт за три минуты, без следа и мучений»! Хотя древние времена и отличаются от современности, все же есть женщины, которые в этом нуждаются? На телевидении не все решается миской шафрана!

— Конечно трудно, — Цинь Шаоюй погладил его по ноге и печально произнес: — Так вот, откуда выходит ребенок?

Эта тема слишком уж престранная!

Мозг Шэнь Цяньлина снова застыл.

Прежде, его потряс трагический факт беременности, поэтому он совершенно не думал о том, как ему придется рожать! Но похоже есть только одна вероятность… А-а-а-а, разве это не искалечит его хризантему окончательно?!

— Собственно говоря, когда в октябре истечет срок, в организме Сяо Лина произойдут некоторые изменения, — сказал ему на ухо Цинь Шаоюй. — Ребенок успешно родится, но если ты хочешь его убрать сейчас, боюсь, могут возникнуть некоторые риски.

— Изменения? — голос Шэнь Цяньлина дрожал.

— Да, — Цинь Шаоюй потер шею. — Но не бойся, после родов все вернется обратно, и ты снова будешь обычным мужчиной.

Кто бы мог подумать, что существует такая трансформация для смены пола!

Шэнь Цяньлин мгновенно разрыдался.

Да что это за жизнь такая!

— Все в порядке, я найду способ, — Цинь Шаоюй вытер ему слезы. — Доверься мужу.

— Правда есть способ вернуться в прежнее состояние? — печально спросил Шэнь Цяньлин.

— Конечно, — Цинь Шаоюй помог ему сесть. — Я сейчас же отправлю голубя, чтобы повсюду развесили объявления.

— Разместить объявления? — Шэнь Цяньлин округлил глаза.

— Да, — сказал Цинь Шаоюй. — Так что супругу не стоит беспокоиться, мир огромен, рано или поздно найдется кто-то, кто сможешь разрешить страдания супруга.

— Подожди-подожди! — ухватился за него Шэнь Цяньлин. — Как ты рассчитываешь написать объявление?

— Напишу, что некий мужчина по ошибке проглотил сущность лисы-оборотня, что в итоге привело к беременности. Прошу героев с необыкновенными способностями по всему свету помочь прервать беременность, и если дело увенчается успехом, дворец Погони за Тенью отблагодарит надлежащим образом, — сказал Цинь Шаоюй.

— Некий мужчина? — Шэнь Цяньлин забеспокоился. — Могут ли посторонние догадаться, что это я?

Цинь Шаоюй нахмурился: — Боюсь, так и будет.

— Почему? — заплакал Шэнь Цяньлин. — На свете так много мужчин! Я спросил не подумав, не давай мне такого страшного ответа!

— Хоть на свете и много мужчин, но тот, ради кого дворец Погони за Тенью не пожалеет средств, всего один, — Цинь Шаоюй смотрел на него нежным прямым взглядом. — Любой идиот догадается кто это.

— Мы должны еще раз все обдумать, — Шэнь Цяньлин снова рухнул на кровать, все его надежды рассыпались в прах.

Если это дело распространится дальше, то не только семья Шэнь захочет сжечь его заживо, но и весь мир тоже…

— Молодой господин, — Бао Доу, проходя мимо, передал: — К тебе пришел второй молодой господин.

— Ну же, взбодрись, — Цинь Шаоюй укрыл его одеялом. — Иначе Цяньцянь снова разрубит стол.

Тебе-то легко говорить. Шэнь Цяньлин ощутил негодование. Ведь это не ты беременный!

— Сяо Лин! — юный Шэнь-эр толкнул дверь и вошел. Его имя вызывало любопытство. Как бы не звучали эти три слова — Шэнь Цяньцянь — легко можно подумать о «Шэнь Прелестный», либо «Шэнь Роскошный», но никак не храбрый. Сам Шэнь-эр, по всему видать, тоже страдал из-за этого, потому в юности закатил скандал, требуя сменить имя. В результате, отец и старший брат отлупили его и посадили в дровяной сарай. Поголодав три дня, он все-таки отказался от этой идеи, и со слезами поедая куриные ножки, был вынужден принять жестокую реальность.

*п/п: Сразу дала перевод, чтобы было понятна игра слов. Разумеется, звучат они все одинаково, но пишутся по-разному, как обычно у китайцев. Где недослышишь, там переврешь) Между прочим, имя парнишки переводится как «скромный», что тоже далеко от истины, судя по всему))

— Второй брат, — Шэнь Цяньлин слабо взглянул на него.

— Я пришел, как только услышал, — Шэнь-эр нетерпеливо спросил: — Почему чем дальше, тем ты все слабее? Постоянно падаешь в обморок.

— Наверное голова еще не зажила после падения, — Шэнь Цяньлин чувствовал себя подавленным.

— Шаоюй, — Шэнь-эр повернулся, чтобы строго посмотреть на своего брата. — Сяо Лин сейчас так выглядит, ты все еще согласен выполнить обещание, не откажешься, и будешь заботиться о нем всю жизнь?

Шэнь Цяньлина чуть не вырвало кровью. Почему такое чувство, что это похоже на свадебную клятву? Что тут происходит?

И Цинь Шаоюй ответил тоже весьма стандартно: — Я согласен.

Глаза юного Шэня тут же заблестели от восторга: — Я знал, что не ошибся, поручаю Сяо Лина тебе!

— Я не согласен, — разозлился Шэнь Цяньлин.

Но на его протест никто не обратил внимания.

Поистине большая трагедия!

Все члены семья Шэнь знали, что Шэнь-эр тот еще болтун, поэтому от его безостановочного щебетания голова Шэнь Цяньлина еще больше закружилась, а лицо потеряло все краски.

Юный Шэнь-эр обеспокоился, и поспешно схватил его за руку: — Сяо Лин, только не падай в обморок. Если тебе плохо, поговори со своим вторым братом.

Именно потому, что ты все время болтаешь, у меня и кружится голова…

Шэнь Цяньлин пожаловался в душе, и держа в руках одеяло, возмущенно отвернулся, явно не желая обращать на него внимания.

Шэнь-эр повздыхал и снова повернулся к Цинь Шаоюю: — Сяо Лин вырос избалованным, у него трудный характер, как сейчас, но тебе не нужно его презирать.

Он посмеет презирать! Шэнь Цяньлин в отчаянии беззвучно взревел. У лао-цзы в животе его ребенок!

— Конечно нет, — Глаза Цинь Шаоюя были наполнены искренними чувствами. — Я буду как следует его любить.

Люби свою сестру! Шэнь Цяньлин натянул одеяло на голову, и не мог не начать думать, что он совершенно не знает этого мира. Во что он превратился?

Если душа вернулась в это тело в прошлом воплощении, это должно быть… Очень неловко?

***

Тем же вечером, под решительным протестом Шэнь Цяньлина, Цинь Шаоюй все-таки согласился отправиться спать в гостевую комнату. Поистине великий прогресс.

— Небо сухое, будьте осторожны с огнем, — ночной сторож прошел мимо по переулку. Шэнь Цяньлин ворочался в постели, не в силах сомкнуть глаз.

В гостевой комнате неподалеку Цинь Шаоюй в задумчивости стоял у окна.

— Хозяин дворца, — в комнату влетел мужчина в черном.

— Как идут дела? — спросил его Цинь Шаоюй, повернув голову. Его глаза были немного холодными.

— Демоническая секта уже остановлена, подчиненный увеличил количество рабочих рук, — почтительно произнес мужчина.

— Это в рамках наших предположений, — Цинь Шаоюй сел за стол. — Ты тоже будь осторожен.

— Есть, — кивнул мужчина в черном, и, поколебавшись, произнес: — Когда хозяин дворца отправится на юг?

— Я постараюсь изо всех сил, — сказал Цинь Шаоюй. — Шэнь Цяньлин неожиданно потерял память, планы могут измениться.

— Потерял память? — нахмурился мужчина. — Возможно ли, что он… притворяется?

— Не похоже, — качнул головой Цинь Шаоюй. — Теперь он совсем другой человек, не такой как раньше.

— Тогда какие планы у молодого господина? — спросил мужчина.

Цинь Шаоюй ничего не ответил, но его усмешка стала несколько игривой.

***

На следующее утро Шэнь Цяньлин был разбужен шумом за окном, поэтому в недоумении поднялся с постели, чтобы посмотреть, что там происходит.

— Молодой господин, ты проснулся? — Бао Доу услышал движение, и вошел с горячей водой.

— Что случилось снаружи? — полюбопытствовал Шэнь Цяньлин.

— Ужас какой-то, — Бао Доу отжал полотенце. — Второй молодой господин вчера ночью в Саду Гибискусов купил девушку, теперь госпожа уже час рыдает и хочет повеситься, говорит, что не знает как воспитывать ребенка, и стыдится снова взглянуть в лицо старому хозяину поместья!

— Кхэ-кхэ, — Шэнь Цяньлин случайно проглотил соль для полоскания. У его второго брата такое увлечение? С утра пораньше такая мелодрама невыносима.

— Молодой господин хочет пойти посмотреть? — Бао Доу похлопал его по спине.

Маленький король сплетен Шэнь Цяньлин решительно кивнул.

— Но вот что странно, — Бао Доу помог ему переодеться. — Второй молодой господин никогда не интересовался публичным домом, и я не представляю, какую пакость он задумал на этот раз. Купить еще ладно, но вот открыто привести в семью, неудивительно, что его мать хочет повеситься!

— Я не хочу жить! — в боковом дворике главного дома на стуле стояла женщина, с прической, украшенной золотыми, с жемчугом и нефритом, шпильками. В руках она держала белую шелковую ткань, вешая ее на дерево: — Вырастить такого непочтительного ребенка, как я смогу стоять перед господином!

— Госпожа, подумай как следует, не нужно делать глупости! — вокруг заливались слезами служанки и слуги. Картина выглядела весьма трогательной.

Шэнь Цяньлин, поддерживаемый Бао Доу побежал послушать сплетни, но не успел он выйти во двор, как услышал чей-то зов: «Лин-эр!» Голос был наполнен приятным удивлением.

Шэнь Цяньлин, услышав, поднял голову, и действительно, сразу же увидел в главном дворе маленького трехэтажного дома свою мать — главную жену старого хозяина поместья Шэнь, которая, облокотившись на забор, щелкала дынные семечки и глазела на представление.

— Иди сюда, — госпожа Шэнь поманила его к себе. — Здесь хорошо видно, только не упади.

Шэнь Цяньлин: «…»

Кто-нибудь может ему сказать, что это за семья такая?!