Сестры Безликих

— Ника? — Ева вскрыла замок их общей ванной комнаты.

Заметив сестру, глаза безликой наполнились слезами, а руки лихорадочно задрожали. Побледневшее тело Ники лежало в наполненной ванной. Худощавое туловище прикрывала тонкая, успевшая пропитаться кровью рубашка, когда-то белого цвета.

Вода приобрела красный цвет, а помещение наполнилось едким металлическим запахом.
Ева подбежала к Нике, и начала поднимать тело. Сердце Беккер-младшей всё ещё медленно стучало, а лёгкие с жадностью глотали воздух, стараясь схватить последние пылинки угасающий жизни. Зелёные глаза были слегка приоткрыты, запечетляя лестницу и Кабадатха.

— Не отключайся, слышишь? — Ева говорила это неестественно мягко, что никак не вязалось с происходящими событиями.

Глаза Ники будто бы сонно слепались, все конечности стали невероятно тяжелыми, а сознание отказывалось слушать приказ старшей сестры. Буквально через несколько секунд тело юной безликой сковало мощнейшей судорогой. В следующий миг во всей оболочке как физической, так и духовной стала царить убаюкивающая лёгкость и тепло, а сама Ника стала погружаться в приятную дремоту.

Час спустя...

— Честно? — выдохнула медсестра Энн. — С самого начала я ставила под сомнение даже то, что спустя столь короткий отрезок времени она сможет дышать сама, без аппаратов, а сейчас... Я с уверенностью могу сказать, что она через несколько суток она выйдет из комы.

— Тогда почему ты ещё не отключила этот агрегат? — задалась вопросом Ева.

— Я не могу точно гарантировать тот факт, что она не задохнеться в следующие пять секунд, но положительная динамика определённо присутствует — с готовностью ответила Энн.

— И ещё... — Убийца глянула на юную безликую, что лежала с трубками для дыхания в носу. — Когда Слендермен телепортирывал меня сюда, тебя мало волновал тот факт, что я убийца, и в теории могу лишить жизни твою сестричку.

— Знаешь ли... — Ева косо посмотрела на свою собеседницу. — Когда кто-то, кого ты безгранично ценишь, умирает на твоих глазах... Невольно начинаешь хвататься за любой шанс, чтобы спасти его.

Энн ничего не ответила, только понимающе-подбадривающе хлопнула ту по плечу. На последок проверив аппараты, медсестра покинула помещение, оставляя двух сестер, одна из которых в коме, наедине.

— Как ты могла, Ника? — Ева иногда подрагивала от переполненяющих её чувств, большинство из которых противоречивы.

Это и облегчение, и тревога, и грызущее чувство вины. Холодные слезы катились по щекам. Старшая винила во всем случившемся только себя.

— Ты не виновата, не за чем так убиваться. — сзади раздался тихий, нежный голос. Ева повернулась.

Около окна стояла невысокого роста девушка. У неё были короткие блондинистые волосы и яркие голубые глаза.

— Кто ты? — растерянно спросила безликая. В её голову лезли различные мысли. Начиная от убийц, заканчивая разного рода жнецами.

— Тревожиться не стоит, — заверила Еву блондинка, усаживаясь в кресло рядом с аппаратурой. — Имя мне Тина.

— А по должности?

— Ангел божий, — спокойно ответила девушка, решив лишний раз не говорить про своё падение. — Я пришла, чтобы помочь.

— Ангел? Ты думаешь, я поверю? — рассмеялась Ева над словами Тины.

— Можешь и не верить, но в моей власти излечить твою сестру. — Голубоглазая, улыбнувшись, наблюдала за реакцией Беккер.

— О, даже так! — смех Евы затих, а на губах появилась враждебная ухмылка.

— Я вылечу твою Нику, а ты в будущем окажешь мне услугу, договорились? — ангел протянула руку.

— Договорились! — хмыкнула Ева, отвечая на рукопожатие.

Безликой слабо верилось в слова малознакомой девушки, да и свою часть сделки она выполнит только после неё, чего ей ещё бояться?
На удивление Евы, когда рука Тины коснулась лба, то от неё стало исходить слабое свечение, усиливающейся с каждой секундой. Скоро оно стало настолько ярким, что Беккер стала прикрывать глаза рукой, дабы не ослепнуть.

****

«Дорогой дневник!

Уже неделя прошла с исцеления Ники. Как только Кабадатх узнал, что его дочери стало лучше, сразу вызвал Энн. Медсестра пожала плечами, списав всё на гены безликих.
Из последних новостей: отец позволил вернуться в колледж.
После окончательного выздоровления Ники мы смогли вернуться в комнату. Но тайком от сестры, я попросила отца расселить нас. Не уверена, что после этого обмана я смогу смотреть ей в глаза.
Отперев дверь ключем, я буквально ворвалась внутрь и замерла на пороге. Кажется, я ждала увидеть там сестру.

— Вот я и дома.

Меня охватило странное состояние. Никогда не испытывала ничего подобного. Никогда не чувствовала себя настолько слабой и потерянной.
Это моя комната, мой дом. Я дома. Тогда почему мне кажется здесь все совершенно чужим? Как будто я никогда тут не была.
Я живу здесь уже достаточно продолжительное время. Вот моя кровать, мой стул, мое зеркало.
Но сейчас все кажется таким чужим и далеким, будто именно здесь я не на месте. Да, да — именно здесь я не на месте. А саме худшее — мне думается, что моё место где-то есть... Только где?
Завтра мне всё-таки придется встретиться со своими друзьями. Мы договорились собраться на автобусной остановке возле колледжа. Поэтому я так напугана? Неужели я их боюсь?»

Ева оторвалась от дневника и посмотрела на последнюю строчку, покачав головой.

— Как же это всё нелепо!

С каких это пор ей, Евангелине Беккер, страшно встречаться с людьми? Да и когда она вообще чего-то боялась?

****

❤🌹💞