Глава 3. Опасность
Я человек по натуре своей довольно милый и неконфликтный. Заечка заинькой, мягонькая и пушистая овечечка. Таких как я мало, мы единицы своего светлого склада ума, чудесные творения Господа Бога нашего...
Но не когда передо мной происходит сцена, достойная отдельного подросткового сериала для выжимания слёз и переживаний.
Мальчишка заплаканными глазами посмотрел на меня, уже самим фактом наличия мокрых глаз, вызывая бурю негодования.
Ещё один хлопок китайского фейерверка, и я тут сама подорвусь, заодно забрав с собой всю школу.
— Тц, — громко цокнула языком, сжимая руку в кулак. Я бы зарядила по симпатичному личику мальчика самостоятельно, но, увы, дать сдачи потом уже никак не смогу. — Мальчик мой, ты зачем так шугаешь школьников? Хочешь позже один в звериной клетке остаться?
Бакуго возмущённо запыхтел, недовольно поворачивая ко мне голову.
— Чё тебе надо? Припёрлась в ножки и этому кланяться? — ого, так мои похождения уже известны и таким знаменитым личностям?
И через секунду до него дошло.
— Ты кем меня назвала?!
А говорили, что сообразительный. Щёлкнула пальчиком (исключительно в эстетических целях), и штаны агрессора растеклись лужей по полу, так же заливая и симпатичные шорты в расцветке костюма Всемогущего. Золотого века, так, к слову.
— Кач-чан, ты носишь трусы с логотипом Всемо-
Не успел Изуку даже возмутиться, как Бакуган, ой, простите, Бакуго взревел, тут же включая режим защиты опороченной чести, достойной любого представителя меньшинств во время митинга.
Мать честная, а он шустрее, чем кажется!
Кулак летел прямо мне в лицо, так что раздумывать времени не было. Кожица кулака стала быстро пениться, разъедаясь и спадая лоскутками на пол, открывая оголённые мышцы напоказ.
Но Кацуки заваливается вбок, подмятый неудачной жертвой издевательств.
Чего?
— Беги, я его задержку! Кач-чан, успокойся! — мальчишка кричал на грани срыва, что даже волосы на затылке зашевелились.
Шестерёнки закрутились тут же, как и голова, в поисках камер видеонаблюдения. Одна абсолютно самостоятельно разъелась, падая горячей жижицей на пол, а я, схватив Изуку за плечо, подняла на ноги.
— Драпаем отсюда!
— Но как же?
— Хреновы ублю-юдки! — Кацуки кричал, пытаясь справиться с болью от токсичных элементов, которые я ему подарила.
Мидория тут же подорвался, будто чуя неприятности.
А они были — Кацуки рычал, и активно потел, что как бы намекало. Переглянулись с зелёным дикими глазами.
— Валим.
И бежали мы, не оборачиваясь на взрывы, словно в красивом боевике.
***
— Сп-пасибо, что помогла, — мальчишка, по другому назвать его было нельзя. Такой маленький, смазливый и пухлый в щёчках.
Лицо его менялось от ярко красного, до синего оттенка.
— Но в порядке ли будет Кач-чан? Это ведь ты его так? Что у тебя за причуда? Ты окисляешь то, что видишь?
На секунду даже пожалела, что спасла главного героя от очередного синяка и побоя.
— В порядке, я отменила действие причуды как только мы убежали. Благодарить меня не стоит, я это из собственной неприязни ему так, — и закашлялась. Бежали мы далеко и долго, уже слиняв со школы куда-то во дворы. Дыхалка моя брать такие дистанции не привыкла, потому сейчас и помираю от отдышки. А этому хоть бы хны — только прислонился к стеночке, дыша через рот, и сверкая восторженными глазками. Что за магические свойства протагониста?! — Причуда моя завязана на изменении свойств любых объектов.
— И людей тоже?
— И их.
— Сильно, — пискнуло это чудо. — А есть ограничения?
— Что за допрос? Я тебе жизнь спасла, и играть в благородство не буду... Ты отрицаешь то, что мы вообще как-либо контактировали сегодня с Кацуки, и мы в расчёте. Усёк?
Для особого нагнетания, потыкала в мальчишескую грудь пальцем, делая самое что ни на есть серьёзное и угрожающее лицо. Дохлый, даже неинтересно.
Изуку икнул и побагровел, разве что пар из ушей не шёл, но болванчиком закивал.
— И да, мы не били Кацуки, а ходили на свидание, понятно?
— Что?!
— Что слышал, зайчик. Или хочешь сказать, что просто решил сбежать со школы, чтобы прогулять урок? Бакуго то этот тебя все равно достанет.
— А. А это нормально вообще?
Глаз непроизвольно дёрнулся. А нормально получать синяки от одноклассника и молчать об этом?
— Нормально, а теперь адьо, я догуливать.
Ибо, как говорят часы, у меня ещё тридцать минут в запасе. Успею сгонять перекусить. Отлично.
— Можно с тобой? — спросил Изуку так, словно у него это вылетело непроизвольно. Поняв, что тот сказал, он ойкнул и закрыл рот рукой. — И-извини, если навязываюсь, я, правда... Не хотел.
С тяжким вздохом признала, что ребёнка то одного оставлять не по-человечески.
— У тебя деньги хотя бы есть?
— Н-нет...
— Потом отдашь.
***
Ни через день, ни через два, я не слышала ни шепотка. Всё было спокойно, ну, не считая моей внутренней струны, что в напряжении была последнее время.
Ибо если сделал гадость, жди и ответа.
А ответа нет, оплатите услуги нашего тарифа...
Бакуго молчун, видимо, терпел унижение чисто по-мужски, сидя в комнате и плача в уголке. Хотя чего он мне предъявит, если я ему все восстановила банальным свойством «здоров»? Оказалось, оно восстанавливает и такое, хотя лично за тем, как оно заросло, не наблюдала, что омрачало полевое испытание.
Камера-то уничтожена, как и запись на ней — не сильно-то школа беспокоилась о видеонаблюдении.
Или все уже всё давно знают, но мне не говорят?
Паранойя сплошная.
Изуку тогда я накормила, хотя тот и упрямился, а на следующей же перемене он долг свой отдал. Какой послушный мальчик — даже не придраться.
Впрочем, свои мысли на счёт ответа я так и не откинула, справедливо ожидая подлянки от уязвлённого «авторитета».
Но у меня и без блондинистых камикадзе дел предостаточно.
***
— Мо- мама, — поспешно исправила я свою оплошность. — Почему ты постоянно в... Очках? Солнцезащитных?
Женщина медленно обернулась ко мне, прекращая поливать цветы в клумбе около дома. Момо была ярой любительницей садоводства, потому практически всё свободное место на улице было отдано под цветы и грядки с огурцами и помидорами.
— Ах, милая, я и не заметила, как ты подошла, — она смущённо улыбнулась, откладывая лейку на землю, и поднялась, оттряхивая штаны от земли. — С чего такие вопросы?
— Да-а, так, любопытно, — вдруг у неё проблемы с психикой и я живу с неуравновешенной в одном доме?
— Ну-у, ты ведь знаешь, что моя причуда это изменение запахов предметов?
— Ну?
— Я плохо контролирую эту способность и, так уж получилось, что у меня аллергия.
— Так у нас весь дом в цветах?
— Прежде чем принести в дом цветок, я использую на нём причуду, чтобы удалить полностью запах.
О, ну, я заметила это несоответствие только сейчас. Вау, я такая тугодумка.
— Ясно, и ты, значит, в очках блокируешь возможность что-то изменить?
— Да, получается, что так.
Мы замолчали, в конце концов, впадая в неловкую тишину. Говорить нам было решительно не о чем, а мои вопросы, впрочем, закончились.
— Как дела в школе?
— А. Прекрасно, сегодня поговорила с мальчиками.
— О, правда? Понравилось?
— Конечно. Надеюсь, что с ними больше не встречусь, — и пока тема не перешла к обсуждению пестиков и тычинок, с улыбочкой слиняла в дом, надеясь найти чего перекусить.
***
Рэй моим поступлением в Юэй был занят как-то... Вяло. Если мы и пересекались, то перебрасывались лишь жалкими вопросами о том, как мои дела в школе и что там по оценкам. Стоило мне лишь заикнуться о том, что некоторые предметы я догоняю ну очень сложно, как на следующий же день в мой график дня влезли репетиторы. Толковые, к слову, материал мне разжёвывали, а на глупые вопросы даже отвечали.
Не папка, а прелесть! Ну, даже такой отец лучше, чем любитель сходить за сигаретами лет на десять, верно?
Тесты сдавались успешно на высокие баллы, так что беспокоиться о поступлении мне не светило. Если я не решу окончательно упасть в лень и спать сутками напролёт, конечно.
Причуду я использовала на регулярной основе, то играясь с ней, то используя по назначению.
Ага, тающее мороженное, например, сделать вновь холодным. Идеальный квирк.
Лишь спустя месяц моего вселения в новое тело я додумалась измерить расстояние, с которого могу воздействовать на объекты. Оказалось, что настолько, насколько я вижу. Впрочем, путём некоторым экспериментов, выяснилось, что изменять предметы, на которых я уже тренировалась, могу, даже не беря их в поле зрения, то есть стоя к ним спиной.
Но меня больше интересовала возможность предмета запоминать свою изначальную структуру. Заметили, что я говорю, что просто отменяю свои изменения? Словно объект имеет какую-то базу, о которой прекрасно знает. Либо мой квирк сам по себе сохраняет первоначальную форму предмета и его свойства. В любом случае, я желала добиться такого, что могу переносить предметы в жидком или максимально маленьком состоянии в кармане.
Для начала решила установить то, как будет объект выглядеть изначально — «основание». По идее, закрепит образ окончательно. Позже решила добавить «восстанавливающийся», что бы это походило на логический список того, что ему (предмету) нужно делать после отмены свойства изменения формы. Ну, а само уменьшение я решила делать в виде жидкости, то есть «жидкий», и фигурка Всемогущего растекается по столу. «Твёрдый», и теперь оно прекращает течь, становясь слегка выпуклой формой диска. И в конце я отменяю последние два свойства, и прямо на моих глазах фигурка, не имея последних правил, восстанавливается к первоначальному виду.
Всё гениальное в простом. К слову, я, таким образом, таскала с собой школьные учебники, делая вид, что мой рюкзак забит, а на деле там просто лежат маленькие котята размером с печенье. Для придания им формы я использовала формочки для выпечки, одолжив одну у Момо. Ага, на постоянное пользование.
***
В школе меня караулил прохвост и негодяй, а что самое главное — всё в одном лице! Какой многообразный человек.
Но вот прижимать меня к стене, нагло блокируя пути отступления рукой — верх наглости. Мальчик, ты каких таких мультиков насмотрелся?
— Да-да? Я слушаю, — и иронично посмотрела на руку, упёршуюся прямо рядом с головой. Хотя, учитывая, как сильно на ней проступали вены и сжаты кулаки, ему отчаянно хотелось мне голову оторвать. Взаимное желание, кстати. — Хотя близкий контакт не предпочитаю. Знал, что, не соблюдая дистанцию, есть большой риск заразиться? Прости, но мне не хватало ещё подхватить бешенство.
— Бесишь, — рыкнул, будто зверь, но послушно отстранился, давая мне как минимум метр свободного пространства. — Отвечай, что ты тогда сделала?
— Когда тогда?
— Ты глазками не хлопай, может, дурой не сочтут. Ты как-то разъела мне ладонь! Что у тебя за квирк, ничтожество?
Меня искренне прорвало на смешок, который я прикрыла ладонью, поглядывая на недовольного ребёнка снизу вверх.
— А с чего ты взял, что я тебе расскажу, полудурок?
Стиснув от злобы зубы, он сложил руки на груди, окидывая коридор взглядом. Подловил он меня не в самом пустом месте, изредка, но здесь проходили люди. Да и не факт, что где-нибудь за углом не решил осесть любопытный школьник.
Понял, что показательная агрессия только усугубит его положение.
— Ты со мной в игры не играй, я могу и по-плохому узнать. Деку заменить желаешь?
— Всё ещё терроризируешь невинных школьников? — презрительно ухмыльнулась. — Ты, кажется, бесишься от того, что он за тобой хвостиком ходит? Да вот только я замечаю лишь тебя, вьющимся за ним по пятам.
— Заткнись, тупая! — и решил побаловаться взрывами. Благо, что мелкими.
— Правда глаза колет? Малыш, если общества не хватает, то так и скажи своему психотерапевту, чего скрывать?
Он схватил меня за ленту на блузке, и разочек встряхнул, будто куклу какую-то.
— Ты чего творишь?! — взвизгнула, пытаясь отцепить его от себя, но он лишь сжал кулак. Сейчас кулака у тебя не останется, парень.
— Не смей лезть в мои дела, понятно? Нашлась здесь наивняха, помогающая сирым и убогим. Сама ещё недавно всех макала головой в унитазы, а теперь что? Добренькой вдруг стала?
Смотря в его прищуренные глаза, мне хотелось лишь ему плюнуть. Кто виноват в том, что Тэнши теперь не совсем Тэнши? Никто. Радовался бы, что хоть кто-то стал лучше, чем был до этого.
— Тебе бы это точно не помешало. Разговор окончен? Окончен. Отпусти меня.
На удивление, но Бакуго отпустил меня, даже давая с гордо поднятой головой уйти.
***
— Тэнши-чан, — ко мне скромненько подрулила одна из подружек прошлой владелицы тела, а так же по совместительству и одноклассница. Менять своего положения, то есть ленивого полулежания на парте я не соизволила даже ради диалога. Помычала разве что, да бы не подумали, что я тут померла неожиданно. — А это правда, что вы с Кацуки-куном встречаетесь?
Аж слюной подавилась, в диком ужасе воззрившись на девчулю.
— Головой не ударялась?
— Что?
— Откуда ты такое взяла?
— В школьной группе выложили фото тебя и Кацуки-куна... Это не правда?
— Так, а ну-ка покажи.
И, правда — на фотографии я и Бакуго, да вот только фотография одна, когда он в самом начале меня прижал. Подпись неизвестного папарацци содержала лишь красноречивое «Кавай». Попадос.
— А кто фотографировал?
Одноклассница многозначительно промолчала.
— Ясно, забей, он просто агрессивный придурок, — пожала плечами, уже мысленно готовясь к разносу моей нервной системы за счёт очередной порции общества неадекватного шпица. Кто собак вообще пускает в цивилизованное общество?
Ответа от Кацуки на такие компрометирующие фотографии не было. И слава Богам.