Глава Шестая
Поездка в соседний город. Палач, Графиня и Первая Пешка отправились на карете, так как Пешка сломала ногу, и теперь ей нужно к врачу. Оказалось, что нога не была так серьезно повреждена, скорее, сильный вывих, поэтому врач сказал, что через пару недель она сможет нормально ходить. После осмотра врача Графиня не торопилась возвращаться обратно домой, вместо этого она отправилась в ресторан. Что удивительно, Палач и Пешка находились с ней вместе в заведении и ели за одним столом. Время пролетело быстро, потому что за столом проходили интересные разговоры, шутки. После сытного обеда они отправились в центральный парк, купили для Пешки сладкую вату, сладкий петушок на палочке, шарики. Она на костылях ходила по парку, Палач в руках держал ее сладости, но а ей хотелось кричать от радости. Сегодня, что странно, обычный день: без ссор, криков, наказаний, убеждений, нравоучений и прочее! Не сон ли это? Тогда пешка нарочно упала в кусты. Да, она почувствовала всю ту боль, когда телом падаешь на ветки кустов, а значит..это не сон! Это не сон! Ей помогли приподняться. Она улыбаясь, наслаждаясь этим коротким днём, ведь уже скоро им пришлось сесть в карету и отправится домой. По пути домой эти трое также разговаривали о всяком в приподнятом настроении. Графиня:
- Возможно, через пару дней мы также отправимся в парк, он намного больше чем тот, в котором мы сегодня были.
Палач:
- Снова мы втроем или..?
Пешка вмешалась в разговор:
- Нет, нет, нет! Только мы втроём. Это такая редкость, когда мы сами без кого либо едем, бывает так спокойно, мы даже не ругались. Давайте втроём? М?
Графиня ко́ротко засмеялась:
- Ну давайте-ка. Я не против. Мне нужно выполнить некоторые дела в течении нескольких дней, а после уже решим, пойдем в парк или нет.
Пешка смотрела в маленькое окошко кареты. Наблюдала, как меняются местности, какое разнообразие деревьев: от огромных до низких. Проезжали мимо пасухшихся коров, овец, коз, баранов. Всё такое красивое, приятное для глаз.. Девочка посмотрела на Палача, а после на графиню Ферзь, но снова взгляд упал на Палача. Она неторопливо, тихим и с нотками радости в голосе сказала:
- Я помню, что тебе нравятся красивые лошади особых пород. Я помню..Белый Брабонсон. Знаешь, я недавно у игрушечника нашла фигурку с этой пони! Она такая красивая, стояла чуть дальше от других лошадок. Знаешь, я хотела её купить, мне нужно лишь накопить. Но иногда я думаю, что не нужно ее покупать, потому что ты не так давно меня обидел. Если попросишь у меня прощения, я обязательно накоплю и куплю тебе ее!
Брабонсон↑
Она смотрела на Палача, а он на нее. Но она услышала совсем не то, что ожидала. Он, видимо, немного рассердился, но совсем недобрым голосом ответил:
- Видимо, все дети уже ахреневшие. На кой мне сдалась это игрушка? Я ребенок? И без нее проживу. Вас корми, дай вам крышу над головой, неблагодарные твари. Ещё и мне просить у тебя прощения, кто ты, кто я? Вы для нас как эта карета; вы будете также ездить для нас, как эта карета; работать для нас, как эта карета. Если станете выступать, истерить и показывать свое недовольстве - окажетесь на улице. Будете бомжевать, так и сдохните где-то в грязной канаве. А всем, кто знал вас, скажем, что вас украли или вы потерялись без вести. Устроим ваши похороны, так все и забудут о вас. Это касается тебя, Шута и Второй Пешки, нет разницы, ты меня поняла? Вы наши рабы....
Палач так и продолжал и продолжал, но Пешка уже не слушала его. Графиня Ферзь лишь одобрительно кивала и поддакивала ему. После этого в карета погрузилась в мертвую тишину, а так продолжалось в течении всего пути до дома... Пешка мыслила про себя: не сказала ли она чего нибудь лишнего, что разозлила его? А стоило ли вообще про это говорить? Может быть и в правду она виновата?... Но а если они сделают все так, как рассказал Палач..неужели так легко избавиться от ребенка?
° ° ° ° ° ° ° ° ° ° ° ° ° ° ° ° ° ° ° ° ° ° ° ° ° ° ° °
Ангел и Графиня Ферзь стояли во дворе дома отца Ангела, повезло, что сегодня этот парень был один. Графиня Ферзь ругала его:
- Как ты мог прикоснуться к моему человеку?? Как у тебя рука поднялась, чтобы его ударить железной трубой? Ты ведь его ударил, не ври мне.
Но Ангел лишь спокойным голосом сказал:
- Госпожа, я не бил его железной трубой. Даю слово, он вам соврал.
-Ты думаешь, он бы стал врать мне? Он не такой человек. Я знаю его. Он никогда не станет лгать мне.
Шут стоял позади Графини, он молчал и наблюдал за мимикой лица Ангела, но тот оставался спокойным, будто бы безразличным, потому что держал свои эмоции под контролем. Но Графиня продолжала давить на парня:
- Как тебе не стыдно, бить несчастного парня железной трубой за то, что он вступил на кошену траву!
- Графиня, это не так. Я уже сказал, что не бил его железной трубой. Да, на траву нельзя наступать, ведь я недавно вместе со своим отцом посадил саженцы цветов. Я просто оттолкнул его, ничего более. А использовал железную трубу, лишь бы показать ему, куда не стоит наступать.. Имею в виду я показал трубой линию, куда можно наступать , а куда нельзя.
- Нет! Совсем не так! Ты, как свои родители, жадный, мерзкий. Весь в своего отца. Даже собственному другу не даёшь просто подходить к дому! Решено, я тебе запрещаю общаться с ним, и тебе тоже.
Сказала она, смотря на Шута. Затем схватила того за руку и утащила куда подальше. Почти год обе стороны не разговаривали между собой и вовсе не контактировали. Графиня не только запретила Шуту разговаривать с Ангелом и с его семьёй, но и Пешкам . Но так не может долго продолжаться. Поэтому Пешки и Ангел скрытно встречались, а иногда даже "случайно" пересекались и, пока никого не бывало рядом, они тихо разговаривали между собой, но мало, категорически мало.