14
Наша жизнь подобна поиску огня в незримой темноте, и несмотря на всю свою каверзность – она прекрасна и неповторима.
***
Я сижу на полу, среди стекла и разбросанных вещей, медленно опрокидывая шот с чем-то синим, как сказал Алби: «напитком богов». Если бы меня сейчас увидела мама, клянусь, она бы умерла от инфаркта. Я до сих пор не понимаю, как этим двоим удалось уговорить меня на выпивку, но я сделала это. Видела я всё будто через пелену, музыка доносящаяся из колонок заполняла разум, а алкоголь заполнил всё внутри. Алби и Оливер тоже лежали на полу, пялясь в потолок и рассуждали о своей жизни. На улице уже светало, но я отказывалась понимать, что через два часа мне нужно быть в школе. В начале этой ночи было очень весело, я помню отрывками, как танцевала и много смеялась. Эта ночь была лучшей, такой беззаботной и свободной. Нужно прийти в себя, я попыталась встать, но это далось мне с трудом. Как минимум, раза три я упала обратно на пол, а эти парни только смеялись надо мной.
— Я сильная и независимая женщина, я смогу подняться с этого гребанного пола! — не знаю откуда, но с алкоголем ко мне пришла ещё одна суперспособность - я спокойно говорила плохие слова, и мне не было стыдно. Было весело, парни смеялись и говорили, что некоторые слова даже не знали.
Пробираясь сквозь остатки квартиры, я пыталась обходить все осколки. Я предлагала им убраться, но Оливер сказал, что придёт домработница и всё уберёт. Удача сегодня явно не на моей стороне. Я чувствую, как один из осколков впивается мне в ногу, кричу и падаю на пол.
— Блять, Рэйчел, что случилось? — они оба подлетели ко мне, не обращая внимания на осколки.
— Чертово стекло впилось мне в ногу!
— Спокойно! Нужно вытащить осколок и.. как же много крови.. — Алби свалился в обморок.
— Блять, мужик, опять что ли? — Оливер покачал головой.
— Что с ним? — у меня началась паника.
— Когда он бухой, при виде крови падает в обморок. И главное, обычно кровь для него, как лужа воды, а в таких ситуациях. Блядский Алби. Так, ладно, мы сможем сами это сделать, ведь так? — видимо не у меня одной паника.
— Я не знаю, наверное.. Всего то достать осколок и забинтовать рану. Думаю тут ничего сложного. — говорила я дрожащим голосом и не заметила, как Оливер тоже отключился.
— Оливер! — я начала бить его по щекам, — Я не справлюсь одна! Очнись, твою мать! — по щекам текли слезы и я не понимала что делать. Что за детский сад, вырубиться от вида крови.
Спокойно! Главное сохранять спокойствие! И не нужно смотреть на кровь! Но, как тогда вынуть осколок? Так, ладно, я посмотрю одним глазком и.. как же много крови.. твою мать... кажется, я вырубаюсь..
***
Разлепив глаза я щурюсь от яркого света, оглядевшись, понимаю, что нахожусь в ванной. Тёплая вода стекает по коже и впитывается в нижнее белье. Какого черта я в нижнем белье? Дверь в ванную открывается и заходит Оливер.
— Вот блин! Я думал вытащу осколок, пока ты в отключке. Ладно, давай я сделаю это аккуратно, если будет больно, скажи мне. — он начал подходить ко мне с пинцетом в руках.
— Стой, подожди, мне нужно настроиться! — нельзя же вот так просто пережить эту боль.
— Расслабься, давай насчёт три я выдергиваю его, он не глубоко впился. — Оливер взял в руки мою ногу и слегла подул на рану, я дернулась от неожиданности.
— Раз, — он начал отсчёт, — Два, — на два, он без предупреждения выдернул стекло, от неожиданности я закричала и почувствовала слезы на щеках. Он стоял и смеялся, держа в руках осколок.
— Прости, милая, но на три ты бы выдернула свою ногу и не дала мне закончить дело. А мы ведь не хотим заражение крови. — он сел передо мной на корточки и показал окровавленный осколок.. опять эта кровь.. ну что за...
***
Очнувшись я уже была на кровати и была одета в майку Оливера, она приятно отдавала его парфюмом. Через минут пять в комнате появился и сам Оливер с бинтом и антибактериальным средством в руках.
— Кто проснулся! Какой уже раз за этот день ты вырубаешься, это забавно. — он сел на кровать и положил мои ноги себе на колени.
— Раньше такого не было, это всё из-за нервов. Крови нет больше? Потому что, если я ее увижу, я снова отключусь.
— Операция прошла успешно, кровь остановлена, осталось перевязать рану. — сказал он как доктор, заставляя меня смеяться.
— Кстати, Алби очнулся? — спросила я наблюдая за тем, как Оливер обрабатывает рану.
— Нет. Алби покинул нас, — сказал темноволосый с полной невозмутимостью.
— Что.. как... но.. — я не могла подобрать слов.
— Спокойно, — Оливер усмехнулся и посмотрел на меня, — Ал очнулся, заполз на диван и сразу же уснул. Я уже привык к такому, обычно, на следующее утро он ничего не помнит. Поэтому, я хочу его наеб... разыграть завтра, — я улыбнулась его быстрой замене слова и вспомнила одну вещь.
— Кстати, почему в душе я была в одном белье, — обратилась я к Оливеру.
— Черт, я думал ты не вспомнишь это, — он засмеялся и посмотрел на меня.
— Я раздел тебя чтобы мне было нескучно проводить операцию, — сказал он, за что сразу получил от меня подзатыльник.
— Да ладно, я не хотел, чтобы твоя одежда промокла, а белье быстро сохнет. К тому же его всегда можно снять, чтобы не быть в мокром.. — последнее предложение он пробубнил себе под нос.
— Хочешь сказать, что я сейчас нахожусь в одной майке? — я разозлилась на него.
— Возможно.. — сказал он загадочно и я сразу заглянула под майку, но там было белье.
— Недоверие. Я бы никогда не воспользовался ситуацией, чтобы посмотреть на твоё голое тело. — он закончил с ногой и начал надвигаться на меня. — Мне не нужно этого делать, ведь ты сама бы не прочь показать мне своё тело, — этот грязный язык, который заставляет меня злиться и разжигает огонь внутри меня.
— Ведь так, мышка? — он поднял край майки и подул мне на живот. — Ты ведь сама этого желаешь, пусть никогда об этом не скажешь, но твои влажные трусики и твёрдые соски скажут за тебя. — слова застряли где-то в горле, меня поражала его наглость и уверенность. Признаюсь, это сильно влияло на меня.
— Ты уже вся влажная от моих слов, — он погладил меня через трусики, полностью обескураживая. Я наблюдала за ним, словно загипнотизированная. Он мягко целовал внутреннюю часть бедра, вызывая покалывания в том месте. Я не могла себя сдерживать и откинулась на подушку, громко выдыхая.
— Всё это делает тебя уязвимой, признайся себе, — он поднял футболку и начал массировать грудь, вызывая мои стоны, — признай, что ты хочешь этого, — одним движением он расстегнул и снял мой бюстгальтер, — признай, что ты полностью под моей властью.
Он прошёлся языком по животу, затем мягко подул на сосок, заставляя меня выгнуться ему навстречу. Его губы наконец встретились с моими и мы слились в страстном поцелуе. Он вырисовывал прекрасные узоры своим языком и поглаживал мои бёдра. Он оторвался от меня и я думала, что сейчас произойдёт что-то волнующее, но он просто поцеловал меня в лоб и лёг на другую сторону кровати.
— Спокойной ночи, мышка, — он усмехнулся над моей реакцией и накрыл нас одеялом.
— Какого черта, Оливер! — я отошло от шока и стукнула его по плечу.
— Тише, мышка, только не убивай, — он смеялся надо мной. Он хотел выставить меня дурой с бурлящими гормонами.
— Да пошёл ты, — я вскочила с кровати и побежала в ванную. Забежав, я закрылась на замок и скатилась по двери спиной на пол. Он всегда надо мной смеётся. Глупо было подумать, что он измениться.
— Мышка, это не то чего я хотел. Я не хотел на тебя давить. С утра ты можешь пожалеть об этом, в твоей крови всё ещё алкоголь. Я просто не хотел тебя ранить.. — я почувствовала как он сел по ту сторону двери и говорил мне эти слова.
— Что за бред ты говоришь! Я ни пожалела ни об одной минуте рядом с тобой. Ты заставляешь чувствовать меня глупым подростком. Оливер, я так устала играть в эти игры. Почему мы не можем быть нормальными. — я распахнула дверь и сказала ему эти слова в лицо. Он сразу же подскочил и начал подходить ближе.
— Потому что быть нормальным - это скучно, — с этими словами он впился в мои губы, заставив ноги подкоситься.
— Ты серьёзно ударила меня, потому что я не трахнул тебя? — он взял мое лицо себе в руки и усмехнувшись вытер слезы.
— Опять ты за своё! — я попыталась вырваться из его рук.
— Я разве сказал, что ты можешь идти? — он схватил меня за талию и притянул к себе, — давай сделаем так, чтобы мы оба запомнили эту ночь, как самую лучшую.