Не хочу уходить
От лица Кавина
Я проснулся не сразу.
Сначала почувствовал тепло.
Потом — чужое дыхание у себя на шее.
Потом понял, что это не «чужое».
Ким.
Она спала, прижимаясь ко мне, уткнувшись носом в мою грудь. Волосы раскиданы по подушке. Лицо спокойное. Совсем не та Ким, которую знает школа.
И дом...
Дом был другой.
Тихий. Не холодный. Не идеальный.
Живой.
Я аккуратно высвободился, стараясь её не разбудить.
На секунду завис, глядя на неё.
«Вот из-за чего люди теряют голову», — подумал я.
Я надел её толстовку, которая лежала на кресле, и вышел.
На кухне персонал уже был.
— Доброе утро, господин Кавин.
— Доброе, — я поднял руки. — Сегодня я сам.
Они переглянулись.
— Но...
— Сегодня. Я. Сам.
Через пять минут я уже стоял у плиты. Яйца, тосты, фрукты. Ничего великого. Но мне было важно сделать это своими руками.
Я как раз переворачивал тост, когда почувствовал руки на своей талии.
И тепло в спину.
— Ты сбежал, — сонный голос.
— Я временно эвакуировался, — усмехнулся я.
Она прижалась щекой между моих лопаток.
— В моём доме.
— В твоём доме слишком красиво, чтобы в нём ничего не готовить.
Она тихо рассмеялась.
— Ты вообще умеешь?
— Я богатый мальчик. Нас этому учат между яхтами и травмами детства.
Она ткнулась лбом мне в спину.
— Ты странный с утра.
— Это моя настоящая форма.
Я повернулся, обнял её.
Она подняла голову.
— Ты в моей толстовке.
— Она официально моя.
— Нет.
— Уже да.
Я наклонился и поцеловал её.
Медленно. Лениво. По-утреннему.
— Доброе утро, — сказала она.
— Очень.
Мы ели за кухонным островом. Она сидела, поджав ноги, я напротив.
— Ты сегодня какой-то... другой, — сказала она.
— Потому что проснулся не в пустой комнате.
Она посмотрела внимательно.
— И как тебе?
— Опасно.
— Почему?
— Потому что не хочется уходить.
Она улыбнулась.
— Но поедем.
— Поедем.
⸻
В машине она включила музыку. Тихо. Мы ехали молча.
Но это было не неловкое молчание.
Это было «мне нормально, что ты рядом».
У школы всё было как обычно.
Кроме того, что теперь мне было всё равно.
Мы зашли вместе.
И сразу — в нашу комнату.
Тхам сидел на диване.
Гойя рядом.
Рен у окна.
MJ развалился в кресле.
— О, — протянул MJ. — Смотрите, кто проснулся живым.
— И в чужой толстовке, — добавил Рен.
— Это моя, — спокойно сказала Ким.
— Он выглядит слишком довольным для человека, который раньше ненавидел утро, — заметил Тхам.
Я сел рядом с ними.
— Я просто понял, что утро — не враг.
— Оно просто хочет, чтобы тебя кто-то ждал.
Гойя посмотрела на Ким и улыбнулась.
— Вы правда... другие.
Ким села рядом со мной.
— Вы тоже.
Тхам вздохнул:
— Странно сидеть тут и не обсуждать проблемы.
MJ:
— Не сглазь.
Рен:
— Но можно просто... поговорить.
Тишина.
Я первым её нарушил.
— Знаете, что самое идиотское?
— Что? — спросил Тхам.
— Я всегда думал, что если у меня всё есть, мне не нужно ничего чувствовать.
— А оказалось наоборот.
MJ усмехнулся:
— Философ Кавин.
— Не издевайся.
— Не могу, это мой механизм защиты.
Рен тихо:
— Мы все жили в механизмах.
Гойя:
— А сейчас?
Тхам посмотрел на неё.
— А сейчас... хочется быть честным.
Он повернулся к нам.
— Я реально не знаю, кем буду дальше.
— Но я знаю, кем больше не хочу быть.
MJ кивнул:
— С тем же.
Рен:
— Я хочу жить не как «наследник».
— А как человек.
Я усмехнулся:
— Мы звучим как группа поддержки.
Ким мягко:
— Может, она нам и нужна.
Я посмотрел на неё.
И вдруг сказал то, что не планировал:
— Я раньше думал, что если останусь один — ничего не изменится.
— А сейчас понимаю, что если вы исчезнете... мне будет больно.
MJ замолчал.
Рен отвёл взгляд.
Тхам выдохнул.
— Значит, всё-таки не зря мы тут сидели, — сказал он.
Гойя улыбнулась.
Ким сжала мою руку.
— Мы никуда не исчезаем.
Я посмотрел на них всех.
И впервые понял, что эта комната — больше не про власть.
Она про нас.
— Тогда, — сказал я, — давайте договоримся.
— О чём? — спросил MJ.
— Что если кто-то снова начнёт прятаться за ролью...
— остальные имеют право вытащить его за шкирку.
Рен:
— Жёстко.
— Зато честно.
Тхам усмехнулся:
— С тобой теперь опасно.
Я посмотрел на Ким.
— Меня научили.
Она тихо рассмеялась.
И в этот момент я поймал себя на мысли:
Я впервые не хочу никуда уходить из собственной жизни.
⸻