Школа
По школе все только и говорят о том что Гойа работает прислугой у Тхама , и он просто по хамски выгнал ее вчера . Что ее заставили носить какой то приметивный костюм горничной и F4 у него дома издевались над ней . Ким была Зла , очень зла
Ким резко открыла дверь, влетев в клубную комнату, где F4 сидели, как обычно, на диванах и креслах. Тхам, Рен, Кавин и MJ подняли головы, удивлённые её появлением.
— Что вы творите?! — крикнула Ким, схватив Тхама за рубашку. — Я думала, что издевательства закончились! Над Гойей нельзя так издеваться!
Тхам, обычно невозмутимый, замер на месте, глаза слегка сужены.
— Мы... — начал Рен, но Ким резко повернулась к нему:
— И вы, идиоты! Вы думаете, что это нормально — смеяться над ней?!
Кавин встал, хотел приблизиться:
— Ким... дай, я...
Но Ким строго подняла руку:
— Не смей! С тобой я сегодня не разговариваю, Кавин.
— Эй... — попытался он, но она уверенно отстранилась.
— MJ... Рен... — голос Ким дрожал от гнева, — вы должны понять, что унижать людей — это недопустимо, даже если вы F4!
MJ пожал плечами, а Рен слегка опустил взгляд, не решаясь спорить.
— Слушайте, — продолжала Ким, — Гойя не игрушка, и вы не имеете права так с ней обращаться!
Тхам, всё ещё сжатый взглядом, тихо сказал:
— Интересно...
Ким не отступала, её голос звучал твёрдо:
— Надеюсь, вы наконец это усвоите. Если хоть одна шутка или издевка повторится — я лично приду и снова скажу вам всё в лицо.
Парни сидели, словно поражённые. Ким тяжело выдохнула, отпустила рубашку Тхама и шагнула назад:
— А теперь подумайте, что вы натворили.
Тхам молчал, но его взгляд задержался на Гим дольше обычного, как будто он впервые всерьёз оценивает её решительность.
Кавин, всё ещё слегка смущённый, хотел что-то сказать, но Ким резко посмотрела на него:
— Не смей пытаться меня успокоить. Сегодня со мной разговариваешь только ты сам, и то — по делу.
.....
Тем же днем
⸻
Квартира Гойи. День
Звонок в дверь раздался, и Гойя открыла. На пороге стояли Ким и её отец — высокий, солидный мужчина с благородной осанкой, строгим, но мягким взглядом.
— Здравствуйте, — сказала Гойя, слегка растерянно. — Чем могу помочь?
Ким улыбнулась, подталкивая отца слегка в сторону:
— Привет, Гойя. Мы хотели зайти ненадолго.
Отец Ким спокойно взглянул на Гойю:
— Знаю о вашем положении, — сказал он ровно. — Я понимаю, что вы стараетесь, и ваша семья сталкивается с трудностями.
Гойя чуть раскрыла рот, не понимая, куда клонит разговор.
— Я хочу помочь, — продолжил отец. — Не как заём, не как услугу. Просто... просто пожертвовать деньги, чтобы ваша семья могла спокойно жить, без долгов и стресса.
Гойя покраснела, глаза заблестели:
— Это... невозможно... Мы не можем просто взять деньги.
— Почему нет? — мягко, но твёрдо сказал отец Ким. — Это не Charity. Это возможность вам дышать спокойно. Я знаю, что ваша семья заслуживает этого.
Мама Гойи, стоящая за спиной дочери, слегка прикрыла рот рукой, пытаясь сдержать слёзы:
— Это слишком щедро... Мы не привыкли к такому.
— Именно поэтому, — улыбнулся отец Ким, — мы просто хотим помочь. Без условий.
Ким шагнула ближе к Гойе и положила руку ей на плечо:
— Сестра, я знаю, как тяжело тебе приходилось. Ты всегда старалась сама, но иногда помощь — не позор.
Гойя опустила взгляд, сжав руки:
— Я... я не знаю, что сказать...
— Скажи «спасибо», — мягко сказал отец Ким. — И больше не переживай.
Гойя, наконец, подняла глаза и тихо:
— Спасибо.
Ким улыбнулась, слегка прижимая её к себе плечом:
— Всё будет хорошо, я обещаю.
Отец Ким, заметив реакцию родителей Гойи, кивнул им с уважением:
— Ваша семья сильна. Я просто хочу помочь, чтобы она могла быть спокойной.
Гойя почувствовала, как внутри растёт облегчение, будто груз с плеч сразу спал. Она никогда не ожидала такой щедрости и поддержки.