Глава 3
Дин корил себя за то, что оставил младшего брата разгребать все дерьмо в одиночку. Меньше всего ему хотелось оставлять его одного, однако, часть его считала, что так правильно. Та самая эгоистичная часть, что заставляла думать только о себе, убивала Дина своим существованием.
Он ненавидел себя за это, но понимал одну вещь. Если сейчас он себе не поможет, то не сможет помочь своему брату. А вернутся к нормальной жизни вместе с Сэмом ему хотелось больше всего на свете.
Сняв номер в обшарпанном мотеле и обеспечив себя недельным запасом алкоголя, Дин закрылся в комнате.
Сумка с вещами валялась на полу возле двери, а сам мужчина сидел за столом у окна, потягивая третью бутылку холодного пива.
Он много размышлял о тех, кого потерял, кто больше никогда не разделит с ним счастливые моменты в жизни. Слезы сами катились по его щекам, собираясь на подбородке и падая вниз.
В его мыслях возник образ сердечного друга, надёжного помощника и товарища. Образ того, кого Дин никогда не забудет, того, кто оставил огромную дыру в его сердце.
Воспоминания крутились в его голове, а губы начали шевелится. Он взмолился.
- Кас... Я знаю, что ты меня уже не слышишь, но я хочу тебе сказать. Ты был прав, я действительно считаю себя разрушительным и злым. Как ты сказал: "отцовским тупым орудием". Мною движут лишь ненависть и злость. Одна твоя ошибка выводила меня из себя. Я злился на тебя, прогонял, ругался. В какие-то моменты мне даже не хотелось тебя видеть. И я корю себя за это, виню во всем лишь себя. Мне так жаль, что мы провели мало времени вместе. Я не обращал внимания на то, как тебе тяжело, как ты страдаешь. Возможно, тебе казалось, что меня это не волнует, но это не так. Я переживал за тебя, также как переживаю за Сэма. Ведь ты являешься частью нашей семьи. Прости меня, Кас, за то, что я не смог тебя спасти. За то, что тебе пришлось пожертвовать собой ради меня. А я ведь даже не сказал спасибо. Спасибо, брат. Я о тебе не забуду.
Дин закрыл руками лицо, и лишь одинокая луна за окном слушала его тихие всхлипы.
Убитый горем человек даже не подозревал о том, что его молитвы были услышаны.