Вечность это не конец.
Очнулся я в палате.
Пикающее рядом устройство дало мне понять, что этот момент пришел.
Рядом со мной сидел Себастьян. Он поглаживал мою руку и что-то шептал про себя. Заметив, что я очнулся он кинулся обниматься.
- Задушишь.
Он оторвался и со слезами на глазах сказал.
- Как бы ни так. Я у тебя еще хочу кое-что спросить.
Я продолжал осматриваться и просто кивнул. А он продолжил говорить.
- Расскажи об этом.
Я еще немного посмотрел в окно и поняв, что эта больница в которой я в данный момент работаю, я повернул голову на, по всей видимости жаждущего объяснений, Себастьяна.
- Я узнал об этом после первого приступа в шестнадцать лет. Порок сердца. Врачи прогнозировали, что мне не дано дожить до тридцати лет. В какой-то мере я их победил, мне ведь уже тридцать один стукнуло.
Я горько усмехнулся и и сжал протянутую мне ладонь. А немного успокоившись продолжил.
- Родители окончательно плюнули на меня и завели второго ребенка. Моя сестра сейчас успешно закончила девятый класс и выглядит намного здоровее меня в это время. У меня есть завещание. Я всю свою жизнь учился и работал, и ни цента не потратил. Я копил эти деньги на ее будущее, чтобы она всегда пояснила меня как старшего братика, который сидел с ней по вечерам и читал ей скучные анатомические книги. Но она любила это, и она хотела стать врачом. Кардиологом...
Я не выдержал и начал плакать, а Себастьян прижимал мою руку к себе и зацеловывал тыльную сторону ладони.
Мы сидели так.
Я не мог успокоиться и рыдал как пятилетняя девченка.
И я знал, что это все Себастьян, благодаря ему я не буду умирать один.
Умирать...
Я впервые могу даже в уме произнести это слово. Оно больше не наводит на меня несметный ужас. Я знаю, что его никому не избежать. И оно рано или поздно настигнет всех нас.
- Себастьян...
Я приблизился к нему и обнял его. Он за это короткое время стал для меня таким родным.
- Помоги мне...
Эти два слова настолько тяжелые для меня. Я никогда в жизни не позволял себя такого счастья как произнести их. Я считал, что они для меня не позволимы.
Зачем мне, тому кто умрет нужна помощь, я ведь никто.
Но теперь я понимаю, что я нуждаюсь в ней, нуждаюсь в опеке, нуждаюсь в заботе.
- Я помогу, я обещаю.
Он коснулся губами моего лба и исчез.
В палату ворвалась та самая медсестра, которой я отказал.
Я смотрел на нее сверху вниз, заведомо зная, что у нее больше возможностей чем у меня.
- Прости...
Это слово как тонна камней, которые упали с моих плеч.
Она взглянула на меня и улыбнулась. Той самой глупой и безобидной улыбкой, этим она напомнила мне мою сестру.
- Я понимаю.
Она присела рядом и протянула мне чашку с супом.
- Вы должно быть не любите больничную еду. Это я сделала сама, кушайте.
Я посмотрел на поданный мне поднос с парой кусочков хлеба, чашкой супа, и вкусно пахнущим чаем с лимоном.
Слеза прокатилась по моей щеке, и я начал запихивать это себе в рот.
Ведь последний раз, когда мне готовили что-то домашнее, был пятнадцать лет назад.
Я умело это все в два счета и вызвал у девушки смех. Такой непринужденный и милый.
Она молча вытерла салфеткой мой рот и взяв поднос вышла из палаты, грустно напоследок улыбнувшись.
А я лег на кровать, и на мгновение понял, что это первый и последний раз, когда мой сон будет спокойным.
Проснулся я от легкого поцелуя в губы.
Себастьян стоял склонившись надо мной и смотрел на меня своими горящими в темноте глазам.
Они горят, значит уже глубокая ночь.
Они горят значит время пришло.
Он протянул мне руку и я взялся за нее, а позади меня послышался сплошной писк аппарата.
Вот как он это делает.
Ты исполнил свое обещание, ты помог мне...
Я и он остановились перед дверьми лифта.
Себастьян смотрел на кнопки и нажал ту, что ведет наверх.
- Наверх?
Мой вопрос показался мне глупым. Но я все же задал его.
- Ты готов вечность быть заточенным в этих больничных стенах вместе со мной? Каждый день видеть смерть? Не иметь возможности общаться с живыми? Ведь единственный с кем ты будешь говорить это я. Ты хочешь этого?
Он повернул свою голову ко мне и я увидел блестнувшие слёзы. Как я могу с ним расстаться? Ответ прост. Никак.
Долгий и страстный поцелуй, а после звук оповещающий о том, что лифт доехал.
Двери металлического цвета разъезжаются в разные стороны и белый свет на секунду ослепляет меня, а Себастьян тянет меня внутрь.
И уже после того, как мы зашли он отвечает на мой заданный вопрос.
- Демон знает кто я, но наверху со мной знакомы.
Ослепительная улыбка, и я отвечаю на его вопросы, на которые ответ был очевиден с самого начала.
- Всегда был готов...