Семь дней

Утренние лучи солнца еще не успели пробиться сквозь плотные шторы, когда резкий трель мобильного нарушил сон альфы. Зи нехотя привстал, его взъерошенные после ночных грез волосы рассыпались по подушке. Недовольно щурясь, он посмотрел на дисплей — звонил его секретарь Ли.

— Господин Зи, доброе утро! Прошу прощения, что беспокою так рано, — раздался в трубке взволнованный голос Ли. — У меня потрясающие новости! Партнер с Пхукета, с которым мы вели переговоры, только что подтвердил согласие на наши условия! Он готов прибыть и подписать договор в ближайшее время.

Зи потер глаза, отгоняя остатки дремоты. В груди вспыхнула искра возбуждения от новостей о выгодной сделке. Но почти сразу же его окатила волна разочарования при мысли о том, что теперь вряд ли удастся увидеться с Сейнтом сегодня.

Кивнув самому себе, Зи произнес в трубку:

— Прекрасно, Ли. Помести партнера в приоритет и подготовь все документы к подписанию в ближайшее время и пришли на электронку отеля. Я немедленно выезжаю.

Поспешно расставшись с секретарем, альфа откинул одеяло и встал с постели. Взгляд Зи упал на прикроватный столик, где лежал конверт для писем и сообщений, подготовленный обслуживающим персоналом отеля.

На мгновение забыв о деловых хлопотах, он взял конверт и вытащил оттуда лист бумаги.

Альфа побрел к письменному столу, аккуратно разворачивая  лист и, подумав о том, что это невероятно романтично — записка вместо звонка или сообщения. Улыбнувшись своим мыслям он приступил:

«Сейнт,

Утро выдалось мучительно долгим, ибо я не мог избавиться от навязчивых мыслей о тебе. Твой чарующий образ не покидает меня ни на миг — твои соблазнительные изгибы, манящие губы, опьяняющий аромат, от которого кружится голова.

Знай, мой дорогой, что этот день будет для меня сущей пыткой из-за вынужденной разлуки с тобой. Каждая клеточка моего тела будет тосковать по твоему присутствию, твоему теплу, твоему дыханию совсем рядом.

Увы, у меня появились дела и мне нужно отлучиться на день. Но мысли мои будут витать вокруг тебя, окутывая тебя воздушным саваном. Быть может, ты ощутишь мое смятенное томление издалека?

Прошу, подари мене возможность искупить мою вину завтрашним вечером. Может быть, сходим в кино? Я предвкушаю минуты, когда сумрак зала будет играть чарующими бликами на твоем прелестном лице. Выбери фильм на свой вкус.

До последней минуты этого изнурительного для меня дня буду упиваться грезами о тебе, твердя, будто молитву, твое имя. Больше ничего не вправе сказать, но ты и сам все прекрасно понимаешь.

Неизменно твой,
Зи»

Альфа перечитал текст и смял записку. Это совсем не просто… Да ещё и получилось как-то старомодно… Будто писал минимум граф!

— Так… попробуем снова. — альфа на секунду задумался.

«Сейнт,

Не могу выкинуть тебя из головы с самого пробуждения. Твой образ стоит у меня перед глазами — твои соблазнительные изгибы, заманчивые губы, рождающие мечты о поцелуях, твой дурманящий аромат.

Предвкушая весь день, что не увижу тебя, чувствую почти физическую тоску. Руки сами тянутся обнять твое стройное тело, запечатлеть на твоей шее порочные поцелуи. Мысли о прикосновениях к твоей шелковистой коже сводят меня с ума.

Вынужденный отлучиться по делам, я безмерно сожалею, что не удастся наблюдать твою чарующую красоту сегодня. Но знай, каждая минута будет наполнена лишь одним желанием — оказаться рядом с тобой вновь.

Умоляю, позволь мне наверстать упущенное завтра. Может быть, проведем вечер в кино? Буду с упоением следить за твоими реакциями и томными вздохами в темноте зала. Выбери фильм на свой вкус.

До самого конца этого мучительного дня буду мечтать лишь о твоих жарких объятиях, сводящем с ума дыхании и лёгких стонах наедине.

Ты свел меня с ума, омега.

Весь твой,
Зи»

Он снова и снова вчитывался в строки и они будто отталкивали его.

— Да что с тобой не так, ! —  Ещё одна записка летит в мусорное ведро.

Зи выдыхает и берет новый листок в руки

" Сейнт,

Прошу меня извинить, но сегодня по причине срочных деловых вопросов мне необходимо будет отлучиться из отеля. Предположительно я смогу вернуться лишь за полночь. К сожалению, это не позволит нам провести это время вместе, как мне того хотелось бы.

В связи с этим хочу предложить вам следующее: не могли бы мы встретиться завтра и сходить в кино? Пожалуйста, выберите фильм на ваш вкус, любой удобный для вас сеанс. Я полностью полагаюсь на ваш вкус в этом вопросе.

Буду с нетерпением ожидать нашей встречи.

P.S. Сейнт, признаюсь, уже сейчас я начинаю ощущать тоску по вашему присутствию и вашей улыбке. Мысли обо том, что мне придется пропустить сегодня встречу с вами, не дают мне покоя.

С уважением,  Зи»

Быстро, не перечитывая, он кладёт записку в конверт, со спеша передать ее служащему отеля.

Поджидая курьера, он нервно прохаживался по комнате, теребя манжеты халата. Будто какая-то сила против его воли толкала альфу на это безрассудное и столь нетипичное для него поведение.

В глубине души Зи все еще не осознавал, что это была любовь — нежное, трепетное чувство, впервые посетившее его бесстрастное сердце благодаря неежному и прелестному Сейнту. Но подсознание уже шептало альфе, что расставание с этим удивительным омегой будет подобно невыносимой пытке.

****

Звонок по фейстайм раздался, когда Сейнт еще наслаждался восхитительным видом из окна своего номера. Омега щелкнул по иконке входящего вызова, и на экране появились счастливые лица его близнецов — Эмили и Зака.

— Папочка! Папочка! — услышал он взволнованные возгласы детей, перебивающих друг друга. — Ты не поверишь, куда нас вчера водил мистер Мо!

Сейнт не мог сдержать широкой улыбки, глядя на их искрящиеся глазенки и порозовевшие щечки. По одному их виду было ясно, что дети пребывают на вершине счастья.

— Он отвез нас на дискотеку! На самом берегу реки, прямо на песке! — звонко вещала Эмили, а Зак дополнял:

— Да, и там были ди-джей, огромные колонки и надувные шары! Мы прыгали, танцевали — было так весело!

Эмили шутливо погрозила брату пальчиком:

— Но Зак нечаянно наступил на один шар и проколол его! Мистеру Мо пришлось заплатить…

Сейнт рассмеялся, любуясь своими маленькими проказниками, и попытался слегка образумить детей:

— Вы только не слишком уж донимайте бедного мистера Мо своими шалостями! Ему уже не 20 лет, позвольте ему хоть иногда отдохнуть.

В этот момент в дверь постучали, и курьер из обслуживающего персонала вручил Сейнту конверт с запиской от Зи. Сердце омеги забилось чаще при одном лишь взгляде на аккуратный почерк альфы на лицевой стороне.

— Ладно, мои хорошие, бегите резвитесь дальше! Я вечером  позвоню вам, — попрощался Сейнт с детьми.

Отключив экран, омега поднес конверт к лицу и глубоко вдохнул — кажется, ему почудился головокружительный аромат Зи, от чего он трепетно закрыл глаза, погружаясь в воспоминания.

Сейнт сидел на открытой террасе своего номера, и пил травяной чай наслаждаясь потрясающим видом. Перед ним раскинулся бирюзовый залив, чьи лазурные волны лениво накатывали на белоснежный песчаный берег. Ветерок приносил запахи соли, пряных специй и экзотических цветов, создавая упоительную смесь ароматов.

Вдали высились стройные пальмы, кроны которых слегка колыхались на легком бризе. Омега с упоением вдыхал этот дивный тропический коктейль, посматривая на письмо от Зи, лежащее рядом на столике. Официальный конверт так и манил пробежаться взглядом по строчкам.

Отпив еще глоток бодрящего напитка, Сейнт наконец вскрыл конверт. Безукоризненно-ровные буквы начала письма легли перед его взглядом. Омега нахмурился, пробегая первые формальные строки о неотложных делах альфы. Будто ожидая чего-то большего, Сейнт едва сдержал разочарованный вздох.

Но прочитав финальную приписку, его сердце смягчилось и растаяло. Сдержанные, но невероятно трепетные слова Зи заставили что-то стянуться в груди омеги. «Сейнт, признаюсь, уже сейчас я начинаю ощущать тоску по вашему присутствию…» Эти слова точно завибрировали в нем отзвуком надежды и нежного томления.

Сейнт отставил чашку и откинулся на спинку плетеного кресла, мечтательно закрыв глаза. Ресницы затрепетали, когда перед его мысленным взором нарисовалась сцена: полумрак кинозала, альфа сидит совсем рядом, от него веет чарующим, дурманящим ароматом. Их плечи случайно соприкасаются, и Сейнт чувствует знакомое тепло его тела.

Фантазия увлекла омегу дальше: на экране разворачивается напряженный эпизод, и Зи инстинктивно накрывает руку Сейнта своей ладонью. Пальцы альфы чуть сжимаются, будто успокаивая омегу. Прикосновение обжигает, посылая волну дрожи по всему телу. Сейнту приходится зажмуриться, чтобы не выдать своего смятения громким вздохом…

Наваждение развеялось так же внезапно, как и нахлынуло, оставив омегу в разгоряченном состоянии медленно осыпающегося возбуждения. Открыв глаза, Сейнт судорожно сглотнул и снова перечел приписку Зи, ощущая, как сердце учащенно забилось, а щеки залил румянец. Рука сама потянулась к письму, едва не комкая хрупкий лист в порыве нежных чувств. То, что альфа испытывал к нему, было очевидно — и сладкая истома разлилась по телу омеги при осознании их взаимной привязанности. Он затрепетал в предвкушении следующей встречи, которая сулила стать настоящим испытанием.

***

Сейнт решил погрузиться в атмосферу тропического рая с головой. После волнующего утра с письмом от Зи, он жаждал ощутить всю прелесть Пхукета, упоительный вкус этого чудесного острова.

Первым делом омега отправился на сеанс традиционного тайского массажа. В уединенной бамбуковой хижине с бумажными ширмами его встретила хрупкая массажистка с добрыми глазами. Приглушенный свет и благовония создавали успокаивающую атмосферу, а масло для массажа источало дивный аромат жасмина, кокоса и имбиря.

Сейнт разделся до пояса и опустился на жесткий футон, а умелые ручки массажистки принялись разминать его мышцы, проводя словно волшебные пассы от макушки до стоп. Омега постепенно погрузился в состояние негу и полного расслабления. Жесткие нажатия сменялись мягкими, плавными движениями. Под мерный стук деревянных палочек о футон перед его мысленным взором то и дело всплывал образ Зи.

По окончании сеанса массажистка сложила руки в молитвенном жесте, с улыбкой произнеся: «Саваsdee, кхуап». Сейнт поклонился в ответ и, расплатившись, вышел на улицу, чувствуя себя совершенно новым человеком — легким, отдохнувшим, готовым проводить день с чистой душой.

Из массажного салона он отправился прямиком на пляж поваляться под ласковым солнцем. Приобретя зонтик и матрас напрокат, Сейнт расположился у самой кромки воды. Волны лениво накатывали у его ног, оставляя россыпь белоснежной соленой пены. Омега прикрыл глаза и погрузился в забытье под шум прибоя и крики чаек. Минуты ленивого отдыха у воды текли одна за другой…

Омега лениво провел весь день, плавая, загорая и гуляя по огромному пляжу. И только когда солнце начало клониться к закату, Сейнт решил, что настала пора подкрепиться. Он освежился в душе, облачился в свежую яркую гавайку и направился к набережной, откуда доносились ароматы специй и веселый гул голосов.

По вечерам здесь устраивался фестиваль уличной еды под открытым небом. Десятки киосков с ярко окрашенными зонтиками и провансальской мебелью выстроились вдоль набережной, образуя причудливую мозаику красок, запахов и огней. При каждой жаровне шеф-повар с татуированными руками лихо орудовал ножами и лопатками, готовя изысканные блюда на глазах у посетителей. Манящие запахи жареного кокоса, рыбы в остром соусе, обжаренных бананов и тропических фруктов сводили с ума.

Сейнт неспешно прогуливался вдоль рядов лоточков, прислушиваясь к зазывным речитативам продавцов и рассматривая яркие товары. Казалось, весь этот калейдоскоп цветов, звуков и ароматов слился воедино в какой-то пьянящий круговорот. Омега с восторгом внимал этим многоголосым зовам жизни, витавшим в вечернем тропическом воздухе.

Наконец, он сделал выбор и присел за плетеный столик у одного из лоточков. Не успел Сейнт озвучить заказ владельцу, как перед ним уже разложили целый импровизированный стол. Румяные креветки с хрустящей корочкой из трав и панировочных сухарей, изысканные утиные языки в сладком соусе хойсин, шашлычки «муйкхинг» с ароматным рисом и овощами, свежий манго, кусочки папайи и драконьего фрукта в кокосовом молоке. Сейнт и не заметил, как его рот наполнился слюной — столь аппетитно все выглядело и пахло.

Омега принялся с упоением пробовать все эти удивительные блюда, открывая для себя фейерверк новых вкусов. Креветки отзывались теплой пряностью и солоноватыми нотами моря. Утиные языки таяли во рту, дарив богатые терпкие ноты. Кусочки рыбы в панировке из нежнейшего кокосового хлеба были просто божественны! А охлаждающий десерт из сочных фруктов и орехов в чудесном лакомстве благополучно завершил пиршество.

Насытившись, Сейнт прогулялся вдоль береговой линии, впитывая в себя теплый вечерний воздух и шум набегающих волн. Электрические фонарики на столбиках отбрасывали на песок причудливые арабески из теней, переливаясь всеми оттенками синевы.

В этот миг омега ощутил себя по-настоящему счастливым и свободным. Как будто океан подарил ему силы для новых перемен, для новой жизни. Сейнту больше не хотелось разочаровываться и разбрасываться впустую, он жаждал  — чувств, эмоций, ощущений. И, быть может, альфа Зи смог бы стать для него тем, кто откроет дверь к этому новому прекрасному миру…

Омега вновь коснулся пальцами записки от альфы, словно хранилища бессмертной надежды. А через миг отбросил эти мысли прочь и устремил свой взор к далеким морским просторам, открывая душу переменам…

****

Зи вернулся в свой номер к одиннадцати. Изнурительный деловой день подошел к концу, однако обычная усталость как-то не приходила к альфе в этот раз. Он ощущал странное томление, какое-то необъяснимое смятение в груди.

Стянув с себя официальный костюм, Зи прошел в ванную комнату и встал под упругие струи воды. Вода приятно омывала его тело, снимая напряжение рабочего дня. Казалось бы, полное расслабление должно было настигнуть альфу под действием контрастного душа, но нечто терзало его изнутри, не давая покоя.

Выйдя из душа, Зи поспешно натянул шелковые домашние брюки и рубашку. Он опустился на кровать, откинувшись на подушки, однако сон не шел. В памяти одна за другой всплывали картины дня: офисное здание его партнера, заводские цеха, утомительные переговоры с юристами и, наконец, деловой ужин в шикарном ресторане.

Всё как обычно, ничего нового, ничего захватывающего. Но в душе альфы разливалась необъяснимая, почти физическая тоска. Это чувство казалось таким незнакомым и непонятным для самоуверенного Зи, привыкшего всю жизнь чувствовать себя хозяином положения и добиваться всего желаемого.

После ужина партнер предложил альфе развеяться в одном из кварталов развлечений Пхукета. Зи согласился, ибо в его привычном распорядке такие предложения воспринимались как нечто необременительное и доступное. Однако, оказавшись в окружении полуодетых омег с томными взглядами и зазывающими улыбками, Зи впервые почувствовал себя некомфортно. Воспоминания о череде таких же однотипных омег из прошлого, которые всегда были рады разделить с ним кровать, нахлынули со странным чувством неприязни.

Как никогда отчетливо альфа осознал пустоту и бессмысленность подобных связей. То, что раньше казалось обыденным фоном его жизни, в этот раз воспринималось Зи как нечто неуместное и даже отталкивающее. В его голове неотступно вспыхивал один и тот же образ — нежные черты Сейнта в мягком свете свечей, его ласковая улыбка и воздушная фигура в танце.

Зи поймал себя на мысли, что ни за что не хотел бы видеть своего омегу в обществе таких же фривольных особ из увеселительных кварталов. Сейнт был совершенно иного полета — хрупкий, невинный, окутанный дымкой некой строгости и трепетной чистоты.

В альфе снова проснулось неведомое до Пхукета чувство — ревность. Острая, почти болезненная ревность овладевала им при одной мысли, что Сейнт может взглянуть на кого-то другого. Он желал обладать этим прелестным омегой без раздела, упиваться его красотой и грацией в одиночестве.

Эти душевные метания совершенно сбили Зи с толку. Ранее в его жизни не было места странным переживаниям и сомнениям. Альфа всегда четко знал, чего хочет и как этого добиться. Но внезапно все представления о жизни разом перевернулись с ног на голову. Зи сидел на кровати, бессильно запустив пальцы в волосы, пытаясь постичь, что же с ним происходит…

Он метался в постели, словно загнанный зверь. Груз незнакомых ранее эмоций давил на него нестерпимой тяжестью. Воспоминания о сегодняшнем дне сменялись витиеватыми грёзами, в центре которых неизменно парил воздушный образ Сейнта.

В конце концов, альфа не выдержал — он вскочил с кровати, издав рокочущий рык раздраженного хищника. Напряженными шагами Зи пересек комнату и вышел на просторную террасу, ведущую к бассейну и пляжу.

Ночной воздух был наполнен ароматами тропических цветов и солоноватой свежестью моря. Зи жадно втянул его ноздрями, пытаясь успокоить свои расшатавшиеся нервы. Взгляд его сразу же упал на стоящее недалеко бунгало, едва различимое в ночной полутьме. В окнах полыхали отсветы огня, возможно, омега не спал.

Неведомая сила словно повлекла Зи к тому светлому кругу, и он последовал ее зову, не раздумывая. Ночной воздух остудил его разгоряченное тело, но жар в груди лишь разгорался ярче.

Зи замер у самой двери, ведущей в номер Сейнта, готовый постучать. Но тут шторы отъехали в сторону, и он буквально задохнулся, впившись взглядом в прекрасный силуэт омеги. Сейнт стоял к нему вполоборота, освещенный мягким сиянием ночников. Его кожа сияла в этом свете, словно бархатный персик, капли воды стекали по шее, ныряя за ворох халата, после недавнего душа. При каждом вдохе и выдохе шелковая ткань чуть раздувалась, обрисовывая совершенные изгибы тела.

Заметив темную фигуру у входа, омега вздрогнул и обернулся. Их взгляды встретились…

Миг — и все вокруг померкло для Зи. Лишь огромные глаза Сейнта и изящные черты его лица сияли в полумраке будоражаще и прекрасно.

Не в силах сдержать порыв, альфа решительно постучал в дверь, жестом призывая Сейнта открыть. Омега приблизился, и через мгновение прозрачное стекло уже не разделяло их.

Зи протянул руку, одним плавным движением увлекая Сейнта на балкон. Они застыли лицом к лицу под лунными лучами, освещавшими мир таинственным сиреневым сиянием. Не сводя горящего взгляда с омеги, Зи взял его за обе руки и прильнул лицом к его шее, жадно втягивая сводящий с ума аромат.

— Если бы я не увидел тебя сегодня… я не уснул бы этой ночью, — едва слышно прошептал альфа, обжигая кожу Сейнта горячим дыханием.

Омега вздрогнул, его зрачки расширились, а на щеках заиграл румянец смущения. С трудом сглотнув, он приоткрыл рот, желая что-то сказать, но так и застыл в этом порывистом движении.

Огромные ладони Зи скользнули по его рукам, остановившись на талии. Сейнт вздрогнул, боясь пошевелиться. Окутанный головокружительным ароматом альфы, он не в силах был сдержать желание прильнуть к его груди ближе. Медленно, словно во сне, альфа обвил рукой талию Сейнта и привлек его к себе.

Между их телами не осталось ни миллиметра свободного пространства. Кровь в жилах вскипала от нестерпимого желания, голова шла кругом, по коже пробежал сладкий озноб. Казалось, вот-вот искра вожделения сожжет их обоих в пылающем огне.

Сейнт запрокинул голову, не в силах противиться новым ощущениям.

Зи медленно склонился к Сейнту, их губы разделяли лишь несколько вздохов. Ноздри альфы жадно ловили каждую молекулу опьяняющего аромата омеги, его грудь вздымалась всё чаще и резче в предвкушении. Руки Сейнта судорожно сжимали шелковую ткань рубашки Зи, по спине омеги пробегала сладкая дрожь от нарастающего чувственного напряжения.

Когда казалось, что вот-вот последует самое главное, в глазах Зи вдруг полыхнуло нечто первобытное, безумное и жаждущее. Он не мог более сдерживаться. Альфа резким движением притянул Сейнта ближе, впившись своими губами в его манящие уста.

Поцелуй был жарким, страстным, исступленным. Зи терзал губы омеги, слегка прикусывая их и лаская языком. Сейнт застонал в этом поцелуе, обвивая руками шею альфы и отвечая с не меньшим пылом. Они сплелись в единое целое, опьяненные вожделением и невероятной близостью друг к другу.

Тела содрогались от нахлынувшего наслаждения, волны которого прокатывались по ним одна за другой. Казалось, весь мир сузился до размеров этого крошечного балкона, где двое влюбленных отдавались безумной страсти.

Однако спустя несколько мучительно-сладких мгновений Сейнт оторвался от альфы. Сделал шаг назад, глядя на него. Он очень сильно хочет продолжения … слишком сильно. Но что останавливает его.

Альфа смотрит с нежностью в ответ. Его грудь тяжело вздымалась, глаза ярко блестят от вожделения.

— Я рад, что вы пришли. — тихо шепчет омега. — И… доброй ночи? — будто спрашивает.

Обхватив ладонями лицо Сейнта, альфа скользит языком по его припухшим губам и отпускает.

— Доброй ночи, мой бесценный, — с упоением шепчет он и, развернувшись, решительным шагом направился прочь, оставив Сейнта замирать в сладостной неге и головокружении.

Ноги омеги подогнулись, и он едва успел уцепиться за перила, не в силах осмыслить произошедшее безумие. Сейнт провел рукой по опухшим от страстных поцелуев губам, на которых ещё дрожали отпечатки жарких уст альфы.

В его душе расцвела надежда, что подобные испепеляющие ласки ещё не раз повторятся. А но то, что он больше не остановит альфу испугавшись в самый последний момент он не надеялся, он был в этом  уверен.