Глава 16 - Утро после
Солнце безжалостно пробивалось сквозь шторы, режа глаза яркими полосами. Сонхун сидел за кухонным столом, сжимая в руках кружку с чёрным кофе, и думал только об одном: зачем я вчера пошёл за ним?
Он ещё чувствовал боль в руках — Ники оказался тяжелее, чем выглядел. Каждая ступень до его квартиры была испытанием, а ещё эти его бессмысленные разговоры на полпути, стоны, как будто он умирает... Сонхун сжал зубы и отпил кофе.
Дверь в спальню скрипнула. На кухню, словно буря после урагана, ввалился Ники. Волосы в разные стороны, футболка перекошена, глаза красные, а на лице — ухмылка, будто он только что выиграл Олимпиаду.
— Ну что, герой вчерашней ночи, — хрипло начал он, облокачиваясь на косяк, — благодарности принимаешь деньгами или... продуктами?
Сонхун медленно поднял взгляд от кружки.
— Ты... — он выдохнул, но сдержал мат, — ты хоть понимаешь, в каком состоянии был?!
Ники сделал пару шагов, схватил со стола стакан с водой и одним глотком осушил. Потом сел напротив, закинув ногу на ногу, и лениво улыбнулся:
— Ну, я же дошёл, не умер. Всё норм.
— Дошёл?! — Сонхун чуть не подпрыгнул на стуле. — Ты бы умер, если бы я не пришёл, идиот! Ты падал каждые две минуты! Я тебя тащил! Тащил, понимаешь?! А ты ещё умудрился мне на ботинки блевануть!
Ники рассмеялся. Смех у него был всё тот же — громкий, немного психованный, будто он издевается над всем миром. Но через секунду он скривился и зажал виски.
— Оу... потише, Сон, голова сейчас реально взорвётся.
— Так тебе и надо, — рявкнул тот, отодвигая кружку, чтобы не расплескать. — Сам виноват. Кто тебя тянул пить с этими... как ты их назвал? «Братья по духу»? Ты даже их имён не помнишь, наверное.
— Зато они помнят, что я весёлый, — ухмыльнулся Ники, но голос был сиплый, усталый.
Сонхун тяжело выдохнул. Хотелось ударить его подушкой, чем угодно — лишь бы вышибить эту идиотскую улыбку. Но вместо этого он встал, подошёл к шкафчику, достал таблетки и швырнул их на стол.
— Пей. И воды налей.
— О, забота, — протянул Ники, ловко поймав блистер. — Ты же говорил вчера: «Ненавижу тебя, Ники, свалил бы ты с этой планеты».
— И до сих пор так думаю, — буркнул Сонхун, наливая ему воду.
Тот проглотил таблетку и откинулся на спинку стула. Некоторое время они молчали. На кухне слышался только тиканье часов да приглушённое гудение холодильника.
Сонхун снова сел напротив и упёрся ладонями в стол.
— Скажи честно, ты что, специально себя угробить решил?
Ники прищурился, улыбка стала тише, но не исчезла.
— Да ну, просто вечер удался.
— Удался?! — Сонхун чуть не сорвался на крик. — Ты выглядел так, будто через минуту сдохнешь! Я, блин, думал скорую вызывать!
— И всё равно не вызвал, — хрипло усмехнулся Ники. — Потому что знаешь — я живучий.
— Ты тупой, — отрезал Сонхун, вставая. — И неблагодарный.
— Эй, — Ники поднял руку, как будто сдаётся, — спасибо, ладно? Реально. Ты мой герой. Можешь теперь требовать подношения. Хочешь, на коленях встану?
Сонхун резко обернулся, сверля его взглядом.
— Если не заткнёшься, я тебя реально вышвырну в подъезд.
Ники тихо хмыкнул, но больше не шутил. Он взял кружку с недопитым Сонхуном кофе, сделал глоток и поморщился.
— Горько, как моя жизнь.
— Вот именно, — пробормотал Сонхун, забирая кружку.
Они снова замолчали. Но теперь тишина была другой — не натянутой, а... странно спокойной. Сонхун налил себе ещё кофе, кинул взгляд на Ники: тот сидел, опустив голову, ковырял ногтем столешницу, будто вдруг устал не только телом, но и всем своим «пофигистом».
Сонхун хотел спросить, зачем он так живёт, но сдержался. Не его дело. Они друзья, а не родители и дети.
— Короче, — он допил кофе и поставил кружку в мойку, — ещё раз так напьёшься — я тебя точно брошу на улице.
— Не бросишь, — без сил усмехнулся Ники. — Ты же добрый.
Сонхун покосился на него, но промолчал.
Через минуту он всё-таки взял бутылку воды, поставил перед ним и сказал тихо:
— Пей. Потом спать.
Ники посмотрел на него и впервые за утро улыбнулся не нагло, а по-настоящему тепло.
— Ладно, Сон. Спасибо.
Сонхун ничего не ответил. Просто вернулся к своей кружке и сделал вид, что увлёкся новостями на телефоне.