2
— Папуля, — произносит Тоюн с набитым ртом.
— Сначала пережуй, а потом говори, — просит Чимин, складывая продукты в контейнеры для еды.
— А Юнги пойдёт с нами? — спрашивает Намиль, наблюдая, как брат очень быстро пытается переживать всю еду.
Выглядело это очень смешно, тот набил себе полные щеки и никак не мог ее протолкнуть. Хотелось потыкать в эту натянутую щеку пальцем и посмотреть, как из брата вырвется наружу еда. Но мальчик решил, что выглядеть это будет омерзительно и поборол свои желания поиздеваться над братом.
— С чего бы ему идти с нами? — удивляется Чимин и даже оборачивается к детям, чтобы увидеть их лица. — И он вам хен. Где ваше уважение?
— Ну, он же вчера тебя выручил, — выдаёт Нам, а Тоюн кивает активно головой. — Во-о-от, мы подумали, что было бы прикольно его взять с собой и отблагодарить таким образом.
— Ой-ли, отблагодарить ещё одним днем с вами, такая себе благодарность дети, — проговорил омега, возвращаясь к своему делу, хихикая от надутых мосек детей. — Думаю всё дело в том, что он вам пообещал. Решили не слезать с него пока не сводит вас к себе на работу?
— Пап, ну чего ты всё портишь, — прожевал наконец-то Тоюн и выдал умную фразу. — Он нам понравился, прикольный такой.
— Второй раз уже слышу от вас прикольно и это явно не спроста, — так же умно проговорил Чимин. — Вот вы прям очень хотите его пригласить?
— Ага, — захихикали близнецы и в унисон закивали головами.
— Хорошо, мы предложим ему, но если он скажет нет, вы отстанете от него. Может он вообще на работе, — согласился Чимин, что он теряет.
Дети воодушевлённые идеей захомутать в свои шебутные лапки следователя, спрыгивают с диванчика и бегут к двери. Чимин тяжело вздыхает, надеясь, а он и сам не знает на, что надеется. С одной стороны ему не очень хотелось чтобы кто-то ещё был в их семейный день, но с другой стороны было желание познакомиться поближе с таким мужчиной.
— Папочка, быстрее, — требуют дети и вылетают на лестничной площадку.
— Надо закрывать дверь на ключ, — делает себе пометку Чимин и следует за малышами.
Маленький ладошки барабанят в соседскую дверь, а Пак думает, хоть бы он не прибил их, но не останавливает. Дети улыбаются от уха до уха и радостно стучат в своём ритме не давая возможности проигнорировать. Юнги резко открывает дверь, а дети чудом успели отскочить от неё, чтобы не задело.
— Юнги- хен, пошли с нами в парк, — радостно вопят дети и улыбаются самой милой своей улыбкой.
Взлохмаченный альфа смотрит ошалелым взглядом на малышей, омегу, что стоит позади них и скорость улыбается. Мужчина в одной футболке и трусах, стоит перед семьёй Пак и не сразу понимает, что вообще от него хотят. Хотя надавать по ушам хулиганам хотелось.
— Это что теперь ваша привычка меня будить в такую рань? — хриплым голосом спрашивает Юнги и очень громко выдыхает воздух со своих лёгких.
— Мы всегда рано встаем, ты разве не слышишь нас, через смежные стены? — хмыкает Чимин, рассматривая накаченные ноги Юнги.
— Нет, у меня скажем так звукоизоляция от соседей, — хмыкнул Мин, понимая, что его в наглую так рассматривают и он очень даже не против.
— Юнги-хен, парк, — пищат альфочки, возвращая внимание мужчины к ним.
— Какой парк? Я вам этого не обещал, — снова брови старшего ползут к переносице, прокручивая в своей голове вчерашний день.
— Не обещал, это мы тебя зовём в парк на пикник, — говорит Тоюн, а Намиль кивает головой на слова брата.
— Это потому, что я пообещал вас сводить к себе на работу? Решили держать поближе к себе? — спрашивает Юнги, а в ответ получает понимающий хмык от омеги.
— А ты не так плох, — произносит Чимин. — Но вообще если не занят, мы могли бы прогуляться. У тебя ведь выходной? Назовём это благодарностью за то, что ты вчера за ними присмотрел.
— И поэтому я в благодарность получаю ещё один день с ними, — хохотнул Юнги, а в глазах омеги плясали задорные огоньки. — Но я не против. Через сколько я должен быть собран и что с собой брать?
— Сколько тебе нужно, хен? Мы уже собирались выходить, — спрашивает Намиль, хотя сами дети стоят ещё в пижамах, только Чимин был одет в коричневые спортивные штаны и кофейного цвета футболку, где был изображён Мики Маус.
— О, ну раз вы уже собрались выходить, то мне стоит поддержать ваш флешмоб и пойти в своей пижаме, — говорит Юнги, сделав вид, что задумывается над этим всерьёз, чем вызывал смешок у омеги.
— Хен, но твои ноги голые, — удивлённо произносит Намиль, указывая пальчиком на голые ступни мужчины.
— В таком виде тебя не пустят! — восклицает Тоюн, а Чимин размышляет когда это его такие маленькие детки, стали такими умненькими и хитренькими. В кого это они такие?
— А вас в пижамах пустят? Я думал у нас флэшмоб такой, приди на пикник семьи Пак в пижаме. Кстати, Чимин, ты не по фен-шую одет, мы в пижамах идем, — ворчит шутя Юнги, вырывая из размышлений омегу.
— О, правда, тогда мне стоит переодеться? — почему-то с этим человеком Чимин неуклюже флиртовал, но по глазам напротив было понятно, что ему весело.
— Э, но это любимый папочкин костюм, — неуверенно тянет Намиль, смотря на папу.
— Думаю, он может пойти и так, у нас будет фен-шуй альф, — не совсем понимая, что такое это фен-шуй и с чем его едят, говорит Тоюн, чем вызвал у старших смех.
— Так дело не пойдёт, вы тоже идёте в костюмах, чтобы удобно было. Думаю у тебя есть пол часа точно, эти молодые люди ещё даже постель не застелили, — с улыбкой сказал Чимин.
— Окей, что мне с собой взять? — спрашивает Юнги.
— Себя и хорошее настроение, остальное мы уже приготовили, — мягко улыбаясь, произносит Чимин. — А вы двое идите одеваться и застелить постели, Юнги быстрее вас соберётся и уйдёт.
— Что-о-о? — закричали дети и рванули домой, чтобы опередить старшего.
— Я правда не помешаю? — уточняет Юнги, когда дети скрылись за дверью.
— Мы ведь тебя приглашаем, конечно, нет, — ответил Чимин и тоже скрылся за дверью.
Юнги стоит с открытой дверью и улыбается, думает, что вчера вечером ведь мечтал поспать подольше, а теперь он снова встал рано и ещё пойдёт в парк.
— Тыщу лет там не был, — бубнит под нос Мин и идёт собираться. — Возьму ещё чай в термосе и в магазин надо зайти.
Ровно через пол часа Юнги стоит перед соседской дверью, откуда слышно, как дети упрашивает Чимина о чем-то. Альфа одет в спортивный костюм, решил поддержать семью Пак и выбрать такой же наряд. И плюс удобно же, они явно будут активны, не хочется, чтобы что-то мешало ему. Он нажимает на звонок и ждет, когда ему откроют.
— Идем, — кричит омега и дверь открывает Намиль.
— Мы почти готовы, Тоюн не хочет одевать свои кроссовки, — пыхтит ребенок.
— Я просто хочу пойти в новых, — возмущается Тоюн, обиженно топая к двери, где стоял Юнги с его братом.
— Ну они новые и их лучше обуть в город там, — пожимает плечами Мин.
— Вот, слышишь, что тебе уже два взрослых человека говорят, ты же сейчас старые догробишь и будешь уже со спокойной душой уничтожать новые, — пытается спокойно объяснить сыну Чимин. — Намиль, ты уже обулся?
— Да, папочка, я готов, — ребенок так ярко улыбнулся, что его глаза превратились в щелочки.
— Умница, тогда мы готовы, — кивает Чимин. — Сейчас возьму сумку и можем идти.
— Мы же в парк, что возле нас находится? — спрашивает Мин, когда второй ребенок тоже стал возле него.
— Ага, там есть крутая площадка, — кивает Тоюн.
— А еще озеро и можно покормить уток и посидеть на травке, — делиться Намиль.
— Посидеть на травке это хорошо, — радуется Мин, что будет шанс сесть. — Давай мне.
Предлагает Юнги, когда омега выходит из кухни с объемной сумкой. Чимин ее передает старшему и мягко улыбается в знак благодарности. Альфа говорит, что им необходимо зайти в магазин, на что сразу же получает тысячу предложений, что Чимин уже все упаковали и в этом нет необходимости. В итоге они еще идут в магазин.
В парк они заходят шумной компанией, ведь дети начали спорить, где им лучше сесть. Тоюн хотел недалеко от площадки, а Намиль ближе к озеру. Юнги думал, как раньше он не слышал этих споров и криков. А потом вспоминает, что он уходит на работу рано и приходит поздно, ведь никто же дома не ждет, чего спешить то.
— Хён, ну скажи же, что возле площадки лучше, — дергает за руку Тоюн и умоляет альфу стать на его сторону.
— Не уверен, я бы предпочел сесть на травке возле озера в тишине. А ты что думаешь Чимин? — спрашивает Юнги у омеги, что улыбался лучикам солнца.
— Тишина это хорошо, — кивает Пак.
— Папа, — возмущенно кричит Тоюн, а Намиль хихикает держа папу за руку. — А на площадку мы что не пойдем?
— Пойдем, сейчас можете пойти побегать, а мы пока посидим на лавочке, а после пойдем к озеру и перекусим, идет? — предлагает Чимин.
— Отличная идея, — поддерживает Юнги, за что получает мягкий взгляд и улыбку.
— Нам побежали, — кричит Тоюн вырываясь из руки папы.
— Только осторожно, — кричит им вдогонку омега, но малышня даже ухом не повела, они уже видят игровую площадку.
— Они такие активные, — говорит Юнги, провожая их взглядом. — Присядем?
— Да, давай, — кивает Пак и они идут к лавочке с которой видно детей.
— Может ты что-то хочешь? — предлагает Мин, вытянув ноги и откинув спину на лавочке, мужчина наблюдает за двумя маленькими вихрями, что летали по площадке.
— Неа, надеюсь, они никого не собьют, — бубнит Чимин, так же смотря на своих детей.
— Как ты с ними только справляешься, — восхищенно произносит Юнги.
— Ну, сначала было тяжело, сейчас уже полегче, да и они у меня смышленые, — пожимает плечами Чимин и внимательно смотрит на профиль альфы.
— Можно вопрос личного характера? — спрашивает Мин, но голову к омеге не поворачивает, хотя этот изучающий взгляд на себе чувствует.
— Давай, — кивает Пак.
— Где их отец? Не пойми неправильно, — начал было объяснять Юнги, но его прервали.
— Все нормально, — успокоил Чимин. — Он где-то далеко. Мы не были женаты, никаких измен или что-то такого. Просто поняли, что жить вместе не сможем и нам лучше разойтись, чем мучать и себя, и детей. Правда, я думал, что он не откажется от них или хотя бы будет изредка в их жизни. В итоге, мне пришли документы, что он отказался от своих детей. Пока мальчики маленькие им хватает меня, но думаю они уже задумывались, где их отец. Когда-то они меня об этом спросят и я не буду лгать.
— Мда, как можно было отказать от таких чудесных чертят, — усмехается по доброму Юнги. — Он идиот, раз думает, что поступил правильно.
— Кто знает, да и все равно мне на это. Когда он ушел было тяжелое время, не в том плане, что я переживал об этом, а в том, что мне с детьми пришлось работать. Я тогда уже работал, но зарплата была маленькой для нас троих. ТэТэ, мой друг, предложил рискнуть с одним делом и я согласился. Ни дня не жалею об этом, — рассказывает Чимин. — А ты Юнги? Почему ты один?
— Работа, — просто ответил Мин. — Когда учился были отношения, но они сошли на нет, когда я устроился работать. Получал я тогда немного, работы было на троих, а выполнять все это приходилось мне. Как ты понимаешь, омега не выдержал и ушел. Не виню его, сам бы поступил так же, но выбора у меня не было. Нужно было зарекомендовать себя с хорошей стороны, да и повышение просто так не дают.
— Но ты и сейчас много работаешь, — почти шепотом произносит Чимин. — Я иногда допоздна не сплю и люблю посидеть на балконе, видел, как ты возвращался домой.
— А к кому мне спешить? — задает такой банальный вопрос Мин. — Пустая квартира не то, куда ты стремишься после работы. Вижусь с друзьями, помогаю им с их сыном, но работа это все, что у меня есть.
— Ну теперь у тебя еще есть мы, — пожимает плечами Чимин, как само собой разумеющееся.
— Да, теперь и вы, пойдешь с нами ко мне на работу? — спрашивает Юнги и смотрит прямо в глаза омеги.
— А мы не помешаем тебе? — уточняет Чимин и закусывает губу.
— Я же предлагаю, — хмыкает Мин. — Та и начальник я или кто? Скажем, что у нас день открытых дверей.
— Ах-ха-ха, — засмеялся Чимин над последней фразой. — Открытые двери для семьи Пак. Звучит мило, а?
— Очень, учитывая, что двери в мой дом уже открыты для вас, — хмыкает Юнги и переводит взгляд на площадку, откуда стали доносится визги.
— Тоюн, Намиль, — закричал омега и подорвался на ноги.
Юнги вскочил следом за Чимином и рванул за ним, где стремительно разворачивались события. Мальчишки дрались. Дети кричали, плакали, но продолжали как-то наносить удары другим. Они крепко сжимали волосы своих противников и катались по земле.
— Что же это такое, — причитали недалеко женщины, но разнимать не спешили.
Родители детей, что были внутри этой потасовки пытались подступиться, но никак не могли ухватить кого-то и оттащить. Чимин уже хотел было ринутся к сыновьям, но Юнги остановил его, поймав за локоть и сам пошел разбираться. Мин без раздумий схватил за шкирки двух детей, что навалились на других и отдал старшим их. Дети трепыхались, пока альфа разнимал их и передавал родителям, чтобы утихомирил.
— Тоюн, Намиль, — рыкнул Юнги, когда альфа взбунтовал, что дети даже не прекращали драться.
Близнецы с мокрыми глазами не отпускают волосы других мальчишек и крепко сжимают их в своих маленьких ладошках. Но рычать своими милыми голосками они прекратили, теперь просто смотрят на Юнги и ждут чего-то.
— Отпустили детей, — сказал тяжелым голосом Мин и смотрит недовольным взглядом, что детям пришлось отпустить остальных.
Близнецы подходят к папе, который стоит с перепуганным лицом и смотрит на детей с широко раскрытыми глазами. Вокруг люди шушукаются и качают головой, но ему сейчас не до этого.
— Что произошло? — тихо шепчет Чимин, падая на колени перед своими детьми и прижимает их к себе.
— Это ваши дети? — раздается писклявый голос сбоку, даже не дав сыновьям что-то сказать.
Близнецы прижимаются своими носиками к шее папы и хватаются ручками за его футболку. Чимин поднимает голову на подошедшую омегу и смотрит снизу вверх.
— Мои, — отвечает Пак, поглаживая спинки детей.
— Ваши хулиганы устроили драку, хотя чему я удивляюсь, видимо нагулял и сам такой же, — заверещала женщина, а Чимин немного опешил от таких претензий.
— Нагулял? — удивленно спросил Пак, таращась на эту истеричку.
— Так все знают, что ты одинокий, да и слишком юный, — хмыкнула та, крепко держа за руку своего ребенка, которому досталось.
— Ну за юного спасибо, конечно, бабуля, — вставая с колен, ухмыляется Чимин. — Вот вы вроде замужем, а что ж недотраханая такая?
— Что-о-о, — запищала та, явно не ожидавшая такой наглости. — Да как ты смеешь, я сейчас полицию вызову.
— Так она уже здесь, — позади нее стоял Юнги и спокойно смотрел на нее. — Вот только это ваш сын начал и это ваш сын оскорблял детей, разве не так? Вон те девушки свидетели того, что тут было. Так может это вас нужно воспитать для начала, а уже потом детей вам давать?
— Да как ты смеешь?! — заверещала омега. — Защитник нашелся, да ты знаешь кто мой муж?
— Нет, не знаю, но я знаю, кто я и этого достаточно, — пожал плечами Мин и подходит к семье Пак. — И вот вам стоило бы извиниться, ведь ваш ребенок обижает многих детей здесь и мы молчать не будем. Понятно? Еще раз узнаю, что вы или ваш ребенок оскорбляет эту семью, будем говорить уже в другом месте и с вашим мужем тоже. Ясно выразился?
— Пойдем, милый, — развернулась женщина и потянула ребенка за собой. — Мы в это болото больше не придем. Хамло неотесанное.
— Спасибо, — говорит Чимин, подходя ближе к альфе.
— Предлагаю пойти на травку и перекусить, — сказал Юнги, а семья Пак последовала за ним.
Дети идут молча, но крепко держат руку папы. Они все идут на травку к озеру, где было не так много людей, что странно, место ведь чудесное. Юнги расстилает теплое покрывало, достает термос, лоточки и разные пакеты с едой, что он купил в магазине.
— Прошу вас, — указывает на плед Мин и садиться на один угол.
— Спасибо, — говорят дети и падает на покрывало.
Близнецы скинули обувь и забрались с ногами туда, усаживаясь в позе лотоса. Чимин опустился так же на землю.
— Итак, расскажете, что это было? — начинает Пак, передавая Юнги влажную салфетку, а сам начинает вытирать ладошки и личика детей.
— Он с нами в садик ходит, — бубнит Тоюн.
— Пока не вижу связи, — вздыхает омега, обтирая личико Тоюна.
— Он и в садике обижает вас, да? — спрашивает Мин, смотря за этой картиной.
— Ага, узнал, что у нас только папа и начал доставать, — отвечает Намиль. — Пап, можно уже кушать?
— Можно, — кивает Пак. — А мне почему не сказали, что вас обижают? Я бы с воспитателем поговорил.
— Мы что ябеды или что? — негодует Тоюн, жуя бутерброд.
— Юнги, — протягивает альфе бутерброд Чимин, следя чтобы все были с едой, мужчина сам приступает к перекусы.
— Спасибо, — кивает Мин и принимается за еду. — Обращаться к папе за помощью это не ябедничать. Вы еще дети и папа несет за вас ответственность.
— Я очень надеюсь, что вы впредь будете мне рассказывать все, а потом мы будем решать это вместе, — просит Чимин. — Может вас на секцию какую-то записать?
— Я бы хотел на рисование, — сразу же сказал Намиль.
— А я бы на тихвандо, — радостно сообщил Тоюн.
— Тхэквондо, — исправил Юнги, а в голове понимает, насколько же дети разные, но в тоже время у них было что-то такое общее.
— Вот на него, — соглашается ребенок и берет огурец, чтобы похрустеть им.
— Я подумаю, как это все совместить, — предлагает Чимин, а в голове делает пометку все разузнать об этом.
— Но мы же были крутыми, да? — спрашивает Тоюн, когда у них воцарилось молчание и все молча ели и наслаждались природой.
— Да, — говорит Юнги и хмыкает, когда глаза омеги удивленно расширяются. — Что? Они же защищали себя и тебя. Альфы же защитники.
— И что? Можно же сначала поговорить, а потом уже и кулаками махать, — пыхтит Чимин.
— Согласен, жаль, что разговоры не всегда помогают, есть очень тупые люди, — отвечает Юнги.
— Пап, можно уточек покормить? — спрашивает Намиль, жуя пирожное.
— Ты уже покушал? — спрашивает Чимин, нежно смотря на своих жующих деток. Получив утвердительный кивок, он поднимается. — Тогда пошли. Тоюн, Юнги идете с нами?
— Да, — одновременно произносят альфы и омега не сдерживает себя смеется с их удивленных лиц.
— Альфы, такие альфы, — хихикает Чимин, когда они подходят к озеру, где было целое семейство. — Держите хлеб.
Каждый отламывает себе кусочки от буханки и начинает бросать мякиши в воду. Уточки долго себя ждать не заставили и приплыли к ним. Они с удовольствием поедали предложенную им пищу и громко пищали от радости. Эти звуки вызывали восторг у детей, да и взрослые не остались равнодушными.
— Пап, они такие крошки, — пищит Намиль с радостью наблюдавший за маленькими утятами.
— Да, вы тоже еще такие крохи, — с улыбкой отвечает Чимин, пока Юнги наблюдает за этими счастливыми лицами Паков.
В какой момент он ловит себя на мысли, что ему нравится эта шебутная компания. Дети активные и непосидючие, но почему-то именно это его и цепляет. С ними весело, отдыхаешь и наслаждаешься жизнью, которая уже давно стала обыденной и скучной.
— Ты чего завис, Юнги? — выводит из раздумий альфу Чимин.
— Наслаждаюсь видом, — отвечает мужчина.
— Ты вода, — вдруг кричит Тоюн и хлопает по ноге старшего.
— Догонялки, — вопит Намиль и уносится к пледу, Чимин посмеялся над вытянувшимся лицом мужчины и тоже сорвался с места.
— Ах так, — говорит Юнги и ухмыляется, срывается на бег следом на омегой. — Догоню ведь.
Семья Пак пискнула так мило и одновременно, что сердце Юнги пропустило удар, а по телу растеклась приятное тепло. Альфа бежал за виляющим по полянке Чимином и смеялся, как же нелепо тот пытался удрать от него. Дети хихкали наблюдая за этими догонялками, пока Мин не свернул и резко нагнал Намиля.
— Ты вода, — хмыкает Юнги и удирает прочь от орущего ребенка.
— Догоню, — вопит Нам и бежит за альфой, а потом за братом и папой, которые быстро убегает.
Чимин решает немного поддаться сыну и сбавляет ход, смеясь над счастливыми лицами детей. Но Намиль добегает к брату и передает ему должность воды. Тоюн стонет от неожиданности и срывается на бег. Он преследует папу, чтобы тот тоже побегал за ними. Юнги смеется от недовольного лица омеги.
— Ну почему за мной? — стонет Чимин, убегая от сына. — Я же твой папа, ты должен меня любить.
— Я люблю тебя, но ты должен быть водой, — кричит Тоюн настигая старшего.
— Не-е-ет, — кричит Пак, когда маленькая ладошка дотрагивается до ноги омеги.
— Папа водит, берегись, — вопит Намиль и уносит ноги подальше от папы.
— О, нет, Чимин нас догонит сейчас, — подтрунивает Юнги, стоя в стороне, пока омега догоняет близнецов.
— Беги, Юнги, — угрожает омега и меняет траекторию. — Я же догоню тебя.
— Попробуй, — дает добро Мин. — Но ты забываешь, что я регулярно занимаюсь спортом и это фигня.
— Ой ли, — задумывается Пак. — А я занимаюсь танцами и тоже могу быть быстрым.
— О, папочка садиться на шпагат, — говорит Намиль где-то в стороне, а Юнги почему-то представил насколько же гибкий омега.
— Догнал, — радостно произносит Чимин, дотрагиваясь до спины мужчины, а тот остановился на месте ощущая, как в нему прижались сзади и зашептали в самое ухо. — Неужели мой шпагат тебя выбил с колеи.
Губы омеги слегка прикасаются к уху альфы, пуская табун мурашек. Дети забрались на плед и снова что-то жевали, пока взрослые в сторонке что-то обсуждают.
— Разве возможно спокойно об этом думать, — хмыкает Мин, позволяя омеге втянуть свой феромон в легкие. — Пойдем к детям, а то я бы их так надолго не оставлял.
— Ты вкусно пахнешь, Юнги, — сказал Чимин, ощущая легкий аромат кофе с апельсином. — Верно мыслишь.
— У тебя тоже прекрасный аромат шоколада, — тихо произносит Мин, когда они возвращались к пледу, где дети что-то обсуждали свое.
— Итак, еще чуть-чуть посидим и будем собираться, кому-то уже пора спать, — говорит Чимин и пьет сок.