10
Хосок еле закрыл чемодан, в который уместил самые необходимые ему вещи, затянул конструкцию пряжками и отставил в сторону. Весь воздух был пропитан невесомой пылью, что оседала в лёгких при каждом размеренном вдохе и вылетала на выдохе, рассеиваясь в прохладном воздухе.
В квартире уже практически пусто. Завтра будет совершенно. Ни следа Чона ни в его апартаментах, ни в Сеуле, ни в Корее. Он уедет сразу же, как только на его телефон придёт уведомление о зачислении заработной платы.
А что дальше?
Об этом Хосок думать не хочет. Закрывает глаза...
В голове пролетают станции метро, вот он уже сидит в самолёте и взмывает в небо. В никуда. Навсегда. Шагает в глубокий синий океан, задержав дыхание. И до самого дна...
Уже воскресный полдень, и Хосок немного волнуется. Звонит Доёну.
- Тебе уже пришли деньги?
- Да,- отвечает Доён,- всему отделу уже заплатили.
Чон нервно барабанит тонкими длинными пальцами по столу. Он подождет до пяти вечера. Будет ходить по пустым комнатам, пытаясь отвлечься от давящей пустоты.
Рано или поздно не выдержит и позвонит в финансовый отдел:
- Извините. Это Чон Хосок из отдела логистики. Я по поводу зар...
- Кто? Чон Хосок?
- Да.
- Извините, но нам пришло указание сверху не выдавать вам зарплату.
- Что? Что вы такое говорите? Кто сказал?
- Директор Ким. Сегодня выходной, но он ещё у себя в офисе. Вы сможете его застать, если поторопитесь, и обсудить этот вопрос лично.
- Я понял, спасибо.
«Конец вызова». Швыряет телефон на кровать. «Значит, так он решил поступить. Значит, это его месть. Значит, так он...».
Хосок хватает куртку и выходит из дома.
«По сообщениям синоптиков, на Сеул сегодня обрушится ливень такой силы, какой в последний раз наблюдался 20 лет назад. Рекомендуем вам провести этот вечер с вашими самыми близкими...».
Чон поднимается на этаж, где находится офис Кима. Секретарши на ресепшене нет, свет в фойе отключен. Без стука открывает дверь.
Тэхён, снимавший пальто с вешалки, обернулся на шум и увидел перед собой своего ангела. Чистого, светлого, мягкого. Промокшего до нитки, дрожащего не то от злости, не то от холода.
- Я честно отработал здесь месяц! Почему ты так поступаешь? Мне нужны эти деньги. Или просто хочешь, чтобы я унижался и ползал перед тобой на коленях, выпрашивая хоть одну вону?
Тэхён, как ни в чём ни бывало, продолжал застёгивать пальто, отвернувшись к окну.
- Я к тебе обращаюсь! Посмотри на меня!
Ким затягивает ремень и, повернувшись в сторону Чона, мягко улыбается.
- Скажи, чтобы мне выдали зарплату, пожалуйста. Разве так сложно? Хочешь, чтобы я, и правда, встал на колени перед тобой?
Тэ складывает какие-то документы со стола в папку, закрывает её, кладёт в свой кейс.
- Тэхён, услышь меня... Это моя последняя просьба...
Ким долго перебирает ключи в связке, чтобы найти тот, что от кабинета, находит, а затем, проходя мимо Чона, берёт того за руку и выводит из кабинета, закрывает дверь.
- Мы идём в финансовый отдел?- с надеждой спрашивает Хосок.
- Здание компании закрывается через пять минут,- спокойно отвечает Ким, и, разобравшись с дверью, вновь берёт запястье Кима и ведёт его за собой. Они спускаются вниз, проходят главный холл и выходят из здания. Уже темно. И ливень. Ужасный ливень.
Тэхён разжимает руку дрожащего парня, но лишь для того, чтобы достать свой большой чёрный зонт, который, раскрывшись, укроет их обоих.
- Встань ближе, чтобы снова не промокнуть.
Хосок молча делает лёгкий шажок в сторону Кима, и они вместе выходят из-под навеса и рассекают собой сумрак вечера.
- Куда мы идём?- спрашивает Чон, а сердце его, бьющееся триолями, готово выпрыгнуть из груди.
- Куда ты хочешь, чтобы мы пошли?
Хосок пробегает вперёд, не позволяя Тэхёну идти дальше.
- Тэхён, что ты делаешь? Просто...
- Я дам тебе деньги. Твоя зарплата у меня. В машине.
- Ты врёшь.
- Ну, раз ты не хочешь денег...
- Тэхён, зачем ты...
- Садись,- Тэ кивает парню на машину, и Чон, беспомощно задыхаясь, отворачивается от Тэ и садится на пассажирское сиденье. Ким оттряхивает зонт, кидает его на кожаную обивку сзади, сам за руль и заводит машину.
- Зачем ты заводишь мотор? Просто отдай деньги здесь, и всё. И я уйду.
- Я вдруг вспомнил, что оставил деньги у себя дома. Придётся поехать ко мне...- вздохнул Тэ, словно бы его это тяготило, на деле же тихонько улыбнулся и заблокировал двери ровно в ту секунду, когда Хосок хотел потянуться к ручке, чтобы выйти.
- Делаешь меня заложником?- скрипит зубами Хосок, пытаясь не заплакать.
- Именно,- говорит Тэ и выезжает с парковки.
- Я получу деньги и уйду,- Хосок отворачивается и смотрит на пёстрый вид за окном. Он не понимает, капли дождя так плотно застилают стекло, или же его глаза полны солёной влаги.
Тэхён включает радио, делает звук чуть громче, а там, на радиоволнах, слышится голос:
«...мне так хочется иметь своё море,
чтобы топить в нём всё,
Но в итоге забываю об этой мысли.
Это настоящее море?
Или может синяя пустыня?
Я не понимаю,
слышу ли вокруг себя звуки волн?
Я, действительно, не понимаю,
я всё ещё гоняюсь за песчаной бурей или нет?
я не понимаю, что это:
море, пустыня, надежда или отчаяние?
Всё это правда или выдумка?
Чёрт...» [BTS - Sea]
Они подъезжают к особняку Тэхёна, Хосок тут же выскакивает из машины, словно его собирались запереть там навечно.
- Пойдём,- говорит Тэ.
- Я подожду тебя тут. Вынеси деньги, и я уйду.
- Хосок,- Ким обходит машину, вновь берёт парня за руку и тянет за собой,- Я должен тебе кое-что рассказать.
- Тэхён, давай не будем говорить ни о чём, пожалуйста.
Тэ пропускает Чона вперёд, и они проходят в зал.
- Сними одежду, я принесу сухую.
- Мне нормально.
- Разденься и сложи одежду рядом с батареей, так быстрее просохнет.
Тэ переодевается и несёт Хосоку одежду.
Чон на диване, прижав ноги к себе. Тэхён видит в нём маленького испуганного ангела, которого хочется приласкать и вылечить раны.
- Водолазку тоже сними,- кивает Тэ на предмет гардероба, от которого Чон никак не хочет избавляться.
Ким подходит ближе и садится на пол перед Хосоком, нежно бёрёт поочерёдно тонкие лодыжки и надевает тёплые носки.
- Я могу сам,- вздрагивает Чон, и тогда Тэ оставляет ему штаны и свитер, а сам идёт на кухню.
Пока готовил кофе, как в старые добрые времена, Хосок появился в проёме.
- Тэхён...- протянул он,- У тебя нет, случайно, водолазки с высоким воротом?
- Есть,- кивает Тэ, замечая, как высоко друг натягивает свитер широкой вязки.
- Одолжишь, пожалуйста...
- Зачем?
- Я не могу сказать... Но я верну, будь уверен.
- Как я могу быть уверен, если ты уже взял одну и не вернул?
- Разве?- спросил Хосок, потупив взгляд и пытаясь припомнить, когда такое было.
- Тебе вредно много пить.
- К чему это ты?
- Слишком много болтаешь о чувствах, и щёки твои горят...
- Не надо, о чём ты...
И вдруг мозаика в голове Чона начала собираться, и, воспользовавшись этим замешательством, Тэ приблизился к парню и развернул его так, чтобы тот прижался спиной к стене. Испуганный взгляд Хоби метнулся на Тэхёна. Взгляд, умоляющий «Скажи, что это ложь, я не мог открыть тебе своих чувств...». Ким лишь вглядывался в глубины любимых глаз, поглаживая большими пальцами раскрасневшиеся щёчки.
- Прости меня за всё плохое, что я когда-либо делал тебе. Прости за слёзы. И за страдания. И за боль. И за недоверие. И за ревность. И за то, что не могу отпустить от себя, прости. Я так себя вёл, потому что не мог...кое-чего сказать. Боялся и был трусом. Но ты вселил в меня уверенность, и теперь я не хочу снова потерять тебя...
- Тэхён...- мотает головой Хосок, слёзы стекают вниз к подбородку, впитываясь в воротник.
- Я все эти годы. Все эти двадцать лет хотел признаться тебе в одном... В одном единственном...
Чон весь напрягся, тело его стало одной натянутой струной, он сильнее сжал рубашку на плечах Кима.
- Я люблю тебя.
Они так и не поняли, кто кого опередил в этих словах, кажется, это было произнесено одновременно, в едином выдохе, тут же поглощённом слиянием мягких губ. То, что так долго хранилось в секрете, больше не тайна.
С мокрых волос стекает влага, и Ким пытается испить её, чтобы защитить и спасти маленького беззащитного мальчика перед собой. Мальчика, у которого пальчики на ногах сжимаются и который отчаянно всхлипывает, отстраняясь на мгновение, а потом вновь и вновь погружается в океан чувств, захлестнувших с головой.
Открывшись перед Хосоком, Тэ окончательно понял, что именно этого не хватало ему долгие годы... Он был словно бы охотник, что жаждал заполучить самую желанную добычу. Словно волк, что нашёл мягкого пушистого кролика, дрожащего перед ним. Но этот волк... мягко гладит спину своего маленького кролика, зарывается в шею, зализывая места укусов, что были оставлены несколько дней назад.
Это хрупкое создание всё для него, он и сам весь для этого создания, стонущего от признаний в любви, что нашёптывает ему на ушко Тэхён.
- ...твоя кожа сводит меня с ума... твой вид заставляет меня страдать... будь моим... будь со мной всегда... не отпускай меня... не позволяй мне терять тебя... обними меня крепче, малыш,- облизывает ушко, а Хосок чуть ли не сгребает Тэ, оставляя синяки на его спине.
Они разрывают поцелуй и стоят друг напротив друга, соприкоснувшись лбами.
Говорят, мужчины не плачут. Это ложь. Скажите об этом всем, кто вам когда-либо произнесёт данную фразу. Плачет всякий человек, у которого есть чувства, у которого есть, кого терять, который силён духом настолько, что оплакивает даже малейшее проявление слабости в своей жизни. Слёзы не определяют пол.
Они пьют кофе, пытаясь прийти в себя. Пьют кофе, боясь разрушить чувства, что только что получили вербальную форму. Боятся очернить словами таинство любви.
За окном сильный ливень. Синоптики рекомендуют провести эту ночь с самыми близкими. И Тэхён с Хосоком жмутся друг ко другу под одеялом, вслушиваясь в музыку ливня, что доносится из открытого окна.
___________________
надеюсь, тебе понравилось, мой дорогой читатель❤️