О, мой призрак.

 Когда я прибыл в дом Чжаня, мы беседовали в гостиной с Яньли и Чэном. Я ещё раз объяснил им, что отныне буду сам заботиться о Чжане, потому что когда я понял, что Чжань один весь день и никто о нём не заботится, это чуть не разбило мне сердце.

Яньли сказала, что у них не было другого выбора. Им приходится так много работать, чтобы платить за аренду и обеспечивать уход за Чжанем. Я не стал упрекать Яньли, что видел её пьяной при первой встрече. Ведь это означало, что она нашла время выпить несколько стаканчиков, пока Чжань был совсем один весь день.

Но я также заметил во время объяснения Яньли Чэн не всегда соглашался с ней. По секрету он объяснил мне, что его старшая сестра очень страдает, видя Чжаня в таком состоянии, и что ей трудно находиться с ним. Вся семья всегда воспринимала Чжаня как счастливого, общительного человека, который никогда не мог усидеть на месте. А теперь он просто лежит и не двигается, и она не может этого вынести.

Более того, Чэн считает, что Яньли винит себя. Она думает, что это была её обязанность — защитить двух своих младших братьев. А не быть защищённой Чжанем. Но что могла сделать эта миниатюрная женщина? Никто не вправе винить её. И она не должна винить себя. Кроме того, сейчас она всё равно ничего большего не смогла бы сделать для Чжаня.

В течение следующих нескольких дней я не отходил от Чжаня. Я позволил медсестре показать мне, как ухаживать за ним и на что я должен обратить внимание. Физиотерапевт показал мне, как тренировать мышцы, массировать и двигать его.

Я даже выяснял, какой крем или мазь лучше всего подойдут для пятен на его теле от лежания. Пятна выглядели плохо, потому я купил дорогой и очень хороший крем и ухаживал за его кожей. Я позаботился о том, чтобы он несколько раз менял положение в течение дня, и всего через несколько дней пятна на его теле выглядели лучше.

Совершенно рутинно, как профессиональная медсестра, я записывал каждую деталь в сестринской документации для его врачей. И после того, как я уже неделю ухаживал за Чжанем, его врач пришёл на плановый осмотр и похвалил меня. Он сказал мне, что я отлично забочусь о Чжане и что он выглядит намного лучше, чем раньше.

Кроме того, доктор заметил, что мозговая активность Чжаня увеличивалась, когда я держал его за руку и разговаривал с ним. Хотя он говорил, что это хороший знак, нам всё равно придётся ждать. Такой процесс может занять много времени. Но он уверен, что Чжань скоро сможет выйти из комы. Я испытал невероятное облегчение, услышав это из уст доктора.

Когда я заканчивал ухаживать за Чжанем, я много читал ему. В основном то, что его интересовало. Страшные истории о старых домах, дела об убийствах и тому подобное. Для этого я поискал дополнительные истории в Интернете, а затем собрал их вместе для Чжаня.

В последний раз я писал так много, когда ещё учился в университете. Я совершенно забыл, как весело было мне тогда писать эти объёмные тексты. Всё это возвращается ко мне теперь, когда я делаю это для Чжаня.

После того, как мой отпуск должен был закончиться, Яньли сделала для меня то, чего обычно не делала. Она написала справку для начальника, что я болен и в настоящее время не могу работать. На целых четыре недели. Поскольку она психиатр, мой босс может решить, что у меня психическое расстройство, но мне всё равно. Главное, что я могу быть с Чжанем.

После второй недели заботы о Чжане, я лежал рядом с Чжанем на кровати, держа его за руку и читая ему, когда заметил, что мой свитер натянулся. Сначала я подумал, что мне померещилось. Но потом я откинул одеяло в сторону и увидел, как рука Чжаня слегка шевельнулась.

Я сразу же позвал Яньли и Чэна, которые также увидели руку Чжаня на моём свитере, и он даже немного потянул меня за свитер. Конечно, это могли быть рефлексы его мышц. Но я уверен, что он привлекал моё внимание. Я был так рад этому, мы все были счастливы.

Я все больше и больше скучал по возможности нормально поговорить с Чжанем. Я начинаю забывать, как звучит его голос, его смех и его рычание, когда он сердился. Но я стараюсь не показывать, как сильно я страдаю. Это может плохо сказываться на процессе выздоровления Чжаня, он может чувствовать давление из-за этого.

Дни приходили и уходили без каких-либо дальнейших событий. Каждый день было одно и то же, от пробуждения до отхода ко сну, но это меня не беспокоило. Яньли теперь полностью доверяла мне, как и Чэн. Они даже уволили медсестру, а я полностью взял на себя заботу о Чжане. Мне не нравилось, насколько грубой она была, потому что спешила к следующему пациенту.

Однажды с довольно грубой мочалкой, теплой водой и крошечной каплей геля для душа она вошла в его комнату, просто перевернула его на живот, толкнув, и поспешно вымыла ему спину, которая после этого стала совершенно красной. Она также не пользовалась никакими средствами по уходу за его кожей. Когда я увидел, как она обращалась с Чжанем, я выгнал её из его комнаты и больше не пускал её к нему. Затем Яньли отослала её и проинформировала руководство персонала об отношении к пациенту.

Тем временем даже мои родители приехали навестить меня и, конечно же, Чжаня, спросив, могут ли они это сделать, и Яньли и Чэн согласились.

Мама привезла много пижам с забавными рисунками для Чжаня. Ей особенно понравились те, что с Губкой Бобом, и она купила три штуки. Она также купила много отличных средств по уходу за кожей и сразу же опробовала их на Чжане. Она рассказывала Чжаню о моём детстве и постоянно упоминала, каким я был непослушным. Она так мила с ним.

Отец сел рядом с Чжанем и взял его за руку.

— Мы с тобой еще не встречались. Этот маленький умник — мой сын. Он наш младший сын, он дерзкий, спортивный, умный, красивый, любящий и добросердечный человек. Но я уверен, что ты уже всё это знаешь. Мы очень гордимся им, хотя иногда ему нравится сводить нас с ума. Мы его очень любим и с нетерпением ждём встречи с тобой и узнаем, кто тот мужчина в жизни Ибо, который смог покорить его сердце. Обычно ему трудно впускать других людей в свою жизнь. Но ты, должно быть, произвёл на него такое сильное впечатление, что он даже заплакал, когда не смог тебе помочь и тебя больше не было с ним. А мой сын почти никогда не плачет. Так что ты кто-то очень особенный. И поэтому я действительно хочу узнать тебя получше. Но не позволяй себя торопить, хорошо?

После этого папа заключил меня в объятия и сказал мне, что Чжань очень милый и что он гордится мной за то, что я так забочусь о Чжане. И я был очень горд.

На следующий день мой брат тоже пришел навестить меня. Однако он больше смотрел на Чэна, чем интересовался мной или Чжанем. Я бы даже сказал, что ему было трудно оторвать взгляд от Чэна. То же самое происходило и с Чэном. Они продолжали обмениваться долгими и пристальными взглядами, которые явно выглядели как взаимный интерес. Что-то происходит?

Последние отношения моего брата закончились драмой. Его бывший не хотел мириться с расставанием и продолжал появляться у его двери, постоянно звонил ему, писал бесчисленные сообщения и письма. Впоследствии это зашло так далеко, что мой брат переехал и сменил номер мобильного телефона. Но его бывший снова его нашёл. Поэтому брат обратился в суд и получил судебный запрет.

Его бывший, однако, не соблюдал запрет на приближение, а затем даже вломился в квартиру брата. Он лег голый в кровать и стал ждать моего брата. Когда тот пришёл домой и застал бывшего у себя в таком виде, он вызвал полицию, после чего его бывший взбесился и попытался избить брата деревянной ложкой.

В конце концов, брат обрёл покой только тогда, когда родители его бывшего забрали своего сына и убедились, что он получил профессиональную психологическую помощь. По-видимому, он и раньше был не очень здоровым психически. Мне просто интересно, почему родители бывшего не предупредили брата тогда?

Что ж, я не возражаю, если у него с Чэном что-то получится. Чэн может быть немного темпераментным. Но он искренний, трудолюбивый и определенно не сумасшедший сталкер со страхом потери.

Я знаю от Яньли, что у неё есть отношения. Её парень даже сделал ей предложение. Но пока она отвергла предложение, потому что не хочет выходить замуж, пока Чжань всё ещё находится в коме. Я думаю, она могла хотя бы принять предложение. Никто не говорит, что она должна немедленно выйти замуж. Но, в конце концов, это её личная жизнь, и это всего лишь моё личное мнение.

На четвертой неделе ожидание того, что Чжань может проснуться, казалось, тянулось бесконечно. Ничего не менялось. Новых проявлений сознания не было, он ни на что не реагировал и, казалось, снова впал в глубокую кому. Он даже больше не реагировал на меня. Мозговые волны остались неизменными. Что только усугубило ожидание. Потому что возникла неопределенность.

Затем наступила пятая неделя, и жизненные показатели Чжаня внезапно резко упали. Нам пришлось вызвать врача скорой помощи, и Чжань был госпитализирован на неделю. Они обследовали его с головы до ног снова и снова. Но никак не могли понять, в чём дело. Один из врачей даже сказал нам готовиться к худшему.

Я был опустошен. Без шуток. Мы втроём, Яньли, Чэн и я, сидели у постели Чжаня и горько плакали. Вокруг нас пищало оборудование, а мониторы показывали что-то, чего я не понимал. Вдруг сработал сигнал тревоги. В палату вбежали медсестры и врачи, и там также был врач из Америки.

Они выкатили Чжаня из комнаты и куда-то повезли. Более чем через час нам сообщили, что американский врач собирается оперировать Чжаня. Но никто не сказал нам, почему.

Проходил час за часом, а мы больше не получали никакой информации. Мы просто сидели перед операционным залом и ждали. Никто из нас не сдвинулся с места. А потом, спустя почти девять часов, пришёл этот американский врач и сказал нам, что он кое-что заметил во время сканирования мозга. Конечно, это был объект, который давил на что-то в мозгу Чжаня, и раньше его всегда упускали из виду.

Врач удалил предмет, который оказался осколком стекла, из головы Чжаня. Это было лишь минимальное вмешательство. Но из-за того, что жизненные показатели Чжаня продолжали падать, им приходилось делать паузы. Они воздействовали на его мозг, и любая ошибка могла стать фатальной. Вот почему это заняло так много времени.

После операции Чжаню пришлось пробыть в больнице еще два дня. Его жизненные показатели пришли в норму, и нам разрешили снова забрать его домой. В тот день мы все рано легли спать, потому что были так измотаны после этой недели.

А на следующее утро, когда я проснулся, как обычно, лёжа рядом с Чжанем, я посмотрел на него и громко выдохнул: «О Боже!» Потому что Чжань смотрел на меня широко раскрытыми глазами.

Я повернулся к нему и взял его за руку. Он улыбнулся и сказал очень тихо хриплым голосом:

— Мой Ибо.

Я смеялся и плакал одновременно.

— Да, твой Ибо. Ты нашел меня, и теперь ты можешь оставить меня себе.

Чжань кивнул и выглядел счастливым. Он очень медленно поднял левую руку и коснулся моей щеки. Он правда сиял. В следующий момент я услышал Яньли.

— Это правда? Ты наконец проснулся?

Чэн тоже вошёл в комнату, и брат с сестрой были просто счастливы, что Чжань снова с ними. Всё ещё слаб, но проснулся!