Часть 16
Мать Блум, рыжеволосая Марион, отводит ребят в высокую башню – свое пристанище, укрытое защитным барьером от любого вражеского вторжения. Марион уверяет, что в башне ребята будут в безопасности и, более того, там она может попытаться спасти Ривена.
Убедившись, что с Блум всё в порядке, ребята в спешке отправляются в путь, оставляя разъяснение обстоятельств на потом.
Всю дорогу до загадочной башни они проводят в молчании, обессиленно шагая по рыхлому песку. Спешат, оставляя интересующие их вопросы не озвученными, потому что, со слов Марион, у Ривена было мало времени: медный браслет, заморозивший жизненные процессы специалиста, действовал недолго.
Муза шагала позади Ская, взвалившего на свою спину друга. Силы все еще не вернулись к ней, но Муза раз за разом взывала к ним, считывала чуть ощутимое тепло, исходящее от Ривена, и немного успокаивалась, понимая, что он всё еще здесь.
Внутри башня больше напоминала старую хижину, посреди которой горел большой костер, освещавший каменные стены, уставленные полками с изобилием склянок.
Скай укладывает Ривена на кровать, выстеленную соломой. Ребята окружают раненого специалиста полукругом, наблюдая за действиями матери Блум.
Марион подходит к Ривену, снимает браслет с его руки и разводит ладони под местом его раны. Ее глаза загораются призванной магией, она произносит неизвестное заклинание на древнем языке. Над животом Ривена вспыхивает шар огненной кипящей энергии. Муза поднимает брови, шепча:
— Огонь дракона?
Блум кивает, пожимая плечами. Марион направляет магическую энергию в Ривена, завершая свое заклинание. Тело специалиста дёргается и снова замирает.
Муза вздрагивает и подходит ближе к Ривену и Марион:
— С ним всё будет в порядке? — спрашивает она, обращая свою магию на специалиста и ощущая лишь холод. — Я не чувствую его.
— Я не знаю. Пламя Дракона излечит его тело, но... Теперь всё будет зависеть от того, хватит ли у него желания, чтобы вернуться сюда. Бывали случаи, когда исцеленные Огнем Дракона проводили остаток жизни в вечном сне. Наверное, есть что-то манящее в небытие.
Муза холодно кивает и без сил садится на стул, стоящий у подножья кровати Ривена. Она кладет руки на лоб специалиста, желая проникнуть в его разум, разбудить. Но магия ускользает от нее.
— Ты обессилена, Муза, — с участием произносит Стелла. И Муза замечает, как Блум бросает нее удивленно-вопросительный взгляд, на который лишь слегка поднимает брови. — Ривену есть за что бороться и он не из робкого десятка. Просто дай ему время.
— Я вам, конечно, благодарна, ребята, — говорит Блум, переводя взгляд на Ская. — Но не нужно было приходить за мной и подвергать себя опасности!
— Мы думали, что ты в опасности, —произносит Скай, не отводя стеклянного взгляда от раненного им друга. Даже не ощущая его чувств, Муза понимает, что светловолосый специалист искренне переживает за друга... Он в отчаянии, так же, как и она. А еще винит себя.
Муза снова прислушивается к эмоциям Ривена, пытается найти в них искорку жизни, надежду. Но от Ривена исходит лишь холод, нет привычного хоровода противоречивых чувств. Холод Ривена парализует и Музу, скручивая живот, парализуя легкие, теряя возможность дышать. Она закидывает голову на спинку стула и закрывает глаза, в которых вновь скопились слезы. Она медленно выдыхает струи воздуха, но всё равно не может прогнать от себя холод приближающейся смерти. Не открывая глаз, она с трудом прислушивается к диалогу.
— Но ты являлась ко мне, Блум, — бормочет отрешенно Скай, фея огня сжимает его руку. — Каждую ночь почти целый месяц я видел тебя во снах, чувствовал тебя, видел тебя скованной среди пылающего огня. Я думал, что схожу с ума.
— Но я в порядке, —пожимает плечами Блум.
— Что, конечно, очень здорово, — произносит Аиша. — Но что, черт возьми, тогда это было?
Муза сосредотачивается на разговоре.
— Кажется, Муза что-то говорила про Ская, — бормочет Флора.
— Да-да, —добавляет Терра, обращаясь к Музе. — Муза, ты же сказала, что чувствовала в Скае что-то странное, что-то от той Тени, что напала на школу.
Муза поднимает голову и сталкивается с вопросительным взглядом Ская. Она пожимает плечами и устало встает:
— Да, — говорит Муза, делая тяжелый вздох, снова призывая к себе чуть скопившуюся магию. — У меня есть идея.
Она подходит к Скаю, аккуратно кладет свою руку ему на плечо, надеясь, что телесный контакт облегчит проникновение в его разум. Муза призывает магию, точно зная, что ей нужно отыскать в голове Ская.
— Попробуй вспомнить те видения о Блум, — говорит она, и ее горло пересыхает.
Рыться в чужих воспоминаниях Муза еще не умела, но знала, что теоретически это возможно. Сейчас же она решила слегка облегчить свою задачу. Имея догадки относительно видений Ская, Муза решает сравнить эмоциональную энергию, исходящую от воспоминаний о страдающей Блум, с другими воспоминаниями.
Она прощупывает Ская, ее фиолетовые уставшие глаза замирают на голубых глазах специалиста. Она чувствует страх, отчаяние и столь знакомый ужасающий холод.
— А теперь вспомни... — прерываясь, произносит Музы, — вечер, когда ты убил Андреаса.
Скай сжимает челюсть, но не задает лишних вопросов. Муза с благодарностью кивает ему. Ей не хочется заставлять страдать Ская, но ей нужно было почувствовать его эмоциональную реакцию на другое тяжелое воспоминание, приносящее ему страдания.
Муза качает головой, когда лавина боли проносится сквозь нее. Она чувствует разбитость и опустошенность, но не чувствует самого главного: отпечатка холодной смерти.
— Я думаю, — говорит Муза, опуская руку и бросая быстрый взгляд на Ривена. Запинается. —Я думаю, что видения о Блум были ненастоящими, а внушенными той Тенью. Поэтому я чувствовала что-то странное в тебе, Скай.
Обессиленно Муза делает несколько шагов назад, падая обратно на стул и снова фокусируя свою силу на Ривене.
— Тень? — переспрашивает Марион.
— Да, мы узнали, что это существо называют приспешником Тьмы. Оно появилось в школе после того, как Блум ушла, — поясняет Аиша, и Муза чувствует, как внутри Марион нарастает напряжение.
Фея разума сосредотачивается на царящих в небольшой комнате эмоциях, впитывает их, пытаясь набраться сил.
— Что, мам? — спрашивает Блум, замечая напряжение матери.
— Зачем Тени нужно было внушать Скаю эти видения? — спрашивает Терра, хмуро оглядывая подруг.
— Чтобы открыть портал, конечно, — произносит Марион, судорожно облокачивая руки на деревянный стол с зельями. — И освободить своего хозяина.
Удивление и непонимание ребят проходит сквозь Музу, заставляя обратить внимание на разговор и отвлечься от попыток почувствовать живое тепло внутри обездвиженного специалиста.
— Его хозяин Валтор, — произносит Марион.
—Себатьян? — переспрашивает Аиша. —Но мы убили его.
— Нет, — отвечает мать Блум, и Муза чувствует дикий первобытный страх, просыпающийся внутри взрослой феи огня. — Себастьян, возможно, является лишь потомком Валтора, существа, тысячу лет назад созданного из Тьмы и Огня дракона. Его создали — Древние Ведьмы, предки Кровавых ведьм, с которыми вам прошлось сражаться в Алфее. Древние ведьмы думали, что с мощью Валтора они смогут покорить все измерения, и так оно и было. Валтор покорял Волшебные измерения, высасывал из них магию. Он вместе с Древними ведьмами, в поисках огня Дракона уничтожил нашу родную планету Домино, превратив ее в руины, что вы видите за пределами этих стен, — на несколько секунд Марион обрывается, вспоминая прошлое. — Собрав последние силы, мы с отцом Блум и другими феями создали по подобию разрушенного Валтором Домино измерение Омега, которое со временем стало называться Царством Тьмы. Мы использовали свои последние силы, чтобы заточить Валтора и выживших Древних ведьм, которые напали на вас сегодня, в Измерении Омега, самого же Валтора мы заточили здесь в ледяной глыбе навечно. Отец Блум погиб в той битве, а я была вынуждена остаться в этом измерении и закрыть портал.
На несколько секунд в пространстве повисает тишина, жгучая и тягучая.
— Значит, эта Тень служит Валтору, заточенному в Ледяной глыбе? —переспрашивает Флора, нервно сжимая локоть Терры.
—Да, — отвечает Марион. — Частица Темной силы Валтора осталась существовать в форме этой Тени вместе с Древними ведьмами, которых мы заточили в этом мире вместе с Валтором. Долгие годы они пытались высвободить Валтора из ледяного заточения, но... Единственное, что может разрушить лед, сковавший Валтора, находилось в другом мире. А если точнее, в королевстве Солнца.
— В Солярии? — переспрашивает Стелла.
— Да, — кивает Марион. — Только чистая магия Второго Солнца Солярии могла бы уничтожить чары, сковавшие Валтора. И что-то мне подсказывает, что Тень добыла энергию солярийского света.
— Но как? — переспрашивает Стелла. — Энергия Второго солнца постоянно охраняется тысячами гвардейцев... Если бы Тень добралась до него, то на всю Солярию опустилась бы Тьма.
— Чтобы разрушить созданные мною чары, достаточно лишь капли солнечной энергии Солярии. Не обязательно забирать всю солнечную энергию, достаточно лишь одной капли, например, той, что хранилась в качестве экспоната в королевском хранилище артефактов.
Муза опускает глаза в пол. Слова Марион эхом разносятся по комнате, Муза слышит их, пытается понять смысл и даже улавливает его... Но ничего не чувствует, так же как и не чувствует эмоций специалиста. Она поднимает глаза к потолку, пытается прогнать скопившуюся влагу. Впервые в жизни она думает, что предпочла бы ощущать дикую боль и разделить ее с Ривеном, чем раз за разом биться о стену пустоты и холода. Боль давала понять, что жизнь еще теплится в теле, что шанс есть, хоть и ускользающий.
— Вот черт, — ругается Терра. — Портал еще открыт...
Муза поднимает глаза на ребят, как будто только вспомнив, где она находится. Она бросает быстрый взгляд на Ская, замечая его отсутствующее выражение лица, сосредоточенное на друге, и Музе кажется, что она слышит его мысли и терзания: уж больно ситуация с Ривеном напоминает ситуацию с Андреасом.
Скай напряженно сводит скулы, Блум подходит ближе к матери:
— Ты уверена, что Тень его освободила? — спрашивает она.
Марион сжимает руку дочери и оглядывает остальных ребят, останавливая на Ривене взгляд чуть дольше.
— Надеюсь, что нет, — говорит она, быстро отходя в другой конец комнаты и хватая меч, — но времени нет. Я отправлюсь в пещеру, в которой был заключён Валтор... Но если его там нет, то... Боюсь, что он уже прошел через портал.
Блум подбегает к Марион, и Муза чувствует, как беспокойство и возмущение разгораются в юной фее огня. Она впитывает их в себя, ощущая, как магическая энергия постепенно восстанавливается.
Она ощущает царящие вокруг беспокойство и взволнованность, но сама... Чувствует лишь, что вот-вот может потерять что-то важное. С трудом выдыхая, Муза отрывает свой взгляд от неподвижной ладони Ривена и обращает внимание на Блум.
— Нет, мам, — произносит молода фея огня, — я пойду с тобой. Там небезопасно.
Марион проводит худощавой ладонью по щеке Блум и слегка улыбается. Ее хрупкая фигура источает силу, скрытую внутри.
— Нет, уж, — отвечает она, качает головой, и ее рыжие длинные волосы водопадом спадают по спине. — Я вернусь к утру. Наберитесь сил и отдохните, потому что если Валтор действительно оказался на свободе, то... Возможно, он уже захватил ваш мир. —Голос Марион звучит отчаянно, и Муза чувствует, что что-то страшное надвигается на них. Мать Блум добавляет, не двузначно смотря на Музу. — Лучше бы вашему другу прийти в себя, потому что если Валтор окажется на свободе, у нас не будет времени ждать, когда он очнется.