Ближе, чем незнакомцы

Эндрю уже третий день сжимает в руке телефон. Кажется, экран уже хрустел под пальцами, ровно также, как и сжатые зубы. Он пялился на аккуратные буквы на дисплее, пытаясь, то ли загипнотизировать жалкие несколько букв, то ли собирался с мыслями.

Эндрю не решался написать Нилу, потому что не знал как действительно это должно звучать: «Привет» - банально, «Давай потрахаемся» - прямолинейно.
Возможно, в их маленькой сделке и не нужно каких-то вычурных предлогов, чтобы предложить потрахаться. В конце концов, это именно то, из-за чего они продолжают общаться. Хотя и общением это трудно назвать; скорее, они оба лезут к друг другу в штаны.
И если для Эндрю эти своеобразные отношения что-то да значат, то для Нила - это просто хороший перепихон. Он вынужден согласиться, что сам влез в это дерьмо, однако, можно ли его винить?

Он устало вздыхает, проводя ладонью по волосам. Телефон покоится на стойке перед ним с зажженным экраном. На нем открыт общий чат, где в строке для набора текста тянуться бесконечные долгие-множества точек. Эндрю, действительно, пытается собраться с мыслями, которые безнадежно тонут в болоте - Нила Джостена. Никогда. Никогда у не было проблем, чтобы кого-то затащить в постель. Он, правда, ненавидит это чувство неопределенности. Он ненавидит рыжеволосую омегу.

Вы:
Сегодня в шесть вечера, да или нет?

Эндрю отправляет это сообщение с длинном вздохом. Раздражение росло быстрее, чем Нил бы успел ответить. Он не хочет признавать, что нервничает, потому что это не свойственное для него чувство. Эндрю вообще не хочет ничего признавать - просто пытается устроить себе отличный секс.

Джостен:
Привет.
Да, конечно.
Встретимся у бара или, может, я могу кинуть сразу адрес?

Блондин недовольно морщиться. Нил абсолютно не теряет времени, предлагает сразу приступить к цели их сделки. От этого осознания, хочется послать парня куда подальше. Эндрю необходимо сберечь себя от этого всепоглощающего солнца. Он как никогда уверен, что сгорит под его жаром. Еще чуть-чуть и от него ничего не останется; только груда пепла его костей и сожженной плоти. Некогда потухшие чувства вновь возгораются лишь от одной мысли о Ниле. Эндрю собирается добровольно отдать себя в жертву. Преподносит себя словно «ола» на пылающий алтарь. В конце концов, он всегда был склонен к саморазрушению.

Вы:
Кидай адрес.

***

«10» - квартирный номер Нила. Он висит ровно по середине на двери громоздкими цифрами. Эндрю приехал раньше нужного и уже стоит под дверью больше пяти минут. Он не стучал в дверь, не нажимал на весящий рядом дверной звонок, даже не оповестил парня о своем приходе - просто ждал.

Казалось, что мысли в его голове давно обрели определенный образ, ушла та абстракция, которая не давала сосредоточиться на одном. Образ омеги - правильный, сильный и очень четкий. Это пугает. Ему приходиться сильнее сжать кулаки и впиться ногтями в ладонь, чтобы вернуть рассудку трезвость.

Эндрю стучит два раза, думая, что этого достаточно, чтобы Нил смог услышать. Дверь распахивается практически сразу и на пороге показывается взлохмаченная макушка рыжих волос. Парень стоит весь такой домашний и абсолютно спокойный, в отличие от блондина. Раздражает его невозмутимость, потому что хочется знать, что на самом деле думает Джостен. Или не хочется. Он еще не решил, что хуже.

Внимание Эндрю быстро приковывает другое. Белый комок шерсти трется о его ноги, приветственно мяукая и, кажется, удивляет этим хозяина.

— Она очень гордая, — тихо выдает Нил, проходя в глубь квартиры, — даже мне в первое время не давала себя гладить.

Эндрю опускает взгляд снова на кошку, которая сидит около него в ожидании внимания. Он наклоняется, чтобы почесать ее за ухом, и подхватывая на руки, идет за парнем.

— Мы с ней слишком разборчивы, чтобы дать себя трогать просто так, — Эндрю говорит это спокойно, прикладываясь щекой к мягкой шерсти кошки. — У нее есть имя?

— Сэр.

— Сэр?

— Сэр Толстый Кот МакКэттерсон.

— У тебя проблемы с именами, ты в курсе? — Он стоит около гостиной, хмуря брови.

Нил пожимает плечами, как догадывается блондин, тот и сам в курсе этого факта.

— Она казалась довольной, когда я ее так назвал.

— Сэр, я думаю, что тебе стоит жить со мной, — Эндрю смотрит в голубые глаза кошки, которая ласково терла мордочкой его ладонь. Ему определенно хочется украсть ее себе. Возможно, и Нила тоже, об он потом подумает.

— Эй, это она решила со мной остаться. — он выглядел чертовски возмущено, чтобы блондина это позабавило.

Квартира у него была больше чем у Эндрю. Одна лишь кухня могла тягаться с половиной его дома. Все было обставлено минималистично, однако было и достаточно вещей, которые выдавали собой долгие годы прожитые тут. Гостиная с панорамными окнами была полностью завалена документами. Только диван более менее свободен, чтобы можно было не него сесть.

— Прости за беспорядок, я тут обычно работаю, — Нил почесал макушку, пока устраивал маленькую экскурсию гостю. — Я думаю, что мы можем посидеть на кухне или в комнате. Ты голоден?

— Да, — блондин перевел взгляд с комнаты на рыжеволосого, наблюдая, как тот мнется. — Мы можем начать с кухни.

Лицо Нила вспыхивает легким румянцем, он слегка улыбается, прежде чем направиться, как предполагает Эндрю, на кухню. Конечно избавиться от возбуждающих мыслей не получается, ведь они оба знают, чем в итоге все закончится.

— Я не очень хорош в готовке, может доставка? — Парень кладет на барную стойку внушительную стопку брошюр разных ресторанов и забегаловок, предлагая выбрать.

Эндрю переводит недоуменный взгляд с листков на не проницательное лицо Нила. Блондин больше чем уверен, что за все пять лет, омега и не пробовал готовить, питаясь лишь доставками.
Выбирать сейчас абсолютно не хочется, поэтому он просто тычет пальцем в одну из брошюр. Парень кивает, удаляясь в комнату делать заказ. Он возвращается быстро, оповещая, что еда будет в течение часа.

Эндрю отпускает недоумевающую Сэр на пол. Кошка жалостливо мяукает, пытаясь снова привлечь к себе внимание, однако успешно проигнорирована. Блондин припечатывает Нила к стене, удерживая за плечи и смотрит, как ему кажется, слишком откровенно, практически голодно. Омега выглядит удивленным, голубые глаза раскрыты, как и чуть полноватые губы. У Эндрю навязчивая мысль - укусить, оттянуть и целовать этот соблазнительный рот.

— Эндрю? — Нил выдыхает ему в губы, его голос срывается под конец, словно еще шаг и они оба сваляться в пропасть.

Блондин проходит взглядом по нервно дергающемся кадыку. Воспоминания тут же накатывают, как огромная волна цунами. Окунает его с головой в эти растлительные мысли.

[Эндрю держит Нила за шею, чуть надавливая и трахая глубоко, быстро. Омега сжимается вокруг него сильнее и срывается практически на крик, когда в очередной раз произносит его имя...]

Он теряет самообладания, впечатавшись в его губы резко и больно. Они ударяются зубами, однако не обращают внимание, целуясь глубоко и жарко. Язык Эндрю проскальзывает в горячий рот Нила практически сразу. Его металический шарик играется с чужим языком, выбивая одни лишь неприличные звуки. Он плавиться от жара, начиная распадаться на куски. Его тело не выдерживает - разум тоже.

Нил обворожительно скулит под сильным напором. Он хватается на широкие плечи Эндрю мертвой хваткой, потому что практически скатывается по стене вниз. Блондину приходиться отстраниться, чтобы оценить весь масштаб своей работы.
Кухня чертовски быстро провоняла ими. Сладкий запах Нила впивается в кожу, пробирается по венам, достигает головы и отпечатывается на задней части черепа жгучим клеймом.

— Выглядишь помято, — констатирует факт Эндрю, прежде чем снова приблизиться и провести дорожку поцелуев по длинной шее.

— И чья же это вина? — Нил дрожит, он шумно дышит, будто пробежал недавно милю.

Он снова накрывает его губы поцелуем, в этот раз медленным и тягучим. Тянет это сладкое удовольствие, смакуя чужой вкус на языке. Эндрю опускает руку к подтянутым бедрам, проводит по ним незамысловатым узором. Двигает ладонью ближе к паху, ощутимо нажимая и ловя чужой стон ртом. Однако оба сильно вздрагивают, когда раздается дверной звонок. Сэр недовольно шипит из другой комнаты и важно топает к двери; без ее одобрения никто в квартиру не пройдет.

Нил выглядит оттраханым. Лицо красное, волосы растрепанны, кое-где даже выглядывают яркие отметины, оставленные буквально несколько минут назад. Эндрю доволен, он одобрительно хмыкает, направляясь за своей едой.

— Я чертовски голоден, — выдает Эндрю, возвращаясь с пакетом.

Нил стоит растерянный, мнется на том же месте у стены и натягивает футболку ниже. Он смотрит на блондина неудовлетворенным взглядом. Эндрю забавит этот факт.

Они садятся напротив друг друга, чтобы поужинать, как оказалось, индийской кухней. Пока блондин был увлечен своим карри, омега ковырял свою порцию вилкой, жуя вместо еды свою нижнюю губу. Нил дергает ногой, поглядывая на своего гостя слишком откровенным взглядом.

— Пылишься, — Эндрю не смотрел на него, все так же насаживая себе на вилку курицу.

— Я думаю, что ты симпатичный, — абсолютно невозмутимо выдал омега. Он отложил свои приборы и бесцеремонно его разглядывал.

Он почти подавился куском курицы, но смог сдержаться, чтобы окончательно не потерять рассудок.

— Что?

— Ну, то есть, я считаю, хорошо, что именно ты был моим первым и все такое. Если не считать изнасилование, — Нил задумчиво чешет затылок, чтобы потом окончательно добить своего гостя. — Ты опытный и кажешься популярным. Я не очень хорош во всем этом, прос...

Он не успел договорить свою глупость, потому что Эндрю резко тянет его за воротник, втягивая в быстрый поцелуй. Нил на вкус, как курица карри и что-то неимоверно сладкое. Блондин приходиться облизать весь вкус пряностей с чужого рта, чтобы насытиться. Они тяжело дышат, соприкасаясь лбами.

— Заткнись нахуй.

— Ты явно не умеешь говорить о себе, — Нил издевательски растягивает губы в улыбке. Эндрю раздражен, потому что нихуя он не насытился. Ему хочется целовать омегу без остановки, пока легкие не иссохнут.

— Ты отвратительный.

***

Эндрю видит как Нил царапает короткими ногтями столешницу, пытаясь удержать свое тело на месте. Он наблюдает, как исчезают его пальцы в медной копне волос, когда особенно сильно тянет за них. Блондин трахает омегу, нагнув над небольшой столешницей и удовлетворенно втягивает как можно больше чужих феромонов. Еда давно холодная и окончательно забыта. Кухня сейчас используется явно не по своему предназначению; слышатся лишь шлепки кожу о кожу и громкие стоны омеги.

Эндрю тянет Нила на себя, удерживая их двоих, качнув тазом особенно интенсивно и под определенным углом, чтобы парень в руках задрожал. Вторая рука накрывает возбужденный член рыжеволосого, сжимая в кулаке и удерживая от желаемого оргазма. Он тихо шепчет имя блондина, мотая головой в стороны, умоляя дать ему кончить. Эндрю снова виляет бедрами глубоко и резко, натягивая омегу и уткнувшись ему в плечо. Его челюсть напряжена, зубы неимоверно чешутся, будто поверх старых растут новые. Хочется вцепиться в разгоряченную кожу Нила, погрузить клыки глубже в плоть, чтобы оставить клеймо. Оставить частичку себя.

Эндрю теряет рассудок, когда пытается разомкнуть челюсть. Он ждет, что холодная трезвость ума вернется, и что мозг не спекся окончательно от жара. Ему необходимо огородить Нила ото всех, чтобы каждый знал, что он занят.
Блондин толкается глубже в рыжеволосого, дергая рукой на его члене. Этого хватает, чтобы Нил окончательно обмяк в его руках.

Их передышка длиться долгие минуты, прежде чем они все же отлипают друг от друга. Оба вымотаны, но удовлетворены жарким сексом на кухне. Тело приятно тянет, посылая кучу мелких иголок по всем конечностям.

— Эндрю, — Нил удивленно вскидывает брови, тихо, практически шепотом произнося, — у тебя кровь.

Блондин опускает взгляд себе на предплечье, где красуется глубокая рана - отпечаток собственных зубов. Вдоль бледных старых шрамов стекает кровь, пачкая пол красными разводами. Он не удивлен, но почему-то все же встревожен тем, что не заметил. Их встречи с Нилом становятся опаснее. Эндрю боится сорваться.

— Думаю, что мне пора, — он говорит достаточно спокойно, чтобы обмануть даже себя, однако сердце предательски стучит где-то в висках. Паника накрывает достаточно быстро, чтобы он выбежал из чужой квартиры.

Сейчас они поменялись местами. Эндрю трусливо сбежал, оставив недоуменного Нила на кухне, которая провоняла ими обоими.