Последствия жестокого обращения.

Гарри Поттер был умелым карманником. Это был ключ к выживанию в те времена, когда его надолго запирали в чулане. Однажды, когда тетя Петуния не видела, он смог украсть и скопировать ключ от замка чулана, а это означало, что он мог пойти в ванную в любой момент. А запасная мелочь, которую он тащил из карманов родственничков, уходила на покупку различных консервов. Он даже подумывал о походной газовой плите, но была большая вероятность, что его родственники почувствуют запах готовящейся еды, а кроме того, существовала опасность утечки газа. Казалось, именно этим способом умерли многие люди (и оказались потом в газете). Гарри все время думал, как сделать так, чтобы газовое пламя могло быть использовано для отравления Дурслей. Проблема заключалась в том, чтобы выжить самому и не выглядеть ответственным в их смерти.

Прямо перед его днем рождения случился фарс со множеством писем, совами и волшебством. В итоге Гарри оказался в компании Хагрида в Косом переулке. Была одна проблема - великан не собирался оставлять Гарри без присмотра надолго. Так что, Поттер не мог купить все книги, которые хотел, или перевести некоторые деньги в фунты. Это сильно раздражало.

Вытащить ключ из кармана здоровяка было детской забавой. Гарри также стащил небольшой сверток, который Хагрид достал из другого хранилища.

- Ой, Хагрид! - воскликнул он, когда здоровяк достал носовой платок, чтобы вытереть лицо, - ты заметил, что тот маленький сверток выпал из твоего кармана? Он упал в канализацию, надеюсь, это было что-то неважное.

- О нет! - Хагрид встревоженно обернулся, глядя на сток, затем лег, чтобы посмотреть сквозь решетку, и просунул туда зонт, - "акцио" Филосовский камень!

Гарри почувствовал, как пакет в его кармане довольно апатично дернулся. Философский камень, да? Он читал об этом в детском рассказе, там говорилось что-то о желании алхимиков создать такую ​​вещь. Так это было по-настоящему, а? Может быть, некоторые книги по алхимии тоже не помешают.

Должно было быть что-то... Магическое или алхимическое, что-то менее очевидное, чем идея накачать пищу наркотиками или закрыть его родственников в комнате с неисправным обогревателем, или купить касторовое масло и сделать рицин, чтобы убить их.

Однако, Хагрид теперь был приклеен к тротуару, пытаясь поднять сливную крышку. Гарри скользнул в банк, из которого только что вышел, попросил снять еще немного галлеонов и перевести часть денег в маггловские.

- Зачем Вам это, мистер Поттер? Это бесполезно, - сказал кассир.

- Тогда что Вы делаете с деньгами, которые приносят маглорожденные, Логджамб?

- Мы храним металл и сжигаем бумагу, - пожал плечами Логджамб, - ничего не могу с этим поделать.

- Я заберу деньги у Вас, если хотите, - быстро предложил Гарри, - Вы можете заплатить мне десять сиклей за... фунт веса, - он почти сказал килограмм, но почему-то сомневался, что в волшебном мире работают килограммы.

- Действительно? - Логджамб просиял, - мне придется спросить своего босса, но такой способ лучше, чем просто загрязнять ими воздух. Хотя эти бумажки не стоят больше пяти сиклей за фунт.

- Ну, я предложил Вам эту услугу и буду доволен справедливой ценой, которую предложит ваш начальник, - сказал Гарри, - можете положить их в мое хранилище, я заберу, когда в следующий раз буду в переулке.

- Конечно, мистер Поттер. Вы можете взять то, что у меня есть сейчас, и дадите мне знать, сколько выдать Вам позже.

- Конечно, - довольно воскликнул Гарри. Он получил большую пачку банкнот и удивился, увидев несколько красных. Гарри никогда раньше не держал в своих руках банкноты в пятьдесят фунтов. Наверно ему понадобится способ открыть счет в маггловском банке, но об этом он будет беспокоиться в другой раз.

Следующей остановкой был багажный магазин.

- Хагрид немного традиционен, - сказал Гарри, - я заметил парочку сундуков с несколькими отделениями, на которые он не дал мне взглянуть.

- Конечно, сэр, только самое лучшее для спасителя волшебного мира, - сказал продавец. Гарри быстро оказался владельцем сундука с тремя отделениями для одежды, книг и принадлежностей для зелий. Там была лаборатория зелий, спальня с туалетом и шкафом для хранения еды. Она была больше первой спальни Дадли, не говоря уже о второй. Убедившись, что он может жить здесь, даже когда сундук был уменьшен снаружи, Гарри решил, что сможет скрываться несколько недель. Он сядет в него на случайном поезде и будет помещен в камеру хранения. Скрываться было очень важно для Гарри - если ты делаешь это хорошо, то избегаешь таких людей, как Дадли.

Затем он смог пойти и взять все книги, которые хотел, и, конечно же, пролистать книги по зельям, чтобы узнать, есть ли в них что-нибудь, способное помочь в избавлении от родственников. Для подходящих зелий тут же были куплены ингредиенты в аптеке. Ему придется научиться правильно варить зелья.

Гарри был настроен решительно.

Интересно, что такого нашли в Философском камне. Он рассмотрел его. Это был красный, слегка кристаллический камень, ничем не примечательный.

Вероятно, у гоблинов был способ создать золото с помощью алхимии, но разве кто-то хотел жить вечно? Гарри убрал камень и пошел искать Хагрида. Увидев его, он швырнул коробку с камнем в угол, под низкий подоконник, недалеко от великана.

Хагрид пытался объяснить паре людей в красных одеждах, что Дамблдор послал его за тем, о чем ему не разрешалось говорить, и что он случайно выронил это из кармана, и его подопечный, молодой Гарри Поттер, это видел, и теперь ему обязательно надо спуститься в канализацию.

- Ну, я так думал, - сказал Гарри. Три лица повернулись к нему, и Гарри упал на колени у канализации, - но! Смотри, Хагрид! Должно быть, он заскользил по сливной крышке и попал туда, под подоконник!

Хагрид обернулся, довольно быстро для такого крупного человека, и вскрикнул с облегчением. Он схватил сверток и положил обратно в карман.

- О, слава богу, профессор Дамблдор был бы очень расстроен, - вполголоса пробормотал он.

Гарри задумался. А зачем профессору Дамблдору философский камень? Ну, для него это ничего не значило.

Он позволил Хагриду посадить его на поезд до Суррея, но, как только поезд тронулся, забрался в чемодан. Хорошо поел там и дождался глубокой ночи, чтобы выбраться из камеры хранения. В конце концов, камеры хранения багажа созданы для того, чтобы люди не могли проникнуть внутрь, а не выйти изнутри.

Все, что Гарри оставалось сделать - это дождаться самого раннего поезда, возвращающегося в Лондон, потратить часть своей маггловской валюты, чтобы купить совершенно новый гардероб у Маркс и Спенсер, а затем вернуться в Дырявый котел и попросить комнату до первого сентября.

*****
Книга о приготовлении ингредиентов для зелий, которой не было в школьном списке, показалась Гарри самой полезной из всех. Она очень подробно объясняла, в чем разница между нарезкой палочками, нарезкой кубиками, нарезкой неровными кусками и выдавливанием сока, какое значение имеет размер кусков и как это влияет на зелья. Гарри пошел дальше и прочитал все книги по зельям, которые у него были, «Хогвартс: история» и несколько книг по манерам и этикету для юных волшебников. Вернон однажды читал Дадли лекцию по этикету, который ожидается в дорогой государственной школе, такой как Смелтингс. По крайней мере, дорогой по сравнению с бесплатным государственным образованием (Гарри не считал Смелтингс нормальной школой в отличие от Итона и Харроу. Вы видели их форму, видели?). Он ожидал, что этикет будет похожим, но он был значительно сложнее, особенно для членов известных семей, таких как... Поттер.

Еще один поход в Гринготтс, в которой он также завладел маггловскими фунтами, и еще один во Флориш и Блоттс, чтобы прочитать о семье Поттер. Это потребовало еще одного похода к мадам Малкин за мантией, подходящей для великих древних семей.

- Логджамб, могу я претендовать на наследство Волан-де-Морта по праву завоевания? - спросил как-то Гарри.

- Я посмотрю, что можно сделать, если Вы повысите меня до менеджера по работе с клиентами, - твердо сказал Логджамб.

- Я не заплачу ни цента больше 5% за все, что Вы для меня сделаете.

- Ограбление при свете дня, хороший менеджер по работе с клиентами получает 25%! - Заявил Логджамб.

- Да, но Вы кассир, ожидающий повышения до менеджера по работе с клиентами, - ответил Гарри, который также читал и о гоблинах.

- Тогда 10%?

- 8%, и у нас есть сделка. Я пересмотрю Ваш процент в следующем году, если Вам удастся достать мне его хранилище, - сказал Гарри.

- Это хранилище Слизерина, на которое Гонты и не думали претендовать, - сказал Логджамб, - у вас ещё есть сейф Певерелл, он откроется, когда Вам исполнится семнадцать, из-за решения Вашего отца. Но нам нравится запускать счета, которые заморожены. Я открою этот для Вас.

Логджамб любил спорить с молодым волшебником, который делал это с большим энтузиазмом. Гарри умел торговаться. Он крал деньги у Дурслей не просто так. Вставал рано утром в воскресенье, когда Дурсли ещё спали и вставать явно не собирались, шёл на ближайшую распродажу, и торговался за то, что хотел. Дурсли так и не осознали, что у их сарая в саду фальшивая стена, за которой стоял шкаф, полный книг Гарри. В конце концов, они не были теми, кто частенько заходил в туда, и понятия не имели, что Гарри построил там свое секретное убежище. Это произошло однажды, когда они были в отпуске, и оставили его одного, поскольку миссис Фигг в то время была где-то еще.

Гарри ухмыльнулся дикой гоблинской ухмылкой Логджамбу, который был достаточно добр, чтобы показать ему, сколько зубов нужно показывать в любой социальной ситуации.

- Пусть Ваши враги умрут, пораженные Вашей проницательностью.

- Пожалуйста, мистер Поттер, хитрите, а не обманывайте, - сказал Логджамб.

Гарри усмехнулся.

- Считайте обман соответствующим образом модифицированным, - произнёс он.

- Пусть Ваше золото вырастет стократно, - ответил Логджамб.

*****
Гарри решил, что оборотное зелье сейчас не в его силах, и заплатил чародею в Лютном переулке за кольцо, которое изменит его внешний вид на ничем не примечательного взрослого. Он рассеянно сунулся в карман карманника, работающего в переулке, просто чтобы попрактиковаться, а затем отправился в маггловский Лондон, чтобы обыскать карманы какого-то неосторожного молодого человека, достаточно похожего внешностью на того, кого он выбрал. У него были водительские права с плохой фотографией, которая вполне понравилась Гарри. Плата чародею за то, чтобы он переписал на него дом в Литтл-Уингинге, который стоял на рынке несколько лет и который, вероятно, разваливался, стоила каждого кната. Банковские ведомости не пойдут туда, а Гарри давно использовал это место, чтобы спрятаться от Дадли. В доме обитало привидение, но призрак отказался с ним разговаривать, и Гарри решил, что, если он не приставал к призраку, призрак не приставал к нему. Его больше пугали твердые кулаки, чем нематериальные приведения.

Затем он открыл банковский счет на имя магла Тима Аберкромби. Гарри использовал свой почерк, который был достаточно близок к неразборчивым каракулям на водительских правах этого человека. Его почерк улучшился с практикой использования перьев, однако не так сильно, как, казалось, требовалось.

У Тима Аберкромби из Литл-Уингинга был большой банковский счет, который с каждым днем увеличивался, поскольку родители маглорожденных меняли свои деньги. Гарри мог понять, почему чистокровные не любили их.
По сути, они должны были обеспечивать маглорожденных, поскольку гоблины не видели возможности использования магловских инвестиций. Он предлагал Логджамбу инвестировать маггловские деньги, поступающие на его счет в течение года, в такие маггловские компании, как Apple, IBM и Hewlett Packard, однако тот не согласился.

Гарри также использовал часть своих маггловских денег для покупки золотых украшений. Их можно было продать как в Волшебном мире, так и в мире маглов, и это было портативное богатство. Никогда не знаешь, когда одноразовые активы могут пригодиться, и Гарри носил золотые часы Rolex и золотой галеон на цепочке на шее. У него были другие предметы в его сундуке, который был в его кармане, но на тот случай, если у него когда-нибудь заберут сундук, у него все равно будут деньги.

*****
Следующей задачей было найти платформу девять и три четверти. Поздно вечером тридцать первого августа Гарри исследовал Кингс-Кросс и обнаружил, где именно нужно пройти через барьер. Поезд уже был там, но от него не шёл пар. Гарри пошел вперед и поболтал с машинистом поезда, узнав его имя и обнаружив, что пар создан магическим огнем.

- Разрешено ли возить студентов в этой комнате? - спросил Гарри.

Гоблин-машинист ухмыльнулся.

- Нет, мистер Поттер, но если Вы не против устроить посиделки с гоблинами, знайте - угольный бункер существует только для галочки. Так нужно для магглов, это легче, чем закалдовывать весь поезд на невидимость. На самом деле существует комната отдыха для команды машинистов. Мы управляем поездом по очереди, так как путь очень долгий. Я так понимаю, Вы не хотите, чтобы к Вам приставали с глупыми вопросами?

- Именно так, я не хочу отвечать им всем. Спасибо, Гриндмор.

Первого сентября Гарри приехал на вокзал Кингс-Кросс и в ужасе убежал от странной рыжеволосой женщины, жалующейся на магглов и громко вопрошающей о том, как найти платформу девять и три четверти.

«Статут о секретности для кого придуман, интересно?» - подумал Гарри. Женщина, должно быть, умственно отсталая. С ней был мальчик его возраста и трое старших, так что можно было подумать, что она никак не может запомнить, где находится вход, еще с первого ребёнка. Самый младший ребёнок - девчонка, которая ныла, что еще не видела Гарри Поттера, жутко его испугала. Гарри надел свое кольцо, мгновенно сменив внешность, и уверенно прошел через барьер. Он увидел неприятного мальчика, с которым разговаривал в магазине мадам Малкин, со своим надменным отцом. Ковыряться в карманах мантий было труднее, чем в маггловских карманах, но в суете вполне возможно. У блондина в кармане было письмо, и Гарри без колебаний вытащил его. На платформе были свои туалеты и комната с камином, из которого выпрыгивали разные люди. Гарри пошел в туалет, аккуратно вскрыл конверт и начал читать письмо.

Дорогой Северус,
Я верю, что Драко будет образцовым слизеринцем, я знаю, что он им станет и ты проведёшь его вперед. Имей в виду, я сказал ему подружиться с Гарри Поттером. Я знаю, что тебе не нравится отродье Джеймса Поттера, но я прошу тебя любезно относиться к мальчику, если Драко добьется успеха. Если Темный Лорд вернется, у нас будет выбор: вступить в союз с Поттером, если у него есть какая-то собственная сила, или использовать его в качестве разменной монеты для передачи.
Твой друг,
Люциус.

Гарри задумался.

Драко был богат.

Вероятно, он был близок к тем людям, которые могли быть полезны.

Малфой был негодяем, но это не имело значения. Он был паршивцем, который хотел быть дружелюбным, что было лучше, чем паршивец, которому нужна боксерская груша. И Гарри рассчитывал, что сможет бросить Драко в любой день. Он не спеша вышел из туалета, и, когда мистер Малфой собрался уходить, Гарри наклонился, сделал вид, что поднял письмо с пола, и позвал:

- Сэр! Сэр! Вы уронили это! - он протянул письмо.

Длинная элегантная белая рука схватила письмо, затем Люциус заметил шрам.

- О, мистер Поттер, не так ли? Спасибо, я ценю это. Надеюсь, Вы встретитесь с моим сыном, Драко. Он уже на поезде, и я уверен, что он будет рад встретиться с Вами.

- О, я видел Драко в «Мадам Малкин». Я так смущен, меня вырастили магглы, и я не знал надлежащего этикета, - сказал Гарри, пожимая протянутую ему красивую руку. Оказалось, маникюр нужен и богатым мужчинам - надеюсь, он простил мое невежество.

- Я уверен, что так и есть, - дикой улыбкой улыбнулся Люциус Малфой, - в конце концов, это вряд ли твоя вина, не так ли? Не могу представить себе, о чем думал Дамблдор. Из всех возможных людей тебя воспитывали магглы.

Гарри бросил на него взгляд.

- Почему в его интересах держать меня в неведении относительно моего наследия как волшебника и члена известной семьи? И если он не страдает маразмом, зачем директору школы что-то вроде Философского камня?

- Как? - Люциус был потрясен, - мой дорогой мальчик! Могу я называть тебя Гарри? Меня зовут Люциус. Ты должен написать мне об этом! Отправь письмо в поместье Малфоев и расскажи мне все, что знаешь. Используй школьную сову, поскольку я вижу, что у тебя нет своей. Я посмотрю, что смогу узнать. А теперь поспеши, поезд уйдет через минуту.

- Спасибо, Люциус, это любезно с Вашей стороны, - сказал Гарри.

Этот человек был последователем Темного Лорда, он же Сами-Знаете-Кто, он же Тот-кого-не-называть, он же Волан-де-Морт, он же мерзкий маленький ублюдок, который сделал все так, что Гарри теперь живет с Дурслями. Хотя Люциус, похоже, думал, что Дамблдор тоже приложил ко всему этому руку. Это шокировало. Однако письмо больше наводило на мысль о страхе перед этим ублюдком, чем о верности.

Кто такой Северус, Гарри не знал, но, по-видимому, он учитель в школе, так как должен следить за Драко.

Гарри не собирался быть пешкой Тьмы или Света. Возможно, пришло время собрать свой набор пешек, и для начала подойдут Люциус, Драко и таинственный Северус.

Он подошел к началу поезда, потайная дверь открылась, и Гриндмор протянул ему руку с длинными пальцами, чтобы помочь войти. Гарри благодарно оглядел простую, но удобную комнату с волшебными окнами. В одном конце был туалет, а в другом - дверь к машинисту.

Гарри успокоился.

- Бутерброды с ветчиной? По дороге я получил несколько из «Маркс энд Спаркс».

Бутерброды с ветчиной разошлись очень хорошо.

*****
Гарри надел мантию как раз вовремя, чтобы выйти из поезда на станции Хогсмид. Он поблагодарил своих новых друзей за поездку и с сожалением добавил, что ему, вероятно, придется прокатиться с учениками в следующий раз.

- Каждый раз, когда ты хочешь сбежать, Гарри, приходи к нам, - сказал Харфанг, другой машинист. К настоящему времени все они были на именах.

- Спасибо, - сказал Гарри.

Ему почти удалось пообщаться с растерянными первокурсниками, но вдруг его остановил пухлый светловолосый мальчик.

- Ты не видел тут жабу? Тревор продолжает убегать.

- Акцио Тревор! - уверенно воскликнул Гарри. Это было слишком хорошее заклинание, чтобы не выучить его, даже если Хагрид не смог правильно его наложить. Удивленно выглядящая жаба вылетела из поезда и попала ему в руки. Гарри быстро передал амфибию мальчику.

- О, спасибо! Я Невилл Лонгботтом!

Гарри выкопал свои знания о родословных.

- Наследник Лонгботтом? Я Гарри Поттер. Рад познакомиться, - Гарри протянул руку, все равно он уже был заляпан жабой.

- Я Гермиона Грейнджер, и я первая ведьма в моей семье, - сообщила им с Невиллом девушка с кудрявыми пышными волосами.

Гарри пожал ей руку и сказал:

- Я одолжу тебе книгу, чтобы ты не совершала ошибок в этикете, которые я делал до того, как прочитал ее. Новичкам в волшебном мире сложно.

Гермиона нахмурилась.

- Но ты же волшебник из волшебной семьи.

- Воспитан магглами, - произнес Гарри, - и тебе также следует знать, что гоблины выбрасывают деньги, которые дают им твои родители, поскольку они бесполезны для них. Они нужны просто дабы убедиться, что родители готовы принести жертву, отправляя тебя сюда. За тебя платят такие люди, как Драко Малфой.

Гермиона выглядела испуганной.

- Но...о! Вот почему он назвал меня грязнокровкой?

- Да, и когда ты поедешь домой на каникулы, тебе следует отправиться в Гринготтс и попросить тест на наследство. Возможно ты сможешь унаследовать угасший род. Ведь все маглорожденные откуда-то появились, так? Теперь, пока я не дам тебе книгу, ты должна держать глаза и уши открытыми, а рот закрывать, чтобы не совершить оплошность.

- Э-э, да, хорошо, - сказала Гермиона, - спасибо.

Что ж, Лонгботтомы долгое время были союзниками Поттера. А если странная маглорожденная оказажется на его стороне, это никак не повредит. Он подошел к Драко.

- Наследник Малфой! Мистер Малфой, я хотел бы принести свои извинения за свое невежество в отношении Вас у мадам Малкин. Я воспитан магглами, верил идее Дамблдора, и понятия не имел о надлежащем поведении. Я уверен, что мы можем оставить разногласия в прошлом. Гарри Поттер, - он протянул руку.

- Конечно, наследник Поттер, это просто была неловкая ситуация, - сказал Драко.

- Это было довольно плохо, - просто согласился Гарри, - однако позвольте мне дать Вам совет. Хотя я уверен, что вы обижены надобностью платить за маглорожденных, не думаете ли вы, что было бы более слизеринским посоветовать им пройти тест на наследство, чтобы принести больше денег в экономику. Тогда Вы будете иметь благодарных вассалов, например, маглорожденная девушка Грейнджер, если она действительно докажет, что получила свои вьющиеся волосы от Гектора Дагворта-Грейнджера, как я подозреваю.

- Она Ваш вассал?

- Не раньше, чем у нее будет доказанное наследие, но она находится под моей защитой.

- Понял.

Гарри улыбнулся, скрывая ухмылку, которая была у него внутри. Он видел Гермиону во «Флориш и Блоттс» и отметил, что наличие на его стороне исследователя было бы чрезвычайно полезно. Его не заботило, будет ли она чистокровной или нет. Достаточно того, что Драко поверил, что она может быть такой.

Хагрид позвал первокурсников, и Гарри потянул Драко руку, чтобы присоединиться к Лонгботтому и Грейнджер.

- Мм, мои извинения за грубость, Грейнджер, - сказал Драко.

- О! Теперь я понимаю, почему вы расстроены из-за магглорожденных; это смешно, что гоблины не могут увеличивать богатство, используя наши деньги в маггловских инвестициях, - на одном дыхании выдала Гермиона.

- Так только у гоблинов. Мой отец занимается маггловскими инвестициями, - гордо сказал Драко.

- Что он делает? - спросил Гарри, - я бы посоветовал инвестировать в компьютерные фирмы. Они есть сейчас, и станут только больше в будущем.

- Я передам это, - сказал Драко, - я так понимаю, наследник Лонгботтом тоже находится под Вашей защитой, наследник Поттер?

- Гарри, пожалуйста, и да, Поттеры с Лонгботтоммами давно связаны, и я не понимаю, в чем Ваша проблема с ним.

- Говорят, что он сквиб, - выплюнул Драко. Невилл вздрогнул, - и, пожалуйста, зови меня Драко.

- Драко, друг мой, он был бы здесь, если бы был сквибом?

- Ну, нет.

- Наследник Лонгботтом, почему так сказано? - спросил Гарри, поворачиваясь к Невиллу.

- Потому что мне потребовалось много времени, чтобы моя магия проявилась. Дядя Элджи выбросил меня из окна, и мне удалось отскочить от земли, - сказал Невилл, - и, пожалуйста, тоже зови меня по имени.

- Что он сделал? Это был первый раз, когда он подверг тебя опасности?

Невилл покачал головой. Гарри повернулся к Драко.

- Вот! Его магия была заперта травмой! Это позор, что кто-то так обращается с детьми; ты должен написать своему отцу с предложением потребовать запретить такие вещи.

- Ага, - задумчиво протянул Драко, чья магия проявилась рано. Он не мог представить, что его выбросят из окна, чтобы проверить, является ли он волшебником или же бесполезным сквибом.

- На каком факультете вы хотите оказаться? - спросила Гермиона.

- Малфои всегда идут в Слизерин, - сказал Драко.

- А я тут подумал, что настоящий слизеринец, пошел бы в Хаффлпафф, чтобы выглядеть более безобидным, - просто сказал Гарри, - я сам надеюсь на Хаффлпафф, потому что это, как говорят, дом верности. Я думаю, что смогу пойти в Рэйвенкло, но иногда ученые могут быть холодными. Я сомневаюсь, что гриффиндорцам понравится кто-то, кто верит в тяжелую работу - моей маме там пришлось тяжко. Также я убил Волан-де-Морта, и я бы немного нервничал, находясь в Слизерине, где, как говорят, все еще учатся его последователи.

Гермиона задумчиво посмотрела на то, как Гарри описал Рэйвенкло и Гриффиндор.

- Директор Дамблдор был гриффиндорцем, он великий и очень образованный человек, - пылко сказала она.

- Мисс Грейнджер, неужели великий человек оставляет ребенка на пороге посреди ночи, только с тонким одеялом? Там еще была записка, но все же его просто оставили с родственниками, которые ненавидят его родителей, магию и весь волшебный мир. Неужели великий человек ни разу не проверит, как эти родственники держат "спасителя волшебного мира" в чулане, заставляя его работать как раба, не дают нормально есть и бьют его, а также позволяют своему китообразному сыну издеваться над ним?

Гермиона ахнула.

- Гарри! Дамблдор сделал это с тобой?

- Да, мисс Грейнджер, и я разрешаю Вам использовать мое имя так как вы, я думаю, собираетесь стать моим другом.

Гермиона покраснела.

- Вы все, пожалуйста, называйте меня Гермионой, - сказала она тихим голосом, - о, Гарри, я поняла, но как Дамблдор, великий человек, директор школы, мог сделать такое?

- Гермиона, может быть, ты хорошо разбираешься в людях, но тебе всегда помогали, если над тобой издевались, никто из взрослых никогда не унижал и не высмеивал тебя, - Гермиона выглядела пораженной и задумчивой, и Гарри продолжил, - мои самые ранние воспоминания, которые не являются смутными кошмарами, возникли в результате очень странных действий директора, которого ты почитаешь.

- Но...но зачем ему это делать?

- Я еще не знаю, но я говорил с отцом Драко на платформе, и он сказал, что попытается выяснить это для меня. Твой отец был очень любезен, Драко, - добавил Гарри.

- Мой отец - хороший друг и злой враг. Он не доверяет директору, - поведал им Драко.

- Я расскажу вам троим еще несколько странных вещей, когда мы сможем собраться вместе, чтобы поговорить, - быстро сказал Гарри, когда их вели в Большой зал.

Гермиона молча восхищалась потолком, но благоразумно не рассказывала о том, как он работает. Вероятно, многие тоже читали «Хогвартс: история». Она была слишком потрясена тем, что обязана Драко и ему подобным.

Она попала в Хаффлпафф, к шоку мадам МакГонагалл, которая действительно думала, что девочка станет одним из ее львов; для Невилла Лонгботтома же попадание в Хаффлпафф неожиданностью не было. Драко Малфой сидел со шляпой на голове целую минуту, прежде чем она громогласно объявила:

- Хаффлпафф! - весь персонал ахнул, а Северус Снейп чуть не потерял сознание.

Гарри сел на табурет.

- Знаешь, ты преуспеешь в Слизерине, - сказала шляпа, - и отличная шутка вышла с твоими друзьями.

- Это было бы для них крайне необдуманно, - сказал Гарри, - такая лояльность ко мне должна означать верность взамен. Кроме того, насколько хитрее будет слизеринец, затерявшийся среди мирных барсуков?

- Тогда хорошей дороги в Хаффлпафф!

*****
Неординарной речи директора было достаточно, чтобы отвлечь Гарри от острой головной боли.

- Что за темноволосый учитель там сидит? - спросил он.

- Это Северус Снейп; он преподает зелья и является главой Слизерина, - сказал Драко, - он мой крестный отец.

- Вот почему он так свирепо смотрит, все потому, что я украл тебя, чтоб ты стал моим другом?

- Думаю, он озадачен, а не свиреп, - сказал Драко.

- Позже ты должен рассказать ему, что директор прячет в школе опасные артефакты, - внезапно заявил Гарри.

- Он что?

- Нам нужно уединенное место, и я хочу послать сову твоему отцу, почему бы нам вчетвером не встретиться перед завтраком и не пойти в совятню?

Драко побледнел.

- Мне нужно послать отцу сову, чтобы объяснить ему, почему я в Хаффлпаффе, - произнес он.

- Я уверен, он будет очень горд. Ты хитро использовал дружбу и выгоду, - сказал Гарри.

- Я надеюсь на это, - сказал Драко, - да, он будет. Мой отец пользуется доступными шансами, а мы находимся на факультете племянницы Главы Магического Правопорядка, Амелии Боунс.

Гарри нахмурился и повысил голос.

- Наследник Боунс, кому я должен сообщить о серьезном нарушении статута секретности?

- Наследник Поттер, если Вы расскажете мне об этом, я могу неофициально написать моей тете и посмотреть, нужно ли что-нибудь предпринять.

- Великолепно! - Гарри ослепительно улыбнулся ей, - я приближался к платформе, а эта ужасно громкая рыжая семья кричала о слишком большом количестве магглов. А женщина, должно быть, умственно отсталая, так как с ней были старшие мальчики, которые точно учились в Хогвартсе, а она все еще не могла вспомнить номер платформы, и громко объясняла детям, как пройти через барьер.

- Носки Мерлина! Это серьезная проблема, - сказала Сьюзен, - похоже на Уизли. Они довольно громкие.

- Что ж, я оставляю это в Ваших умелых руках, наследник Боунс, - сказал Гарри.

- Сьюзен, пожалуйста.

- Называй меня Гарри, - Гарри наклонился, чтобы поцеловать ее руку. Большую часть этикета он выучил благодаря фильму «Три мушкетера», который смотрел однажды, в отсутствие Дурслей. Он уже обозначил Гермиону как Портоса, скорее из-за ее поведения, чем из-за ее внешности, Малфоя - как Арамиса, а Невилла - как задумчивого Атоса.

Он не собирался искать Китти, Миледи или Констанс.

*****
На следующее утро, отправляя сову Люциусу, Гарри подробно рассказывал остальным о философском камне. Конечно, он не упомянул, что украл его, только то, что Хагрид потерял его и попытался найти заклинанием.

- Мой отец будет в ужасе от того, что в школе есть какая-то опасная ловушка, чтобы скрыть такое, - сказал Драко, - да ведь Дамблдор сам сказал, что это вызов, который нужно преодолеть. Присутствует больше, чем реальный шанс на смерть!

- Зачем ему это делать? - задумалась Гермиона.

- П-по той же причине, по которой он оставил Гарри с ужасными магглами: чтобы проверить его, - произнес Невилл, - Драко, я не собирался доверять тебе, потому что твоя тетя Беллатрисса ответственна за то, что замучила моих родителей до беспамятства. Но ты попал в Хаффлпафф, чтобы поддержать Гарри, и готов помогать нам, задействовав своего отца. Мне жаль, что я тебя подозревал. Я предлагаю предварительный союз Дома Малфоев с Домами Лонгботтом и Поттер, - Невилл протянул руку, а Драко пожал ее.

- Мой отец боится возвращения Темного Лорда, - торопливо прошептал мальчик, - он совершил ошибку, последовав за ним, а теперь он и профессор Снейп хотят помочь Гарри одолеть его. Знаешь, существует какое-то пророчество о тебе, Поттер.

Гарри застонал.

- В самом деле? Пророчество? Большинство пророчеств обычно не сбываются.

- Может быть, настоящие волшебные пророчества реальны, - заметила Гермиона.

- Большинство из них - отстой, - сказал Драко, - но Темный Лорд верит в них, поэтому он будет действовать.

Гарри закатил глаза.

- Хорошо, мы пойдем в соответствии с пророчеством. Могу ли я сначала вырасти?

- Не по плану Дамблдора, я не думаю, - мрачно сказал Драко, - знаете, мне нравятся наши товарищи-Барсуки, в Слизерине вы всегда должны быть начеку и не выдавать секреты. Я...это непривычно для меня, но я думаю, что ты, возможно, должен поделиться этим с большим количеством людей.

Гарри задумался.

- Как вы думаете, Дамблдор стал Темным, используя изворотливые методы, чтобы оправдать победу над Волан-де-Мортом?

- Я не знаю, но если мы столкнемся с двумя могущественными, страшными Темными лордами, тебе лучше повзрослеть, чтобы стать сильнее, Гарри, - сказал Драко.

- Думаю, именно поэтому мне нужны хорошие друзья, - сказал Гарри.

*****
Великолепный филин принес Драко письмо, а с ним и второе, которое Малфой сунул Гарри под стол.

- Папа написал, чтобы никто, особенно Дамблдор, не видел, что он переписывается с тобой, а Акилла это понимает, - сказал Драко. Гарри открыл конверт.

Дорогой Гарри,
Я обнаружил, что Дамблдор запечатал завещание твоих родителей и взял на себя магическую опеку. Также твой крестный отец, который не был Пожирателем смерти, заключен в тюрьму без суда. Поскольку он двоюродный брат моей жены, я собираюсь разобраться во всем этом и посмотреть, сможем ли мы провести над ним суд. Может быть, его пытали, заставляя раскрыть местонахождение ваших родителей, чтобы предать их. Магический опекун, назначенный магическому сироте, должен проверять его не реже одного раза в год и помогать готовиться к вступлению в волшебный мир, как и положено их статусу. Очевидно, Альбус Дамблдор этого не делал, поэтому не удивляйся, если тебя посетят представители Волшебной службы поддержки детей. О большинстве детей волшебников заботятся их родственники, так что таких сирот немного. Моя жена Нарцисса Малфой, в девичестве - Блэк, - твой близкий родственник, поскольку твоей бабушкой была Дорея Поттер, в девичестве - Блэк. Вы с Драко двоюродные братья и могли бы расти вместе. Младшая сестра моей жены замужем за магглорожденным ( Нарцисса собирается попросить Андромеду узнать, имеет ли Теодор Тонкс право открыть какое-либо запечатанное хранилище дальних родственников) и могла бы помочь тебе в мире маглов, если это для тебя важно.

Драко с энтузиазмом писал своим родителям о теории Гарри, что у так называемой грязнокровки могла быть сквибская кровь. Политик внутри Люциуса уговаривал Нарциссу возобновить отношения с Андромедой, чтобы проверить теорию на Теде Тонксе. Не повредило то, что дочь Андромеды была в Хаффлпаффец. О, какой смелый поступок это был со стороны Драко!

«Никто другой не пытался понять грязнокровок», - подумал Люциус. Пожиратели смерти презирали их, и не без оснований, если они действительно были спонтанными мутациями. Все мутации были заведомо нестабильны в наследственности. А Дамблдор поддержал маглорожденных голосом, но не практически. Если грязнокровки изначально принадлежали к волшебному миру, это изменило бы все.

И дало бы ему, Люциусу, потенциально очень прочную политическую базу сторонников и причину идти против Темного Лорда.

Ты правильно беспокоишься о действиях Дамблдора. Я написал Николасу Фламелю, чтобы спросить, действительно ли он намерен позволить Дамблдору передать камень тупице, который чуть не потерял его в канализации, а затем спрятать его в школе, полной детей, рассказав о нем фразой, которая специально звучит так, чтобы подтолкнуть смелых ребят к расследованию. Не забывай, Гарри, что оба твоих родителя были в Гриффиндоре, и старый дурак, возможно, ожидал, что ты запомнишь рассказы о них лесничего, и также попадёшь на Гриффиндор. Я аплодирую твоему слизеринскому желанию спрятаться в Хаффлпаффе, и манипулировать моим сыном, чтобы он присоединился к тебе. Дамблдор не разрешил мне усыновить тебя, но поверь мне, Нарцисса и я настолько впечатлены, что хотели, чтоб ты жил с нами.
Твой любящий дядя (никогда не называй меня дядей) Люциус.

У Гарри были слезы на глазах.

- Гарри? - голос Драко звучал обеспокоенно.

- Драко, твой отец сказал, что если бы ему разрешил Дамблдор, он бы меня усыновил, - сказал Гарри, - он написал, что мы двоюродные братья и могли бы вырасти вместе.

- Это было бы здорово! - мечтательно прошептал Драко.

- Мать моей бабушки тоже была Блэк, я также твой двоюродный брат, - робко добавил Невилл.

- Вау, - в шоке сказал Гарри, - неожиданно у меня появилась семья, настоящая семья.

- Хотела бы я быть твоей сестрой, Гарри, - грустно произнесла Гермиона.

- А знаете что, - вдруг заявил Гарри, - я читал о том, что можно стать братьями по крови. Почему бы нам всем не смешать кровь, тогда мы все будем родными братьями? И сестрами, - добавил он, - но это так же хорошо, как родной брат.

- Думаю, можно. Спасибо, Гарри, - обрадовалась Гермиона.

Глаза Драко расширились.

- Магия крови? Это смело! - прошептал он.

- Нельзя говорить Сьюзан об этом, это противозаконно, - заметил Невилл.

Гарри уставился на него.

- Ты имеешь в виду, что клятва имеет настоящее магическое значение? Это не простое действие?

- Клятва имеет настоящее магическое значение.

- Я все ещё не знаю того, чему меня должен был научить "Бамблби", - проворчал Гарри.

- Я считаю, что сегодня мы пойдем и нарушим закон, - сказал Невилл.

- Говоришь как гриффиндорец, - поддразнил Драко.

- Говорю, как хаффлпаффец, желающий защитить Гарри, - парировал Невилл, - но я думаю, нам нужно рассказать мадам Спраут о Дамблдоре.

- Я согласна, она кажется почти родительской фигурой, мы можем ей доверять, - сказала Гермиона.

Драко заколебался, но кивнул. Его отец доверил ему выбор хороших друзей и поиск союзников помимо тех, кого обычно выбирала семья Малфоев, например, вступить в союз с Домом Поттер. Похвала его отца за то, что он достаточно хитрый, чтобы проникнуть в Хаффлпафф, была ужасно приятной, также как и призыв разыскать свою кузину Нимфадору.

*****
Гарри попросил о разговоре главу факультета со всеми первокурсниками и его кузиной Нимфадорой Тонкс. Помона Спраут была заинтригована.

Первым заговорил не Гарри.

- Против Гарри заговор, а Дамблдор немного Темный волшебник, - заявил Драко.

Помона моргнула. Драко Малфой был последним человеком, который, как она думала, беспокоился о том, тёмный ли перед ним волшебник, но сейчас он сказал это за Гарри Поттера. Он, маглорожденная девочка Геомиона Грейнджер, Гарри и наследник Лонгботтом держались за руки. Грейнджер ободряюще сжала руку Драко.

Если бы Помона знала, что у ребят перед ней были тонкие белые шрамы на этих самых руках, а четверо детей все еще оправлялись от пьянящих ощущений внезапной связи душ, она могла бы найти это менее милым и более тревожным, но кровную связь они установили тихо. Всё таки, это было их личное дело. Все они втиснулись в одну кабинку в туалете так, чтобы скрыть улики. Шрамы скоро исчезнут - тут они положились на Гермиону, изучившую исцеляющее заклинание.

- Мне трудно представить, что Дамблдор темный, - сказала Помона, - я думаю, что вы, возможно, не расслышали или неправильно поняли что-то, но расскажите мне, что вас беспокоит. Вы уверены, что это должен слышать весь первый курс, а также ваша кузина Дора, Гарри?

- Да, мэм, потому что все мы барсуки, а барсуки держатся вместе. Драко говорит, что слизеринцы работают почти также, но они могут быть друг против друга внутри их змеиной ямы, поэтому барсуки сильнее.

- Хорошо аргументировано, мистер Поттер, - улыбнулась Помона. Очевидно, эти дети поняли, что для процветания их маловероятной дружбы нужна сила Хаффлпаффа.

- Все началось с того, что меня оставили на пороге дома маглов в ночь смерти родителей, - сказал Гарри, - мистер Малфой рассказывал волшебникам службы поддержки детей о моем детстве, поэтому, надеюсь, мне никогда не придется возвращаться к моим так называемым родственникам, - он бесстрастно объяснил о насилии, впервые почувствовав, что имеет право попросить о помощи. У него есть кровные братья и сестры, побуждающие его делиться всем и ничего не упускать. Драко держал его за правую руку, Невилл - за левую, а Гермиона обнимала его за талию сзади. Гарри был человеком, он не был «уродом» или «паршивцем», его любили, с ним хотели дружить. Его не накажут за то, что он рассказал, и он смог рассказать это Помоне.

Он получил от нее объятия и неловкие похлопывания по спине от других первокурсников.

- Мой отец могущественен в мире маглов, - сказал Джастин Финч-Флетчли, - я думаю, он тоже может кое-что сделать.

- Мой отец - юрист в обоих мирах, - произнесла Дора Тонкс, - он может поговорить с твоим отцом, Джастин.

- Мои родители стоматологи и обучены замечать жестокое обращение с детьми, как и все врачи, - заявила Гермиона, - это если нужна медицинская магловская оценка.

- Гарри получит полное обследование у мадам Помфри, - обеспокоенно покачала головой Помона, - и мы можем проверить его и в маггловских условиях, если это потребуется для маггловских судов. В любом случае я проверяю всех своих барсуков в первую неделю, в основном, всех первокурсников и некоторых старших, которые, как я подозреваю, возвращаются с каникул не до конца здоровыми. Я знаю, что Северус делает то же самое со своими Змеями. Дорогие мои, похоже, у нас больше родства со Слизерином, чем я предполагала.

- Верность может проявляться в разных формах, я полагаю, мэм, - с усмешкой произнёс Драко.

- Возможно, вы правы, мистер Малфой, - сказал Помона, - однако небрежность и неспособность проверить Гарри, что предосудительно, не обязательно являются признаком тёмного волшебника.

- О, это еще не вся информация, - сказал Гарри, - у меня есть веские основания подозревать, что насилие было способом изолировать меня, чтобы мной можно было манипулировать. Мой крестный отец был заключен в тюрьму без суда, и человек, который, по словам Хагрида, был близок к моим родителям, стал главным судьей в Визенгамоте. Я, кажется, чувствую какой-то подвох. Не говоря уже обо всем, что касается Философского камня.

- Что вы знаете о нем? - резко спросила Помона

- Я знаю, что Хагрид забрал его из Гринготтса, когда повел меня за покупками. Его также проинструктировали поторопить меня и убедиться, что у меня есть только книги из моего списка, чтобы я не узнал, кто я в волшебном мире, - тихо рассказывал Гарри, - когда Хагрид уронил эту штуку и подумал, что она в канализации, он попытался призвать ее и назвал Филосовским камнем. Я провел небольшое исследование. Почему эта штука спрятана в школе, полной детей? Почему сказали, что она спрятана в коридоре, где нас ждет верная смерть, а глаза директора мерцают, как будто это просто шутка? Неужели вы не думаете, что это заставит более смелых и безрассудных детей заняться расследованиями? И если он был учителем и директором в течение многих лет, он должен это знать, и я уверен, что он это знает. Он хочет этого, и, это может быть параноидально, но я думаю, что он хочет проверить меня.

- Дорогой, - сказала мадам Спраут, - я... я не знаю, что сказать. Он определенно проявил нездоровое количество внимания к вам, по сравнению с другими новыми барсуками, мистер Поттер. Просил меня стараться не быть слишком строгой, если бы тебя не было после комендантского часа в гостиной. Я сказала ему, что буду так же строга, как и с любым барсуком.

- Насколько строго? - заинтересовался Драко.

- О, немного разумного нарушения правил никому не повредит, пока нет опасности. У меня есть волшебная карта замка, привязанная к стражам в моем кабинете, так что я точно знаю, где все мои барсуки, и если они в опасности, я иду и спасаю их. Только если это не опасность быть пойманным мистером Филчем, когда они, вероятно, заслуживают любой отработки, какую он назначит. Знаете, барсуки могут быть безжалостными в случае необходимости.

- Ой, боже, - сказала Гермиона, у которой почти текла слюна от всей этой сложной магии. Волшебная карта, подумать только! Все новые братья поспешили успокоить ее - она уже открыла рот, чтобы выпустить шквал вопросов.

- Руны, моя дорогая, - сказала Помона. Глаза Гермионы заблестели.

- Мы думаем, что директор стал одержим идеей, что если Гарри случайно убил В-Волан-де-Морта, когда он был младенцем, то у него есть какой-то иммунитет к нему, и ему суждено убить его ещё раз, а значит его нужно превратить в оружие, - сказал Драко, - мой крестный, профессор Снейп, подслушал часть пророчества и... и он открыл его Волдеморту. Я почти уверен, что он подумал, что это шутка, но именно поэтому Волдеморт пошел за родителями Гарри. Я не знаю больше. Но поскольку здесь преподают гадание, Дамблдор должен серьезно относиться к пророчествам, не так ли? В противном случае он бы учредил что-то более разумное, например, алхимию, так как он мастер-алхимик.

- Я не могу осудить ваши рассуждения, мистер Малфой, - сказала Помона, - я глубоко потрясена тем, что с вами случилось, мистер Поттер, и постараюсь разобраться в этом. Я собираюсь сейчас же отвести вас в больничное крыло. Если вы трое хотите быть первой проверенной партией, вы можете остаться с ним. Я подозреваю, что в ваших словах больше правды, чем вы думаете, мистер Малфой. Это скорее навязчивая идея, а не тьма. Наш директор более склонен делать то, что он называет «всеобщим благом». Естественно, всеобщее благо важнее здоровья и безопасности своих учеников. Я пыталась жаловаться раньше, ведь искупление приходит только после наказания и покаяния, а прощение без последствий уводит людей все дальше во тьму. Наказанными остаются невинные жертвы, но Альбус этого не замечает.

- Может, у него маразм? - спросила Гермиона.

- Я не могу сказать, что он изменился за последние сорок лет, которые я его знаю, - сказал Помона, - а теперь в медпункт.

Остальные молодые барсуки были выставлены прочь, размышляя, действительно ли Дамблдор был Тёмным или же простой маразм взял верх.

- И он действительно руководил группой бунтовщиков-отступников на прошлой войне, - услышал Гарри ясный голос Сьюзен, - его бывшие соратники были почти такими же мрачными, как и нынешние Пожиратели Смерти. Сейчас они ссылаются на то, что цель оправдывает средства, что довольно близко к «в конце концов, все ради всеобщего блага».

*****
Доставив детей Помфри, Помона отправилась на поиски Северуса Снейпа.

- Помона, чем обязан? Драко воет из-за жизни среди барсуков и зовёт крестного? - Северус слегка усмехнулся.

- Мистер Малфой может быть немного избалован, но он обратил мое внимание на кое-что, с чем, я думаю, мне нужна ваша помощь, - сказала Помона, - не могли бы вы пойти со мной?

Северус осторожно вошел.

Помона налила ему и себе огневиски, и Северус приподнял бровь.

- Я жду полного отчета от Поппи Помфри о многочисленных травмах и вероятном недоедании Гарри Поттера, - внезапно для Снейпа выдала Помона.

- Гарри Поттер? Если он сказал тебе, что истощен, он лжет, чтобы привлечь внимание, как и его отец, -усмехнулся Северус.

- Северус, он меньше Драко, который худощав, как и все Малфои в его возрасте, из-за их крови фей, - Помона была в замешательстве, - я видела, что было у него под рубашкой, когда он разделся для проверки Поппи. Я могу сосчитать его ребра, у него впал живот из-за голодания, и некоторые отметины на его спине останутся навсегда. Тебе знакомо это, не так ли? Поппи говорит во сне, когда она расстроена.

Северус вздрогнул.

- Дамблдор заверил меня, что мальчик живет с родственниками, которые обращаются с ним как с маленьким принцем.

- Откуда бы он это узнал? Гарри никогда не встречал Альбуса, за исключением того, что однажды очень холодным ноябрьским вечером тот оставил его на пороге, - сказала Помона, - я не хочу, чтобы он возвращался к Дурслям.

Северус смотрел.

- Я ... разве Петуния не вышла замуж за человека по имени Дурсль?

- Он упомянул тетю Петунью, которая в четыре года колотила его по голове сковородой, потому что он сжег завтрак, когда впервые готовил для них, - произнесла Помона.

Северус залпом проглотил свой огневиски.

- Пока не обсуждайте это с директором, - посоветовал Снейп, - он легелимент, и он не брезгует обливиэйтом для людей, которые идут против него.

- Я знаю, - сказала Помона, - я обнаружила это в первый раз, когда пожаловалась ему на то, что Сириус Блэк и Джеймс Поттер издеваются над одним из моих барсуков. Он ничего не сделал и позволил им уйти от наказания. Ребенок, о котором идет речь, был очень расстроен тем, что я даже не помнила его жалоб. Поппи вернула мне память. Она скрывает свои воспоминания под фиделиусом, потому что он удаляет некоторые из них. Помфри каждый день создает резервную копию своей памяти, сохраняя свои воспоминания в Омуте Памяти, который мы купили вместе, на случай, если Дамблдор придет в больницу и поймает её в неожиданный момент. Когда я иду к нему, всегда извлекаю свои воспоминания и просматриваю их. Он может стереть мои воспоминания, но я могу вернуть их обратно. Я делала это много раз. Я думаю, утверждение Драко о том, что директор постепенно становится Темным, возможно, не так уж далеко от истины.

- Я не могу действовать против него, он держит меня на куче клятв и спасении меня от Азкабана, - с горечью выплюнул Северус, - а кому-то ещё стирали память?

- Очевидно да. Я также подозреваю, что однажды это может случиться и с Гарри Поттером, - с грустью вымолвила Помона, - я так понимаю, существует какое-то таинственное пророчество.

- Я не знаю его полностью, да и не верю особо. Пророчества можно понять совершенно по-разному.

- Гарри считает, что если два мерзких, безрассудных старика верят в это, не имеет значения, в чем его суть, так как они сочинят любую болтовню, которой сами хотят верить, в качестве интерпретации, - сказала Помона.

- Что ж, он неплохо размышляет, несмотря на оскорбления, - заметил Северус.

- Иди к Амелии Боунс. Попроси веритасерум после очищающего зелья, чтобы доказать, что в тебе нет противоядия, и поклянись своей магией, что ты больше не Пожиратель смерти, - посоветовала Помона, - это избавит тебя от благодарности Альбусу. Твой старый друг Люциус, кажется, поддерживает Гарри.

Северус уклончиво фыркнул; в письме предлагалось передать Гарри Волан-де-Морту в качестве альтернативы.

- Мне нужно поговорить с Люциусом.

- Конечно-конечно! И я доложу о Гарри Дамблдору с праведным негодованием и буду настаивать на том, чтобы что-то было сделано. Если он невиновен в обвинениях Драко, Невилла, Гермионы и Гарри в преднамеренной опасности для Гарри, он будет искать альтернативное место для Гарри. Если он намеренно поместил его туда, чтобы сломить волю ребенка, то он заберёт мои воспоминания, и когда я восстановлю их, я все узнаю.

- Проблема в том, что он считает, что в долгосрочной перспективе все это окажется лучшим решением, - сказал Северус, - мне бы хотелось немного большей защиты, когда я учился в школе. Защиты от хулиганов и от отца.

- Я знаю, дорогой, и мне очень жаль, что у тебя никогда не было поддерживающего главы Дома. Гораций был так же полезен, как пустой котел, для тех, кого он не мог использовать для своего дальнейшего социального роста.

- По крайней мере, он не осуждал моё происхождение, но он был бесполезен для меня, пока он с опозданием не увидел мои способности. Тогда я уже все равно не собирался идти к нему.

*****
- Нам нужно подружиться с мистером Филчем, - торжественно заявил Гарри.

- Что ты сказал? - недоуменно спросил Драко.

- Если мы будем вынуждены нарушить комендантский час, а мистер Филч поймает нас, мы должны знать, что он смотрит на нас благосклонно, - произнес Гарри, - я голосую за то, чтобы мы принесли ему шоколадные котлы - они действительно вкусные, Драко, спасибо, что поделился своим набором - и угощения из кошачьей мяты для миссис Норрис. И сказать, что мы слышали истории о том, что наши отцы плохо себя вели, и хотели извиниться и начать занова в новом поколении.

- Он подумает, что они отравлены.

- Тогда мы можем сказать ему, чтобы он отнес их к любому учителю, чтобы проверить, - просто сказал Гарри, - и мы должны прийти в субботу утром, чтобы не отнимать его рабочее время и не сильно занимать свободное.

- А он работает как домашние эльфы?

- Кто такие домашние эльфы? - спросила Гермиона.

- Это раса существ, связанных с волшебниками, которые готовят, убирают и тому подобное. И, пожалуйста, прекрати возмущаться, Гермиона, пойми, что им это нравится. Также, как ты любишь читать. Крэбб и Гойл, с которым я ожидал оказаться в Слизерине, считали чтение сродни заключению в рабство. Не всем людям нравятся одни и те же вещи. Все старые семьи связаны с эльфами.

- Но этим можно злоупотреблять, - проскулила Гермиона.

- Конечно, можно, - сказал Драко, - но домашние эльфы боятся свободы. Если их магия ослабеет вне связи с волшебником или ведьмой, они умрут.

Гарри ахнул.

- Как ты думаешь, у Поттеров есть домашние эльфы? Если они не связаны со мной, они могли умереть!

- О, Гарри, как ужасно! Они не должны быть в такой ситуации! - заплакала Гермиона.

- Я никогда не думал об этом, - задумчиво помотал головой Невилл.

- Хорошо, они действительно не должны быть в такой ситуации. Но, Гермиона, советую найти в библиотеке пару книг про домашних эльфов, прежде чем спорить об их интересах. Тебе, Гарри, лучше позвать поттеровских эльфов. Они, вероятно, смогут восстановить свою магию, помогая нам или Филчу, - добавил Драко.

Гарри тотчас же воскликнул:

- Эльфы Поттеров!

Четыре эльфа выскочили из ниоткуда и начали рыдать, целовать руки и ноги Гарри.

- Мастер Генри наконец хочет нашей помощи! - напевала пожилая домовушка.

- Подожди, меня зовут Генри? - спросил Гарри.

- Да, сэр, мастер Генри, разве вы не знали? Лалли была няней мастера Генри.

- Значит, обо мне могли позаботиться эльфы? Я мог не жить с магглами? Я даже не знал, что у меня есть эльфы, пока я внезапно не задумался об этом, - тихо сказал Гарри, - и меня всегда звали Гарри. По крайней мере, как только я узнал, что меня зовут не «урод».

- Это неправильно, что один из Семерых должен жить с магглами, - сердито заворчала Лалли, - что это за магглы?

- Сестра моей матери Петуния и ее семья, - сказал Гарри.

- Эта никудышная негодяйка? Вы больше не будете жить с ней, Мастер Генри! Позовите Лалли на праздники, и мы сможем заглянуть в Поместье Поттеров, которое охраняется лучше, чем любые магглы! И почему Мастер Джеймс и Госпожа Лили позволили уговорить себя оставить Поместье ради какого-то недоделанного фиделиуса, Лалли не знает. Этот Дандлдор - старый дурак.

- Именно он оставил меня с Дурслями.

- Мастеру Генри больше не придется беспокоиться. Нужно ли мастеру Генри что-нибудь еще?

- Э, не сейчас, спасибо, Лалли. Драко сказал мне, что во всех старых семьях будут эльфы, поэтому я хотел узнать, все ли с вами в порядке. Я о вас просто не знал, - виновато добавил Гарри.

- Мастер Генри заботится о нас! - пищал один из других эльфов.

- Почему все эти маленькие мастера хозяева и хозяйки Вашей крови? - спросила Лалли.

- Мы заключили договор как братья по крови, так как у меня нет близких родственников, - сказал Гарри.

- Тогда они могут что-то нам приказать, Мастер Генри?

- Да, но если они попросят вас сделать что-то, чего вы не хотите, вы можете отказаться, - ответил Гарри, - и вы можете спорить со мной, если думаете, что я говорю вам сделать что-то неправильное или глупое.

- Мастер Генри - великий мастер, - с восторгом и трепетом заявила Лалли.

Они исчезли.

- Думаю, мы только что узнали, что теперь являемся членами Дома Поттеров, - недоуменно заметил Невилл.

- Что ж, даже если Гермиона не Дагворт-Грейнджер, это дает ей статус, - сказал Драко, кивая Гермионе.

- Вау, но это означает, что у меня есть домашние эльфы, вроде как, и мне это не нравится, - сказала Гермиона.

- Позови Лалли как-нибудь и спроси ее об этом, она не похожа на рабыню.

- Я могла бы сделать это, - обрадовалась Гермиона, - давайте объединим наши деньги, чтобы добиться от мистера Филча хорошего отношения.

*****
Аргус Филч был параноиком, и когда он получил в подарок шоколадные конфеты и угощения для кошки, сразу отнес их Северусу Снейпу для проверки.

- Все хорошо, Аргус, - сказал Северус, гадая, что за гадости затевают маленькие барсуки.

У Гарри и Драко в обуви лежала кошачья мята, и они отказывались отдавать её Невиллу и Гермионе. Между ближайшими отпрысками Дома Блэк было негласное понимание, что относительная невиновность их друзей должна быть сохранена.

Миссис Норрис любила кусаться, но все четверо изо всех сил старались погладить ее и даже нашли сладкое место на ее позвоночнике и хорошее пятнышко за каждым ухом, доведя ее до экстаза и высшей кошачьей любви.

Драко объяснил, что книзл для сквиба - это то же самое, что собака-поводырь для слепого. Тогда Гермиона представила теорию о том, что если домашние эльфы получают свою жизненную силу и магию от волшебников, то и книзлы тоже могут поступить так же. В таком случае, миссис Норрис могла быть облезлой и некрасивой, потому что ее баловал только сквиб, а не волшебники.

Возня с Миссис Норрис была не только в качестве эксперимента, но и в качестве самосохранения. К тому же Гарри любил кошек, даже сумасшедших кошек своей сумасшедшей соседки. Кошки знали, как расслабиться и радоваться жизни, были независимыми и свободными, что для Гарри было очень важно.

Между тем занятия были неоднозначными. Трансфигурация была трудной, и на ней только Гермиона зарабатывала очки. Чары были интересными, и Гарри с нетерпением ждал практических занятий. Зелья же потенциально были лучшим классом на свете. На первом занятии профессор Снейп пристально посмотрел на Гарри, но это не отразилось болью в шраме, поэтому Гарри лучезарно улыбнулся ему. Эта улыбка заставляла большинство враждебно настроенных учителей подчиниться и полюбить его. Представление мастера зелий его низким, красивым и настойчивым голосом было завораживающим.

Гарри работал с Невиллом, и, поскольку все они читали дополнительные книги Гарри, все они знали о подготовке ингредиентов.

Снейп же напал на несчастную девочку с Рэйвенкло.

- Мисс Патил, - произнес он опасно шелковистым тоном, - я уверен, что вы не похожи на свою сестру, чей единственный интерес к зельям, похоже, заключается в приготовлении косметических средств и любовных зелий?

- Н-нет, сэр, - пробормотала Падма.

- Хорошо. Однако я поражен тем, что Когтевран, имеющий статус ужасно умных, может не научиться нарезать ингредиенты, когда магглорожденный, у которого нет ваших очевидных преимуществ, занят созданием почти идеального зелья за столом Хаффлпаффа, - усмехнулся Снейп, - даже наша новая знаменитость, выросшая у маглов, пока справляется лучше вас. Кажется, у меня есть идея. Я полагаю, что кто-либо, чья резка ингредиентов не достаточная хороша не подходят для этого класса. Те люди, чьи зелья сейчас исчезнут, не получат оценок за этот урок. Вы можете уйти прямо сейчас и начать первую часть своего дополнительного домашнего задания, выясняя, почему вы испортили так много ценных ингредиентов. Домашнее задание будет в дополнение к обычному для тех, кто не беспокоится о подготовке. Оно будет состоять из 6 дюймов, вы должны описать, какие добавки к вашему зелью требуют особого внимания, дополнительного ухода и почему.

Несколько Рэйвенкло, Эрни и Джастин были выставлены вон из класса рыдающими. Сьюзен и Ханна, которые работали вместе, справились немного лучше и остались в классе.

- Нам нужно помочь Эрни и Джастину, - прошептала Гермиона Драко.

Драко скорчил гримасу, но кивнул.

Барсуки держатся вместе. Барсуки расплачивались по долгам охотно и без всяких оговорок. Хаффлпафф был намного спокойнее, чем змеиная яма, но Драко боялся потерять свое преимущество.

Квиррел был странный, и у Гарри на его уроке действительно болела голова. Они практиковали сглаз друг на друге и пытались застать противника врасплох, чтобы улучшить навыки уклонения и защиты.

Что касается Истории магии, Паффы вскоре поняли, что Биннс понятия не имел, были они там или нет, и бросили жребий. Тот, кто проиграл, должен был подготовить записи лекций на одной неделе. Затем они проводили свою Историю магии в неиспользуемом классе. Джастин также упомянул маггловскую игру под названием «Вархаммер», и они заказали целые армии орков, гоблинов и высших эльфов, магов, чтобы воссоздать и отразить восстания гоблинов из учебника. Вскоре для этого потребовался еще один заброшенный класс, и по вечерам можно было увидеть, как разные хаффлпаффцы с других курсов тоже создают фигуры для своих армий. У Хаффлпаффа появилось новое хобби, и правила Вархаммера им вполне подходили.

*****
Тем временем Помона боролась с Альбусом Дамблдором в его офисе.

- Что я могу сделать для тебя, Помона? Лимонную дольку?

- Вы знаете, я не трогаю их, - сказала Помона, - Альбус, я столкнулась с худшим случаем жестокого обращения, который когда-либо видела.

- Мальчик Малфой? - спросил Дамблдор.

- Нет, у него было строгое, но справедливое воспитание, - твёрдо произнесла Помона, - в отличие от Гарри Поттера, который был буквально на волосок от того, чтобы явиться в школу сквибом из-за того, что ему пришлось заставлять свою магию исцелять удары и раны, нанесенные ему его кузеном. Подумай только, Альбус, он никогда не был в больнице!

- О, Помона, ты, конечно, преувеличиваешь, мальчики есть мальчики, они будут толкаться и драться.

- Если ты считаешь меня такой глупой, что я не могу отличить небольшую драку от систематических пыток, почему я учу детей? - яростно спросила Помона, - детские драки не приводят к повторным переломам рук, сломанным ребрам, проколам легкого, шрамам в виде пряжек ремня на спине, ягодицах, боках и бедрах, а также признаков зажившего повреждения почек, столь серьезного от удара кузена Гарри. Если бы мальчик не был волшебником, его двоюродный брат, вероятно, был бы убийцей.

- Но все же, Гарри - волшебник, а его кузен был бы опустошен, если бы случайно убил своего товарища по играм.

- Альбус, они не товарищи по играм. Дадли Дурсль намеренно причиняет Гарри боль. Тетя и дядя постоянно били его и уверяли, что его воспитание было невозможно без насилия. Он страдает от недоедания, которое обычно наблюдается только в Африке. Его магическое ядро ​​было повреждено, потому что какой-то идиот наложил на него незаконный блок, а это значит, что ему было труднее лечить себя. Это не шутка, Альбус, этот мальчик может умереть, если вернется туда.

- Он должен вернуться туда, Помона. Его мать пожертвовала собой ради него, и он должен жить там, где течет ее кровь. Я установил кровную защиту, чтобы уберечь его от последователей Волан-де-Морта.

- Это не поможет, если он уже мёртв. Его ядро ​​действительно может подвести его, - почти прокричала Помона.

- Я думаю, ты недооцениваешь стойкость Гарри, - подмигнул Дамблдор.

- Гарри также сказал мне, что ты никогда не проверял его, и никто не рассказывал ему о волшебном мире, пока не появился Хагрид.

- Ему нужно было нормальное детство, чтобы его не беспокоила слава.

- То есть ты считаешь, что это норма - вместо боксёрский грушы использовать Гарри и постоянно давать ему задания, подходящие только домашним эльфам? Значит, это нормальное детство? Я задаюсь вопросом, не сошёл ли ты с ума от старости, - кричать Помона, глава самого доброго факультета, умела очень громко, - он не может вернуться туда, и я думаю, что нужно задействовать службы по уходу за детьми, и Поппи согласна со мной. Альбус, что ты делаешь?

- Мне очень жаль, моя дорогая, но для Гарри лучше всего продолжить проходить испытания, - сказал Дамблдор, разачарованно покачав головой, - Обливиэйт!

*****
Помона, конечно, восстановила воспоминания о том, почему она собиралась увидеть Альбуса.

- Я собираюсь убить его, - яростно сказала Помона.

Она дала Альбусу достаточно времени - тому надо было стереть воспоминания Поппи Помфри, тоже знающей о состоянии мальчика. Спустя двадцать минут она пришла к Поппи и помогла той восстановить свои воспоминания.

- Почему ты не сказала ему, что мы уже подали заявление в службу по уходу за детьми? - спросила Поппи.

- Я хотела посмотреть, сделает ли он что-нибудь ужасное, когда я заговорю с ним о Гарри, - просто сказала Помона.

- Хорошо, Помона. Я думаю, у нас достаточно денег, чтобы пойти в ДМП*.

- Он выкрутится из этой ситуации, точно выкрутится, за него пока что весь визенгамот, - вздохнула Помона, - по крайней мере, мы держим наши тела подальше от зелий и проклятий... Интересно, есть ли на Северусе какое-нибудь проклятие, чтобы ненавидеть любого, кто похож на Джеймса Поттера?

- Вполне возможно. Кстати, Гарри без очков намного больше похож на Лили, - сказала Поппи, - как-то раз я видела его без них, но с какими-то прозрачными штучками в глазах. Он сказал мне, что это называется контактными линзами, и он купил их в мире маглов.

- Боже мой, маглы могут быть очень изобретательными, - удивлённо произнесла Помона, - знаешь, я позабочусь о том, чтобы Альбус не вмешивался в жизнь Гарри.

- И как ты это сделаешь?

- Дам тебе совет на будущее, дорогая моя: помни - ни в коем случае не раздражай герболога.

Гарри с радостью повторил бы этот совет, пока усердно просил отдать ему любое растение, которое могло вызвать у его родственников ужаснейшую сыпь и фурункулы.

________
* Департамент Магического Правопорядка (ДМП) - отдел в Министерстве магии, занимающийся созданием правовых актов, регулирующих юридическую сторону жизни магического сообщества. Также в функции отдела входит контроль над выполнением существующих правовых норм.

*****
Весь первый курс Хаффлпаффа помогал Аргусу Филчу, что было очень приятно этому угрюмому старику.

- Вы просили профессора Снейпа научить вас некоторым полезным зельям? - как-то раз спросил Драко, - я знаю, что большинство сквибов умеют управлять зельями, и, возможно, вы могли бы выучить некоторые руны, потому что их можно активировать с меньшим количеством магии.

Филч уставился слезящимися глазами, чтобы увидеть, не играет ли мальчишка Малфой в игры. Они могли обмануть его, чтобы смеяться над ним позже, если он попытается, но Миссис Норрис в данный момент лежала на коленях у блондина и мурлыкала, чего она не делала, если у кого-то были злые намерения по отношению к её хозяину.

- Ничего подобного я не спрашивал, - грустно сказал он, - знаете, я не думаю, что Миссис Норрис когда-либо проявляла такую любовь к кому-нибудь, как сейчас к вам четверым, - кивнул на всех первокурсников.

- Она умная девочка, - пропел Гарри, осторожно поглаживая животик Миссис Норрис. Это было настолько опасным занятием, что Миссис Норрис это надоело. Она за полсекунды перешла от полужидкой лужицы удовольствия к острому оружию ниндзя. У человека было около пяти секунд, чтобы определить вероятность изменения настроения.

- Эх, а вы не такие, как эти гении в Гриффиндоре, - сказал Филч. Паффы вздрогнули. Большинство из них сталкивались с грубостью Рональда Уизли, бессодержательной глупостью Парвати Патил и Лаванды Браун и отсутствием этикета со стороны Дина Томаса и Симуса Финнигана. Гермиона была очень рада, что не последовала своему желанию пойти в Гриффиндор. Ни у кого из них не было никаких манер, и никто из них не стал бы мягко и любезно объяснять, что пытаться превратить свою руку в высокую башню - дурной тон, грубо по отношению к учителю и одноклассникам, и откровенно нелояльно по отношению к своим друзьям. А профессор Снейп любезно объяснил ей, что она пишет эссе не для дополнительной оценки, а для того, чтобы научиться сводить факты по заданному предмету, и только по заданному предмету, в сжатой форме, чтобы облегчить чтение. И что большинство учителей просто не засчитывают то, что написано после определённой длины. Гермиона покраснела, когда он сказал, что если все студенты напишут вдвое больше, чем их просили, и профессора станут проверять это, уроки не будут проводиться пару недель подряд. Профессора просто не найдут время для новых уроков. Она осознала, что учителя тоже люди, а сочинения не имеют какой-либо магической важности.

Затем Хаффлпаффцы почувствовали необходимость побыть озорниками, поэтому Джастин и Гермиона познакомили их с концепцией Монти Пайтона*, и все они пошли обедать в плащах с капюшонами, неся свои эссе по зельям и распевая:

"О, Святой Мерлин,
Не дай нам умереть на уроке,
Помоги своей силой,
Спой святую песню, о Мерлин!

Разгадай загадку зелий,
Спой песню, Ме-е-ерлин!"

После каждой строчки ребята били себя по голове этими самыми эссе. Они торжественно подошли к столу для персонала, встали на колени перед Снейпом и пропели:

"Разгада-а-ай!", прежде чем встать, поклониться и молча вернуться на свои места.

- Благослови мою душу, - сказал шокированный Дамблдор.

- Я думаю, что у первокурсников Хаффлпаффа слишком много свободного времени, - выдал Снейп, слишком ошеломленный, чтобы думать про отработку. В конце концов, это все не означало насмешку, а своего рода уважение - он прочитал его в глазах Драко и Поттера, когда они преклонили колени перед ним.

Он пожал плечами.

По крайней мере, это было оригинально.

_______
* Монти Пайтон - комик-группа из Великобритании, состоявшая из шести человек. Благодаря своему новаторскому, абсурдистскому юмору участники «Монти Пайтон» находятся в числе самых влиятельных комиков всех времён. Влияние, оказанное коллективом на жанр комедии, сравнивают с влиянием, оказанным группой The Beatles на поп- и рок-музыку. Они высмеивали Евангелие, в смысл жизни, жизнь человека. Зачатие, рождение, смерть. Всё это превращено в неприличный балаган. Наши ребятки, видимо, решили пойти по стопам группы и немножко посмеяться над зельеварением и его прекрасным преподавателем.

*****
А потом был Хэллоуин, и первокурсники Паффа попросили мадам Спраут провести бдение в честь Самайна в их собственной общей комнате. Им подали еду с праздника, и Гарри не пришлось видеть, как люди веселятся в день траура по его родителям.

Помона не удосужилась рассказать об этом Дамблдору, пока он не спросил, где Гарри.

- Альбус, твой интерес к этому мальчику больше, чем ко всем другим моим барсукам. Между прочим, не одного Гарри нет здесь, но это тебя не очень беспокоит, - проворчала Помона, - я разрешила первокурсникам провести бдение в честь Поттеров.

- Я приказал всем присутствовать на пиру, - раздраженно сказал Дамблдор.

- Чего никогда раньше не делал. Ты забыл, что в этот день потерял мальчик, или ты просто садист? - спросила Помона, - у Северуса тоже отсутствует молодая змейка, Миллисент Булстроуд. Она тоже потеряла близкого человека, Северус?

- Я не уверен, но должен был узнать, - с досадой произнёс Северус.

- Я уверен, что у нее есть причины, - сказал Дамблдор, когда Северус поднялся.

- И все же вы готовы воспитать из него марионетку, и теперь волнуетесь потому что Гарри Поттер пропал? - усмехнулся Северус, - он был шокирован, когда Поппи действительно нашла в нем чары отвращения и ненависти к маленькому мальчику, - я собираюсь проверить, все ли в порядке с мисс Буллстроуд.

Именно в этот момент Квиррел ворвался в большой зал.

- Тролль! В подземелье! - И тут же грохнулся в обморок.

- Слизерин, стоять! - Крикнул Снейп, прежде чем покинуть комнату. Нужно поспешить. Где же Миллисент?

Первокурсники Хаффлпаффа пропустили всю суматоху, но на следующий день Тео Нотт сказал Драко, что Милли Булстроуд плакала в туалете, потому что Рон Уизли назвал её противной и сказал, что ей никогда не найти друзей.

- Бедная Милли, она хороший ребенок, - загрустил Драко.

Остальные кивнули. Миллисент и Тео часто занимались с Паффами в библиотеке, и были в хороших отношениях.

- Мы должны что-то сделать, - сказала Гермиона, бегая взад и вперёд по комнате, - если мы взорвали эту подушку, потому что все сразу направили на неё свои заклинания, значит узы крови пересилили её. Мы, конечно, можем как-то попробовать исцелить Милли?

- Мы недостаточно знаем обо всем этом, - грустно сказал Невилл.

- Однажды мы исцелим с помощью крови твоих родителей, - воодушевленно заявил Гарри, - сожги меня в огне, если я лаю не на то дерево, но мы можем поделиться с ней нашей кровью?

- Ну, это не повредит, - сделал вывод Драко.

Они побежали к лазарету.

- Что вы хотели, дети? - спросила Поппи.

- Милли наша подруга, она не ходила на уроки. Мы хотели посидеть с ней, - Драко состроил самую честную мордашку в мире.

Поппи фыркнула.

- Это больше, чем сделали ее собственные соседи по факультету, - растроенно сказала она, - не думаю, что вы можете причинить какой-либо вред.

Миллисент была крупнокостной девушкой, хотя на данный момент у нее было много детского жира. Чёрные волосы лежали крупными волнами, а тяжелые прямые брови были сведены к переносице. Она издавала нездоровые хрипящие звуки.

Они ждали, пока Помфри уйдет, а затем, по общему согласию, Гарри и Гермиона разрезали свои ладони, а затем ладони Миллисент, пока двое других перекачиввли силу в друзей. Гарри лечил многие из своих ран, включая раны головы, поэтому он сразу смог почувствовать ядро ​​Миллисент, как только их кровь смешалась. Затем Драко и Невилл добавили свою кровь, и все отошли, кроме Гарри, который был ближе всех к Милли. Он понятия не имел, что светился. Позже Невилл описал это свечение, как свет от феникса.

Миллисент кашлянула, открыла глаза и резко села.

- Не пытайся пока, - сказала Гермиона, мягко толкая её обратно на подушки.

Позади них раздался сдавленный вздох, и подростки повернулись и увидели солидного на вид мужчину, который должен был быть отцом Миллисент, и женщину, которую можно описать только как красивую, что была ее матерью.

Драко осторожно встал и поклонился.

- Мистер Булстроуд, миссис Булстроуд.

- Поппи, ты сказала, что надежды нет, - выдал ошарашенный мистер Булстроуд.

- Нет...о! - Поппи вдруг закрыла лицо руками, - вы, непослушные дети! Вы использовали магию крови?

- Мадам Помфри, я могу лечить только тогда, когда я привязан к магическому ядру, - ответил Гарри, - и я лучше приму любое наказание, чем не буду спасать жизнь, когда могу. «Во всяком случае, любую жизнь, имеющую ценность для моих друзей», - подумал он, - «Я бы не стал беспокоиться о Рональде Уизли или Панси Паркинсон, хотя Драко о ней действительно заботится»

- О, Гарри! Ты понятия не имеешь, что натворил, - сказала Помфри, - вы с мисс Булстроуд теперь связаны душой и никогда не будете счастливы в браке с кем-либо ещё.

- Ну что ж, если мы объединены душой, я думаю, все у нас будет хорошо, - просто ответил Гарри, задаваясь вопросом, означает ли это, что Гермионе придется выбрать кого-то из остальных.

- У Миллисент теперь Долг Жизни, - сказал мистер Булстроуд. Он проницательно посмотрел на окровавленные ладони, - вам всем.

- То, что сделал этот парень Уизли, было неправильным, - высказал общее мнение Драко, - заставив ее так грустить, что она плакала в туалете, когда появился тролль.

- Тролль? Какой тролль? Дамблдор сказал, что она попала под случайное заклинание. А что насчет этого Уизли, заставившего ее плакать? - шокированно спросила миссис Булстроуд.

- Мы пропустили это, иначе мы могли бы ее спасти, - сказал Драко и рассказал родителям Милли о случившемся.

- Я буду драться с этим ужасным старым шутом, - прорычал мистер Булстроуд.

- Тише, папа, - передернувшись, сказала Миллисент.

- Извини, лепесток, - чуть виновато прршептал мистер Булстроуд.

- Ты собираешься вызвать Уизли на дуэль за то, что он чуть не убил твою невесту, Гарри? - спросил Драко.

- Ты шутишь? Почему я обазательно должен победить его на дуэли? Я собираюсь познакомить его с такой гербологией, которой он никогда раньше не знал, - опасно усмехнулся Гарри.

*****
По общему решению, Дамблдору ничего не было сказано о магии крови, только то, что у Гарри обнаружился неожиданный дар исцеления. И мадам Помфри намеревалась безжалостно обучать его искусству врачевания, чтобы это стало правдой.

Дамблдор, конечно, был рад, что Миллисент выжила, хотя он был менее доволен, когда Торкиль и Флайгик Булстроуд ворвались к нему в кабинет, метая молнии. Они сообщали ему, что они будут требовать компенсации от Уизли. Утверждения, что это были просто шутливые слова, остались без внимания.

- Он назвал нашу дочь троллем, рожденным от ведьмы и медведя! - выл мистер Булстроуд, - это издевательство! У вас нет никаких ограничений и наказаний в отношении издевательств, кроме как кормить своих гриффиндорских хулиганов чаем и пирожными за эти фокусы!

Это было слишком близко к истине, и Дамблдор перестал чувствовать себя комфортно. Альбус был рад, когда смог избавиться от разъяренных Булстроудов. Если бы они не были чистокровными, с детства обученными окклюменции, он бы их... И даже если бы они не были отменными окклюментами, они слишком громко высказывали свое мнение. Слышали все, так что избавиться от слухов уже не удалось бы.

Он был бы еще менее счастлив, если бы знал то, что знали они. Сириус Блэк собирался предстать перед судом. Они планировали подойти к нему как к свободному человеку и сообщить о помолвке их дочери и его крестника. Это помешало бы планам Дамблдора женить Гарри на Джинни Уизли и вернуть состояние Уизли богатством Поттера, чтобы лояльная семья могла позволить себе поддерживать Орден Феникса материально.

*****
Услуги по уходу за детьми забрали Гарри с Трансфигурации, к огромному раздражению МакГонагалл.

- Чего они могут хотеть? - громко спросила она, - мисс Грейнджер? - Гермиона подняла руку.

- Я думаю, что то, что они хотят, является конфиденциальным, иначе они не попросили бы Гарри пойти с ними. Если бы они или он хотел, чтобы этот разговор распространился по школе, они могли бы остаться здесь, - сказала Гермиона.

На лице МакГонагалл начался тик.

- Вы обвиняете меня в сплетнях, мисс Грейнджер? - почти прорычала она.

- Вовсе нет, миссис МакГонагалл, но ведь вы не единственный человек в этой комнате, - ответила Гермиона.

- Они узнали, что он сквиб, и забрали его, - усмехнулся Рон Уизли. Он продолжал играть на слабостях однокурсников. МакГонагалл это оттолкнуло и обеспокоило: у директора, похоже, была такая же болезнь.

- Вы понимаете мою точку зрения, мадам МакГонагалл, - ласково сказала Гермиона, - нименьший общий знаменатель в классе.

- Пять баллов от Хаффлпаффа за очернение сокурсника, - рявкнула МакГонагалл.

- А Уизли сходит с рук очернение сокурсника? - невинно спросила Гермиона.

- Мистера Поттера здесь не было, чтобы слышать это, - покраснела МакГонагалл.

- От этого дела обстоят еще хуже, - сказал Драко, - это лишает его уважения, к тому же происходит за спиной, что хуже, чем когда это публично. Если мисс Грейнджер теряет пять очков, Уизли должен потерять десять.

- Хватит, я не буду обсуждать с вами свои решения, - рассвирипела МакГонагалл.

Драко кивнул.

- Я запишу это в своём дневнике, попечители будут счастливы увидеть эту пометку вместе с потерянными очками и вовлеченными домами, - сказал он.

- Вы обвиняете меня в том, что я предпочитаю собственный дом? - потребовала ответа МакГонагалл.

- Это и то, что Гарри Поттер предпочитает барсуков львам, - сказал Драко, - вот почему вы плохо с ним обращаетесь в классе, не так ли?

- Я не хочу видеть его на своём факультете! - прошипела МакГонагалл.

- Ложь! - одновременно сказали все Хаффлпаффцы, как будто это было заранее согласованно.

МакГонагалл побледнела.

Она и не подозревала, что к Гарри относятся так хорошо. Она ожидала, что он будет не хуже Джеймса, но не лучше его, нет.

- Класс свободен, я отменю отнятые мной очки, мисс Грейнджер, так как я думаю, что вы справедливо защищали своего друга.

- Малфой должен быть слизистой змеей и взять с собой своих слизистых друзей, - ядовито прошипел Уизли.

Драко посмотрел на мадам МакГонагалл, приподняв бровь. Ему потребовалось два года практики, чтобы добиться выражения, позаимствованного у дяди Северуса.

- Мистер Уизли, это было неуместно, - произнесла МакКошка.

- Возможно, вашему отцу следует знать, как ты изо всех сил вредишь членам Семерки, - сказала Гермиона, ярко улыбаясь Уизли.

Она планировала рассказать об этом Перси, у которого вместо мозгов были одни правила , но, по крайней мере, он понимал политику лучше, чем его младший брат.

*****
Рассказывать его историю во второй раз было легче, и Гарри спокойно отвечал на вопросы. Он попросил взять с собой Люциуса Малфоя - взрослого, которому он доверял, как учила мадам Спраут. Люциус встал позади него и массировал его плечи и шею, что Гарри очень успокоило.

- Кажется достаточно очевидным, что Альбус Дамблдор снял с себя обязанности вашего магического опекуна, - объявил социальный работник по имени «зовите меня Деннис», - однако, хотя ваш крестный отец, скорее всего, скоро освободится, он не сможет заботиться о несовершеннолетнем по психологическим причинам. Есть ли у вас какие-либо предпочтения относительно того, с кем вы хотели бы жить?

Гарри взглянул на Люциуса.

- Мой двоюродный дядя Люциус сказал мне, что Дамблдор не позволит мне поменять опекунов, - ответил он. Гарри регулярно писал Малфоям, и ему тайно переправляли письма, а также его часть подарков и сладостей.

- Это не его дело, - сказал Деннис.

- Он по-прежнему главный волшебник в Визенгамоте, - Гарри покачал головой, - и он заставляет людей делать то, что он хочет.

- Я разговаривал с мадам Помфри, и у меня есть основания полагать, что он менял её память и забрал у нее важную информацию, - сказал Люциус, - к счастью, мадам Помфри хранит по две копии документов, а также хранит копии своих воспоминаний.

- Мы поговорили со школьной медсестрой, - сказала коллега Денниса, Гарри пока не знал ее имени, - но нам нужно знать, с кем мистер Поттер хотел бы жить.

- А какой выбор мне предлагают? - спросил Гарри, - пока это не Дурсли и не Дамблдор, я думаю, что почти любой выбор лучше.

- Мы получили предложения от мистера и миссис Тонкс, мадам Лонгботтом, миссис Уизли, которая сообщила мне, что ее сын ваш лучший друг, и что вы для нее как сын, поскольку собираетесь жениться на ее единственной дочери, и миссис Булстроуд на том основании, что их дочь задолжала вам жизнь, и вы выразили заинтересованность в соглашении о помолвке.

- Миссис Уизли? Серьезно? Та сумасшедшая дама, которая нарушила закон о секретности? О чем она? Я ненавижу ее сына, он чуть не убил мою невесту, и я бы никогда не согласился жениться на их плаксивой, орущей дочери! Откуда она взяла такую ​​нелепую идею?

- Милли еще не твоя невеста, - напомнил Люциус, - я бы порекомендовал на короткий срок сделать опекунами семью Булстроуд, чтобы лучше узнать Милли, Гарри, хотя долгосрочное размещение в семье Тонкс было бы выгоднее. Однако Нимфадора сдает ЖАБА в этом году, и может быть в стрессовой ситуации пока не закончила учебу. Я уверен, что Андромеда и Тед справятся с этим, но, возможно, тебе не захочется проводить каникулы с сестрой, которая так же раздражительна, как и большинство людей во время сдачи экзаменов.

Гарри кивнул.

- Вы приводите хорошие аргументы, Люциус. Я заметил, что вы не упомянули мадам Лонгботтом.

- Она научит тебя твоему положению в обществе, Гарри, и я мог видеть, что ты, возможно, захочешь быть с Невиллом, но она бывший боевик, и я подумал, что сторонник правил может быть слишком похож на твою тетю в плане комфорта.

- Люциус, вы совершенно правы, - искренне сказал Гарри, - можно ли дать понять семье Тонкс, что я бы рассмотрел их, если бы не неудобная ситуация с экзаменами их дочери?

- Конечно, - сказал Деннис, - хорошо, мы должны проверить, идет ли обручение против твоего желания. Очевидно, любое обручение, обсуждаемое Уизли, тебе не по вкусу.

- Мистер Хулт, - сказал Люциус, - вам нужно проверить, устроил ли Дамблдор для девочки Уизли помолвку с младенчества. Если да, можно утверждать, что если Дамблдор дал на нее согласие как опекун мальчика, как опекун Гарри, - добавил он, когда Гарри напрягся от слова «мальчик», - поскольку он снял с Гарри всю ответственность и оказался неподходящим опекуном, его следует признать недействительным.

- Мы узнаем это, - пообещал Деннис Хулт, - похоже, было совершено много должностных преступлений. Мы обсудим все с гоблинами, чтобы узнать, совершались ли финансовые преступления.

- Моего поверенного зовут Логджамб, - произнёс Гарри, - но он управляет только учетной записью Слизерина, на которую я претендовал по праву завоевания от Волдеморта.

Оба социальных работника поморщились.

Люциус изящно приподнял бровь с изгибом, который заставил бы Драко задохнуться от зависти.

- Очень предприимчиво с твоей стороны, Гарри, - сказал он.

- Я с нетерпением жду возможности поделиться своей предприимчивостью, - сказал Гарри, - Драко говорит, что Вы тоже вкладываетесь в мир маглов.

- Я не собираюсь игнорировать это, - пожал плечами Люциус, - твои предложения были хорошими.

- Я с нетерпением жду, когда Вы научите меня экономике, - сказал Гарри.

- Ваш крестный, возможно, пожелает сделать это.

- Сейчас он не со мной, и мы можем не полюбить друг друга, - выдал Гарри, пожав плечами, - я смотрю на Вас как на приемного отца, которого должен был иметь.

- Спасибо, Гарри.

Мальчик был умным, хитрым и сильным. Люциус не мог догадаться, как он исцелил девушку, от которой отказалась мадам Помфри, но любой такой могущественный человек был тем, за кем стоит следовать, потому что он мог победить Темного лорда.

*****
Очевидно, Люциусу наконец удалось связаться с Николасом Фламелем. Тот явился в Хогвартс в ярости. Дамблдор отвел разгневанного алхимика к себе в офис, и первый курс Паффа прогулял защиту, чтобы подкрасться и посмотреть, как он отреагирует на коридор третьего этажа.

Фламель все еще стоял на выходе из коридора, утверждая, что любая группа решительных первокурсников могла бы добраться до его камня. Использование зеркала Еиналеж, чтобы скрыть камень, по его мнению, - самое глупое место хранения такого артефакта. Тем более в школе, полной детей с бушующими гормонами.

- Но Николас, как я могу заманить в ловушку слугу Волдеморта без чего-то, чего он хотел бы? - потребовал Дамблдор.

- Я бы сказал, что если ты подозреваешь, что кто-либо из сотрудников преследует этого сумасшедшего, ты должен немедленно уволить его или передать правоохранительным органам, - резко выдал Фламель.

- Но мне нужно держать его рядом со мной, и, кроме того, Гарри Поттер может победить его...

Фламель остановился.

- Прекрати эти игры с детской жизнью, Альбус! Убери Пожирателя Смерти из школы, полной детей, дурак, и перестань возиться с головой маленького мальчика. Даже ты в таком возрасте не смог бы сделать то, что ты пытаешься навязать этому бедному мальчику. Ему одиннадцать!

- Но пророчество...

- Если бы я верил каждому проклятому пророчеству, которое видел, я бы никогда ничего не сделал, - гаркнул Фламель, - я буду строго следить за Гарри Поттером, и если начну подозревать, что ты играешь в игры с его жизнью, мы с Перенель будем рады усыновить его. Я думаю, мое имя превосходит твоё.

- Я действительно не понимаю, о чем ты говоришь, - угрюмо сказал Дамблдор, - просто пытаюсь служить общему благу, и если одного мальчика нужно научить жертвовать собой, чтобы убить случайный крестраж в его шраме, это спасет больше жизней в долгосрочной перспективе.

- Ты не можешь сделать случайный крестраж, старый дряхлый дурак, - простонал Фламель, - я поговорю со своим источником, чтобы увидеть, как разобраться с любым фрагментом души в мальчике.

- Но...

- До свидания, Альбус.

Фламель повернулся достаточно, чтобы подмигнуть Паффам.

Гермиона была уже почти на полпути к библиотеке, чтобы найти загадочный «крестраж». Гарри и Драко пожали плечами и пошли в совятню, чтобы спросить об этом Люциуса.

Вероятно, у него был доступ к книгам, которые Гермиона не могла достать в библиотеке.

*****
- Что Вы хотите, чтобы я сделал? - потребовал ответа Северус.

- Я не думаю, что это будет сложно, - ответил директор, - просто нужно, чтобы ты упомянул, что использовал камень с разрешения, чтобы сварить несколько партий эликсира жизни. Мне нужно что-то, чтобы стать приманкой для Квиррела вместо камня.

- Если Вы знаете, что Квиррел работает на Темного Лорда, я не понимаю, зачем вообще нужна наживка, - сказал Северус, - Вы знаете кто. Вы знаете где. Просто оглушите его, свяжите и передайте Амелии.

- С каких это пор ты на именах с Амелией Боунс? - Дамблдор сузил глаза.

Северус ухмыльнулся.

- С тех пор, как я сдался и попросил, чтобы меня допросили под веритасерумом после очищающего зелья, и я объяснил свою роль в последней войне и официально зарегистрировал, что Темный Лорд так хотел иметь зельевара, что я никогда не совершал какие-либо убийства или террористические акты. Шанс, в котором Вы мне отказали, когда взяли на себя моё судебное разбирательство.

- Мне никогда не приходило в голову, что ты не участвовал в рейдах, - просто сказал Дамблдор.

- Нет, я полагаю, что нет. Вы всегда плохо в меня верили, особенно когда Вам нужно было защищать своих гриффиндорских хулиганов, - усмехнулся Северус, - Вам никогда не приходило в голову спросить моё мнение. Вы никогда не спрашивали, кто первым вытащил палочку, когда я был против мародеров. Отойдите, Альбус! Я ненавижу любые прикосновения из-за моего папочки. А Вам, несмотря на все Ваши действия в роли любимого дяди, на самом деле все равно. Но теперь я свободен от Вас. Я официально оправдан в связи с отсутствием у меня настоящих преступлений. А Амелия не любит Вас вообще.

- Что ж, благослови мою душу! - сказал Дамблдор.

- Если она у тебя и есть, она ему не нужна, - огрызнулся Северус, выходя.

*****
Рональд Уизли почти сходил с ума. Он не мог понять, что с ним происходит, просил своих братьев избавиться от любых проклятий на нем, и принял очищающее зелье, которое было довольно ужасным на вкус. Но он все еще чесался везде, без умолку лепетал что-то наугад, а хуже всего, прыгал и прыгал, с самого завтрака, напевая, что он лесоруб и ему все равно на всех.

Сочетание мстительного герболога Гарри и психованного домашнего эльфа по имени Добби, который был счастлив помочь маленькому хозяину и господину Гарри Поттеру, сэру, позволило обработать одежду Рона рядом растительных веществ. Одним из них была впитавшаяся в кожу магическая версия псилоцибина из зевающих грибов, втертых в его пижаму, пока Добби включал снова и снова песню лесоруба в наушниках пока он спал до тех пор, пока магия не убила электронику плеера.

И это стоило каждой копейки убитого плейера.

Бесценно было слышать, как Рональд Уизли поет, довольно мелодично, что он хочет быть девочкой, как его дорогой папочка.

МакГонагалл лихорадочно произносила Фините инкантатем, впрочем, без эффекта. Она отправила Рона в больничное крыло, куда его пришлось тащить, слушая, что он не позавтракал и ему не разрешили надеть подтяжки, трусики и бюстгальтер. МакГонагалл согласилась на заклинание безмолвия.

Гарри также написал мистеру Уизли как наследник Поттер, в котором он выразил недовольство нападением младшего отпрыска Уизли на предполагаемую невесту дома Поттеров как попытку кражи наследства.

Когда Гарри получил кричалку от миссис Уизли, отругавший его за то, что он такой неблагодарный и что собирался жениться на ее дочери, Гарри встал и повернулся к Перси.

- Ничего личного, мистер Уизли, но Ваша мать только что совершила нападение на наследника одного из Семерки. Надеюсь, вы объясните своим братьям, сестре и отцу, что это означает. Я даю вам двадцать четыре часа, чтобы сообщить вашему отцу об этом. Я ожидаю, что он примет меры. В худшем случае, я предъявлю обвинения.

- Гарри, мой мальчик, в этом нет необходимости, - проговорил подошедший на шум Дамблдор.

- О, да, Альбус, - сказал Гарри.

Был долгая пауза.

- Мистер Поттер! Проявите уважение к директору! - резко вскрикнула МакГонагалл.

- О, я бы с радостью, мадам МакГонагалл, - сказал Гарри, - но он прямо предложил мне использовать его имя, прямо как он использовал мое.

- Боже мой, Гарри, мой мальчик, это не так, - сказал Дамблдор.

- Меня этот устраивает, Альбус, - сказал Гарри, - и я не твой мальчик. Не больше, чем профессор Снейп, хотя я слышал, как ты унижал его, используя такую ​​форму обращения. Ты лишился всякого шанса сделать меня своим мальчиком в семейном плане, собственно как и в кое-каком другом. Спешу добавить, оставив меня на пороге, когда я был младенцем, и отдав меня безумным магглам с пунктиком на насилие, чтобы подавить мою магию. Похоже, что один или два из немногих магглорожденных Слизерина почувствуют близость со мной из-за этого. Но теперь суд доказал, что ты неподходящий опекун, я не твой мальчик, и, по правде говоря, никогда им не был. Теперь мне интересно, подавать ли на тебя в суд до твоего последнего кната из-за страданий, причиненных мне в детстве. Ой, я попал в точку, не так ли?

- Да как ты смеешь?! - магия Дамблдора начала распространяться по всему Большому залу, заставляя стены и пол содрогаться.

- Мы все еще в Хогвартсе, директор, - напомнил Гарри.

Стены вдруг перестали трястись, и Дамблдор напрягся, словно связанный.

Гарри сумел не выглядеть удивлённым. Что случилось? Неужели он действительно стал новым наследником Слизерина. Хотя сейчас это было не главным.

- Я не успокоюсь, пока не одержу победу над Темным Лордом, - сказал Гарри. Дамблдор начал улыбаться, - Темным Лордом Дамблдором, - сказал Гарри.

Он получил спонтанные аплодисменты от Слизерина, крики поддержки от Хаффлпаффа, смущенные взгляды от Когтеврана, свист и брошенную еду от Гриффиндора.

Перси встал и обратился к нему.

- Я приму к сведению волю наследника Поттера. На самом деле, я ничего не знал о планах моей матери относительно Джинни.

- Темный Лорд Тот-кто-обожает-лимонные-дольки пытался заключить незаконный договор об обручении, но мои адвокаты сейчас занимаются этим.

- Мне очень жаль, что члены моей семьи так отнеслись к Вам, - с сожалением сказал Перси.

- Я не ссорюсь с тобой, и у меня нет конфликтов с близнецами, твоим отцом или твоими старшими братьями, которых я не встречал, - сказал Гарри, - я поссорился с болтуном Роном, и эта ссора, к несчастью, касается твоей жалкой матери и твоего более жалкого брата.

- Семья Уизли устранит источник вашего недовольства, - быстро выговорил Перси.

- Перс ... - начал Фред.

- Вы двое молчите, - прикрикнул Перси, - вы даже не представляете, как то, что Рон сделал с Миллисент, а наша мать с Гарри, усугубило ситуацию.

- Я уверен, что мистер Поттер готов простить и забыть это недарозумение, - вставил Дамблдор, освободившись от пут замка.

- Не понимаю, как ты можешь быть в этом уверен. Если только не собираешься наложить на меня Империус, чтобы заставить меня сделать это, - сказал Гарри, - если я прощаю, я не забываю. А прощаю я с трудом. Я никогда не прощу тебя, старик, за мои десять лет в Дурзкабане, и за десять лет моего крестного в Азкабане за то, что он, якобы, совершил акт, который убил бы его в из-за его клятвы. Я никогда не прощу Рональду Уизли или Молли Уизли нападения на мой дом. Будьте благодарны за то, что я предпочел бы покинуть вас и труса Волдеморта, известного как "бегущего от смерти" на французском. Потому что однажды я стану более могущественным, чем вы можете себе представить.

- Эй, кто умер и сделал тебя Оби-Ваном? - весело спросил Джастин.

Гарри ухмыльнулся, как вдруг резко замер. Квиррел, похоже, спорил сам с собой, а затем повернулся к Гарри спиной - снял тюрбан, чтобы показать омерзительное лицо с другой стороны.

- Вот блин, - сказал Гарри и начал петь.

О Боже, это Тёмный Ло-о-орд,
Убегает от сме-е-ерти, у него нет но-о-оса,
У Квиррела есть один, но в такой по-о-озе он не помо-о-ожет,
У Беллы может быть хороший ню-ю-юх,
Но посмотрите, как начинают течь сопли
В Азкаба-а-а-а-а-а-ане!

- Авада Кедавра! - завизжала задняя сторона Квиррела.

Гарри увидел зелёную вспышку, и закричал:

- Акцио Дамблдор!

Тело директора хорошо заблокировало проклятие, но все почему-то закричали.

- Присоединяйтесь, - сказал Гарри своим друзьям.

Снейп зашевелился и незаметно проклял Квиррела.

- Предатель! - завыл Волдеморт.

- Так подайте на меня в суд, - прорычал Снейп.

- Что будем делать? - Гермиона заломила руки.

- Будьте готовы сражаться, но пусть взрослые сделают то, что они должны сделать до того, как сюда придут студенты, - сказал Гарри, - хах, я действительно люблю гербологию, - добавил он, когда мадам Спраут вызвала дьявольские силки, которые начали душить Квиррела.

Вскоре все закончилось, и из головы Квиррела вырвался черный призрак.

- Я не забуду, - прошипел он.

*****
- Что ж, наконец-то Альбус выполнил свою клятву опекуна о моей защитите, теперь я могу простить его, - сказал Гарри, - один Темный Лорд куда-то улетел, другой вот. Я больше не хочу завтракать, пойдем играть в войну гоблинов?

- Ага, - просто сказал Невилл.

Гарри, естественно, порылся в карманах Дамблдора и обнаружил, что у него есть две палочки, одна из которых была очень теплой и как будто радостной, а также предмет в форме песочных часов и ряд других артефактов, которые могли оказаться полезными.

В конце концов, старик не носил бы их, если бы считал их полезными. Однако больше всего Гарри интересовали палочки. К настоящему времени он знал об "Приори инкантатем" и считал очень полезным иметь запасную палочку.

*****
Рождество с Булстроуд было чудесным. Когда Гарри объяснил, что у него никогда раньше не было Рождества и подарков, Милли крепко его обняла.

Самый странный подарок пришел от мадам МакГонагалл, или, скорее, от покойного директора, с сопроводительным письмом о том, что МакГонагалл нашла этот предмет в упаковке, а на подарочной бирке было указано, что это семейная реликвия семьи Поттеров. Оказалось, что это мантия-невидимка.

Гарри ухмыльнулся.

Это не было правильным подарком карманнику. Подарок только укрепил его мнение о Дамблдоре как о полностью безответственном опекуне, но он не собирался отказываться от мантии.

Остальная часть года прошла гладко, все четверо узнали Милли лучше. Фактически, она проводила больше времени в общей комнате Хаффлпаффа, чем в Слизерине.

Гарри отправился домой, в резиденцию Тонкс, теперь мэнор Тонкс-Венлок, поскольку Тед Тонкс оказался потомком известного средневекового математика. Дора была счастлива иметь маленького брата, и Гарри сообщил ей, что, поскольку он так счастлив иметь сестру, ему не придется шантажировать ее, угрожая сказать другим аврорам, как ее зовут. Пока она согласилась на имя, которое было менее глупым, чем просто Тонкс.

Тонкс поехала в Сомерсет-Хаус и официально сменила имя на Кейт Тонкс за символическую плату в тридцать фунтов, что достаточно для британских магглов, чтобы официально изменить свое имя.

Сириус Блэк восстановил Андромеду, ее мужа и дочь в правах семьи Блэк, но она и без этого гордилась своим отцом и его достижениями.

Встреча с Блэком была напряженной. Гарри не очень хотел встречаться с ним, но сделал это, стиснув зубы. Дядя Северус рассказал ему несколько не очень приятных историй.

- Он незрелый, Гарри, - сказал дядя Северус, -он не может отличить шутку от издевательств. Никто не оспаривает твое право жить с ним, если ты захочешь этого, но тебе нужно знать, что в этом случае ты будешь ответственным взрослым в доме.

Когда Сириус впервые устроил полномасштабную истерику из-за того, что это Люциус привел крестника навестить его, Гарри подбежал к Люциусу и спросил, могут ли они уйти, хотя в итоге остался на несколько минут.

Люциус наложил подслушивающие чары на главу семьи Блэк, видя, что его друг-оборотень был с ним, хотя и сидел позади.

- О, очень хорошо, Бродяга, - сказал Ремус Люпин с сарказмом, почти достойным Северуса, -тебе удалось напугать своего крестника рычанием и лаем на него.

- Но он был с Малфоем! - заскулил он, словно дворняга.

- Ты в курсе, что это Люциус Малфой достал тебя из Азкабана, не так ли? - спросил Люпин.

- Что?

- Малфой организовал расследование, в результате которого тебя оправдали, на том основании, что его жена является членом семьи Блэк, - сказал Люпин, - Гарри попросил его узнать об этом. Очевидно, он сделает все для друга своего сына.

- Мир перевернулся с ног на голову, - пожаловался Блэк.

Последующие посещения прошли лучше, но когда Блэка выписали из больницы Святого Мунго, Гарри подал прошение остаться с Тонкс-Венлоками, а не жить с крестным.

Люциус купил ему на день рождения ожерелье с подвесками в виде фигурок Монополии, каждая из которых служила портключом в разные места, такие как Поместье Поттеров, Поместье Малфоев, Хогвартс и дом Тонкс. Поскольку Гарри теперь владел отелем на Мэйфэр, это было отличным подарком.

Тем временем Люциус исследовал Тома Редла и крестражи, и у него был неприятный момент откровения, когда он вспомнил некий дневник, взял его и с разрешения Андромеды пошёл с Гарри к гоблинам, чтобы спросить, могут ли они удалить фрагмент чужой души из дневника и головы Гарри, а затем найти остальные крестражи.Гоблинские ритуалы были менее грубой силой, чем ритуалы волшебников, поэтому фрагмент души был безболезненно удален, а другие артефакты были вызваны с помощью стихийных сил.

Тем временем Гарри все еще получал маггловские деньги от гоблинов. Логджамб был его постоянным брокером в мире маглов. Гоблин благословил тот день, когда был вежлив с неряшливым ребенком-волшебником. Он мечтал о том дне, когда сможет конвертировать свои маггловские активы в золото и выкупить руководство Гринготтса, заставить гоблинскую нацию пинаться, кричать и правильно зарабатывать деньги в 20-м веке.

Гарри научился политике у Люциуса, а также у своего тестя, и к тому времени, когда Гарри покинул школу, он и Люциус владели большей частью Визенгамота. Сьюзен Боунс, Ханна Эббот и Джастин Финч-Флетчли присоединились к Гарри, Гермионе, Невиллу, Драко и Милли с кровными узами. Тео Нотт отказался. Все они были достаточно близки, чтобы любить друг друга, но в паре: Драко женился на Гермионе и стал заместителем министра, когда она стала министром магии, Джастин женился на Сьюзен, сохранив фамилию Боунс, а Невилл женился на Ханне.

Долорес Амбридж загадочным образом умерла от грибковой инфекции, и Гарри стал главным в отделе Магического Правопорядка. Он ввел в действие законы о защите сквибов и их потомков с полным финансовым обеспечением и обучением для них, чтобы, когда их потомки проявили магические способности, они не попали в волшебное общество, ничего не зная о своих корнях. Также, с введением этого закона снизится вероятность случайного нарушения статута секретности.

Естественно, Гарри и его друзья замышляли изменить статут способами, которые должны были сработать.

Гарри умел ждать. Он был волшебником, а волшебники жили долго.

Тем более, что он забрал философский камень Фламеля и вернул его в обмен на достаточное количество эликсира жизни, чтобы поддерживать жизнь своей семьи, пока им не исполнится около двухсот лет. Этого будет достаточно, чтобы сделать то, что необходимо.

В конце концов, первый урок карманника - не жадничать. Полный кулак может застрять в узком кармане.